Евгений Соколов – Наказание властью (страница 35)

— Не только можем, но и будем! — уверенным тоном продолжила развивать эту мысль Вера.

— И да! Секосом, конечно же, можно заниматься и на травке! — добавила Люба. — Но будет лучше, если мы построим здесь такой же дом, как и в нашем мире — в твоей большой спальне на твоей огромной кровати это делать как-то уютнее. Почему такой же дом? А потому что уже привыкли к нему! Так что, милый, не тяни время, приступай к работе! А то мы все очень соскучились по тебе…

Я оценил, как там дела у Ники и Маши, понял, что процесс в самом разгаре, а учитывая их молодость и прекрасное здоровье (ага, Леший постарался!), решил, что время для интимных утех есть и у меня. Через несколько секунд недалеко от наших кресел возник точно такой же дом, как и в иллюзорном мире за рамкой портала. Дамы с визгом подбежали ко мне, решительно заставили подняться с кресла и чуть ли не под конвоем повели в дом, подбадривая своего Геракла шлепками по крепкой заднице…

Почти два часа пролетели незаметно. За это время мой подопечный и его супруга успели позавтракать, а несколько минут назад в их покои явился дежурный офицер и доложил цесаревичу о том, что император желает видеть молодых. Вот Ники с Матильдой и кинулись срочно облачаться в приличную одежду, дабы предстать перед отцом и свёкром не в пижамах и ночных сорочках, а при полном параде.

— Сергей, что-то давно я тебя не слышал! — ментально обратился ко мне цесаревич. — Что случилось и куда ты подевался?

— Случилось, случилось! Но ничего плохого, так что не переживай! — также мысленно ответил я и послал ему улыбающийся смайлик. — Потом всё расскажу, а пока не буду тебе мешать — беги к папаше. И помни — я всегда рядом!

Пока цесаревич с Матильдой топали по длинным коридорам дворца из своей половины в кабинет отца, я проводил Веру, Надю и Любу до рамки портала, мы обнялись, и после этого мои русалки убыли в свой иллюзорный мир 21 века. Но перед этим я дал им наказ, чтобы рассказали моему брату-аватару о нашей встрече, и попросил передать ему, чтобы он при первой возможности пришёл к этой рамке. Девчата переступили границу двух миров, и сразу после этого я потерял с ними ментальную связь.

Зато такая связь имела место быть между параллельной реальностью цесаревича Николая и смежным с ней иллюзорным миром. Поэтому я ещё раз махнул рукой русалкам, они ответили тем же (изображение картинки проходило в обе стороны, и это внушало оптимизм), а потом вызвал к себе того самого домового, которого обнаружил лежащим на травке пару часов назад. Тот явился по требованию Лешего и первым делом представился:

— Меня звать Нафаней. Я к вашим услугам.

— Ты вот что, Нафаня, — я присел на травку рядом с ним, чтобы не смотреть на этого небольшого человечка с высоты своего немалого роста, — полежи возле этой рамки портала, и как только увидишь на той стороне такого же, как я, парня, дай мне знать.

— Всё сделаю, как вы сказали! — охотно заверил меня Нафаня, тут же безмятежно завалившись в траву.

Я даже с некоторой завистью посмотрел на него — у домового никаких забот и проблем! Да, обитает в нескольких помещениях дворца, построенного людьми, наблюдает за обстановкой в меру сил своих, но чаще всего именно так балдеет в иллюзорном мире, не теряя при этом контроль за вверенным ему домом. Вот и сейчас домовой подложил себе под голову только что созданную им подушку и теперь вполне комфортно лежит в паре метрах от рамки портала, с интересом разглядывая такой же мир на другой стороне границы между реальностями, но с несколько иной растительностью. Всё-таки природа на юге минусинской долины несколько отличается от природы на севере европейской части России.

Ладно, пойду и я по своим делам, ибо всем известно выражение «Богу-Богово, а кесарю-кесарево». Здесь всё под контролем, то есть как только мой брат-аватар появится с той стороны портала, Нафаня сразу же известит об этом Лешего. Да, я прочитал его мысли и в очередной раз убедился в том, что домовые, глядя на меня, видят сразу две сущности, практически слившиеся воедино — человека и Лешего. Немножко жаль было покидать этот добрый мир и возвращаться в непростой мир людей, но что поделаешь? Как говорится, от судьбы не уйдёшь.

В следующий миг я полностью ощутил себя в сознании цесаревича, и теперь всё происходящее вокруг него воспринимал его органами чувств. Ники и Матильда только что вошли в небольшой зал для приёмов и увидели там императора с императрицей. Те с добрыми улыбками на лицах подошли к молодым. Дальше последовали положенные в таких случаях приветствия и обмен любезностями, после чего монарх предложил сыну и невестке расположиться в креслах вокруг небольшого журнального столика.

Нужно отметить, что Матильда Кшесинская, впрочем после принятия православия и венчания ставшая Марией Романовой, с большой тревогой воспринимала события последних дней. Молодая дама прекрасно понимала, что она пришлась не ко двору в этом лучшем из домов России, а потому ожидала любых неприятных сюрпризов, как со стороны царственной свекрови, так и со стороны ещё более могущественного свёкра. Конечно же, вчерашнее общение с императрицей внушило жене цесаревича некоторый оптимизм, но она отдавала себе отчёт в том, что последнее слово остаётся за тем небожителем, который пребывает на российском троне, то есть за Александром Третьим.

Но император был на удивление приветлив со своей невесткой, добродушно улыбался ей, и Маша уже не знала, радоваться ей или продолжать опасаться какого-то подвоха со стороны свёкра. Но её сомнения быстро развеялись, когда она услышала слова монарха.

— Дорогие дети, мы тут посоветовались с некоторыми достойнейшими людьми, и решили, что того обряда венчания, который был совершён в маленькой церквушки в далёкой Сибири, будет недостаточно для вас. Да, венчание — это одно из таинств, на которое Бог даёт своё благословение, это своего рода защита семьи от дурного глаза, неприятностей, от бед и болезней. Без всякого сомнения можно смело говорить, что такой брак заключался на небесах, и венчанные супруги будут всегда вместе. Но мы с вами знаем, что тот обряд венчания был во многом тайным, а вот это не годится для царственной особы, и ты, Маша, должна это понимать. Поэтому мы с императрицей решили, что в ближайшее время будет проведена повторная процедура венчания, и в этот раз она станет достоянием всего народа. Об этом торжественном мероприятии напишут не только во всех газетах российской империи, но и далеко за её пределами.

— На самом деле никакого повторного венчания не будет, ведь это противоречит основным канонам православной церкви! — с улыбкой добавила императрица. — Но мы всё организуем таким образом, что те, кто станет наблюдать за этим торжественным обрядом, ни на минуту не усомнится в подлинности обряда венчания. Тем более, что этих наблюдателей внутри небольшой семейной церквушки будет совсем немного — только самые близкие и надёжные люди.

— Зато, дети мои, сразу после таинства венчания, вы проедете на шикарной карете по центральным улицам нашей столицы! — продолжил император. — Где вас будут приветствовать радостными криками жители Санкт-Петербурга и многочисленные зарубежные гости. Чуть позже подобные торжественные мероприятия пройдут в Москве и во многих других городах нашей необъятной Родины. Да, дорогие мои, обо всём этом тоже позаботятся наши люди, а вам предстоит довольно долгое, но, как я надеюсь, не очень утомительное путешествие по всей стране. Так что не будем оттягивать начало процесса по организации этого судьбоносного момента в истории, поэтому я предлагаю тебе, Мария, прямо сейчас пройти с императрицей в соседнее помещение, где вы обсудите многие вопросы с теми людьми, кто и займётся организацией этого важного мероприятия. А мы с Ники отправимся в мой кабинет и там поговорим о не менее важных государственных делах.

Ну да, последняя фраза тоже была сказана очень пафосно, но из мыслей монарха я уже знал, что на самом деле его интересует в первую очередь. Ладно, ещё вчера, сразу после конфиденциальной беседы с императором я предполагал, как будут развиваться события, начиная с сегодняшнего утра, поэтому ничему не удивился. И конечно же, монарху очень понравилась идея о том, чтобы сделать из Матильды Кшесинской русскую Золушку и показать всему народу, что обыкновенная балерина может стать настоящей принцессой, причём, не в сказке, а самой что ни на есть обычной жизни.

Справедливости ради следует сказать, что Маша Романова (впредь именно так и буду именовать бывшую Матильду Кшесинскую) на самом деле уже не переживала ни трепетного волнения, ни тревоги по поводу того, как она будет принята императрицей и самим императором. Да, чуть ранее я отметил, что она испытывает большую тревогу при восприятии событий последних дней, и всё это так бы и продолжалось, если бы я не сделал Маше правильное внушение по поводу выше описанных обстоятельств.

И теперь супруга Николая ничего не боялась и ни за что не переживала, поскольку была уверена в том, что её милый Ники стал почти настоящим волшебником, а раз так, то он без проблем защитит свою возлюбленную от любого человека, пусть даже это будет сам император. Поэтому Маша лишь делала вид, что очень сильно смущена и даже немножко напугана тем обстоятельством, что судьба нашла её где-то там, чуть ли не на самом дне общества, а затем подняла почти на Олимп. Но на самом деле молодая женщина была уверена в себе и в своём избраннике. А я, глядя на её внешнюю робость и некоторый наигранный трепет перед сильными мира сего, легко читал мысли Марии, поэтому лишь посмеивался про себя над всей этой коллизией и в который раз убеждался в великой силе правильного внушения.