Евгений Синтезов – В пираты по объявлению, или Ничего личного, детка! (страница 16)

– А у Фарту этот блок в другом месте, чуть ниже, – возразила Фара, на что мои шведки крайне некультурно заржали. – Туда тем более!

– Да и пусть, – невозмутимо ответила Фара, – кристаллы же можно будет спокойно вынуть ещё в пространстве, а без них Фарту – простой боевой робот.

– Какой??? – не выдержал я.

– Извини, Сёма, но ты сам формулировал Максу задачу, он и загрузил в неё всё, что умеет сам…

– И что он умеет? – Док, оказывается, внимательно следил за разговором.

– Многое, – неожиданно откликнулась Кэш. – Вас не смущает пристрастие Макса к виртуальному стрельбищу? Девочки, а вы что притихли?

– А что сразу мы? – воскликнула Грейс, а Лилит попросила, – давай уже ты рассказывай, раз начала.

– Хорошо. Макс ещё на Земле тащился от разных шутеров, и здесь первым делом создал боевой симулятор – вот такое стрельбище у него и у этих хулиганок. Ещё операторами хотели стать!

– Перехотели уже, – насмешливо отреагировала Мара, – зато у нас и Макса левелы за трёхсотый!

– И у Фарточки не меньше, – заметила Фара, – так что, Сёма, можешь за неё не беспокоиться.

«Угу, за себя беспокойся», – подумалось мне просто от неожиданности, а не потому, что действительно был чем-то недоволен. На самом деле я счастью своему не верил – вот это всё мне, просто так и не во сне!

– Ошизеть, нах! – Дока, похоже, переполняли те же чувства.

– Хорош трындеть, – Кэш прекратила лирику, – выходим на опасный участок!

Катер уже отошёл от Буханки на приличное расстояние, щит её диска, закрывавший до этого почти все звёзды, сильно уменьшился. От звёзд к нам и полетело. Я, наверное, слегка перенервничал, Фара рявкнула, – Сёма, ракетами не разбрасывайся! Пушка же есть!

Хорошо ещё, курс был такой, что навстречу нам ничего не летело, но догнать на бешеной метеоритной скорости вполне могло. Ага, если б не моя пушка – этот тир оказался намного увлекательнее виртуального. Сильно выручила Фарту, её кибернетика мгновенно захватывала и раздавала нам самые удобные цели. Ну, а мне, вернее, моей пушке, доставались самые вкусные – чтоб полыхнуло на полнеба, и осколки разлетелись праздничным фейерверком.

Воспользовавшись небольшой паузой, я огляделся. Моё внимание привлёк странный космический объект. Будто в луже отломил кто-то с краю корочку льда и подбросил в звёздное небо, а она этак плавно, как во сне, летит, увеличиваясь в размерах прямо в лоб. Я забыл о метеоритах – льдинка быстро удлинялась, пока, словно белая радуга, не перечеркнула изображение сверху, а весь обзор снизу тонул в беспросветном мраке.

– Почти приехали. – Сказала Кэш и врубила фары. Вот и первая наша цель. То, что я принял за льдинку, оказалось подсвеченной солнцем частью орбитального вокзала, эта громадина уже не помещалась целиком в поле зрения. Лучи прожекторов выхватили из темноты обширную площадь на его поверхности, но где оно кончается, определить стало трудно, серп сверху полностью истончился и погас. В целом, я понял маневр Кэш, мы отошли от «Буханки», встретили и «поднырнули» под эту штуку, чтоб она прикрыла нас от летящего с высоких орбит космического мусора, но что дальше?

– А дальше будем посмотреть, – пробормотала Кэш, угадав общий вопрос. Мы приблизились к объекту и летели уже «над» стальными холмами и долинами. Как ориентировалась Кэш, я себе не представлял – «внизу» лучи освещали сравнительно небольшую часть поверхности, свет по курсу лишь позволил не врезаться в высоченные, вытянутые горы, наверное, пришвартованные к вокзалу корабли. Однако девчонки что-то явно выглядывали во мраке, что-то определённое.

– Бинго! – воскликнула Грейс, вскидывая манипулятор. Я посмотрел, куда она указала, во тьме пульсировал слабый огонёк. Кэш задала коррекцию курса, проговорив нараспев. – Вот и славно, ничего не придётся взрывать.

– Ничего не понимаю! – пожаловался я в чате. Фара благодушно ответила. – Это маячок, такими подсвечивают технологические выходы.

– А кто ж его для нас включил? – я усмехнулся.

– Не выключил, – поправила меня Грейс. – Так и светит с самого начала, эта техника практически вечная.

– Десант, отстёгивайтесь, придётся немного полетать! – скомандовала Кэш.

– Куда?! – я не возражал, отстегнул фал, мне просто захотелось уточнить. Кэш чуть добавила тяги верхней паре импамов, а когда катер полетел почти «плашмя», развернула движки на 180 градусов и дала резкое торможение. Понятно, что не пристёгнутые пассажиры не затормозились, хорошо, хоть летел в весёлой компании…

– Хорош уже орать, охрипнешь, – как-то буднично выдала в эфир Грейс. Я нервно огляделся в поисках Фарточки, она дисциплинированно летела хрен знает куда рядом со мной, даже ухватившись за нижнюю конечность Тыдыща. Мдя, картина «Не пущу!», апофеоз разлуки. Особенную пикантность композиции придавало место действия – открытый космос, неизвестная звездная система. У меня вырвался смешок. – Ох, не любите, девки, космонавтов!

– Да больно надо! – тут же отреагировала Лилит, а Мара сказала деловым тоном. – Рули на маяк и скорость не забудь погасить.

Вблизи тревожные всполохи маяка ритмично били по глазам, раскрасили всё в алый цвет, мы, как демоны космоса, неслись в местную преисподнюю. Я поджал ноги и взял свою чертовку на ручки, мне так привычней, да и полетели мы по курсу вперёд пятками поджатых к груди ног. Осталось только притормозить движками. То, что прибыли по назначению, я сообразил по гостеприимно открытым, наверное, на случай нашего визита воротам в обшивке. Едва миновали проём, закрылись внешние створки, помещение, куда мы попали, мягко осветилось, кибер-система дроида доложила о появлении вокруг атмосферы и росте давления. Створки внутренних ворот начали открываться, анализаторы сообщили, что давление близко к привычному, воздух вокруг состоит из азота и кислорода, однако дышать им не рекомендуется из-за высокой концентрации окиси углерода, или угарного газа.

Странно, кто ж его надышал, дышать тут, вроде бы, давно уже некому. Валькирии же, не заморачиваясь, как только створки разошлись достаточно широко, задействовали резаки в режиме дуговой сварки – приварили их к полу и стенам, чтоб больше не закрывались. Мы вышли в неширокий служебный коридор, отделанный чем-то, похожим на пластик. При нашем приближении потолочные плиты начинали светиться и гасли, когда мы удалялись. Кстати, шли по металлическому полу только благодаря намагниченным ботинкам, тяготения не было. Валькирии точно знали, куда идти, я спросил. – Нас тут ждали, что ли?

– Ну да, – хмыкнула Грейс, – это же аварийный шлюз, они, походу, на орбитальных объектах издревле все такие – автономные и простые. Мало ли почему какому-нибудь рабочему срочно потребуется из открытого космоса попасть внутрь, например, подышать просто.

Девчонки уверенно сворачивали на развилках, совсем не опасаясь здесь заблудиться.

– Ага! А план станции тоже издревле? – продолжаю расспросы, пока не попросили замолкнуть.

– Вокзала! – поправила меня Грейс. – Они сами по себе все издревле, этот почти не отличается от других.

– Грейс, он же пока не бывал на вокзалах! – заметила Мара. – Ничего, Сёма, ещё налюбуешься, когда боссы возьмут внутрисистемный контракт. На них частенько находит – по нескольку месяцев сидят в одном месте, пытаются стать порядочными…

– Да пока не получается, – ненатурально загрустила Лилит, – всё их прёт куда-то!

– А куда мы сейчас идём? – Перевожу разговор к текущему моменту, с нашими безбашенными трёхглазиками мне давно всё уже ясно.

– В хранилища, конечно! – отчего-то обиделась Лилит.

– В багаже ковыряться? – я пошутил.

– Ох, Сёма! – вздохнула Грейс, – ну, подумай, кто тут мог работать, кроме людей?

– Дроиды. – Догадался я.

– Правильно, а где их нужно искать? – насмешливо спросила Лилит.

– Ясно, где, только нафига они нам?

– Ты представляешь себе, сколько стоит твой Тыдыщ? – возмутилась Грейс. – Да таких роботов фирмы только в аренду сдают с кучей ограничений – вооружение исключается, каждый пунктик применения оплачивается отдельно и вперёд.

– А Макс этим прошивку перебьёт, загоним потом каждого за штукарь кредитов минимум. – Пояснила Грейс, – к тому же их тащить не придётся, сами побегут как миленькие.

– Мило, – не стал я спорить, – ничего интересней нет?

– У Фарту спроси, – не сразу, нехотя ответила Лилит.

– Сёма, это же вокзал! – раздражённо сказала Грейс. – Что тут может быть интересного?

– Да пусть прогуляется! – зло проговорила Мара, – не маленький – не потеряется. Иди, Сёмочка, за Фарту в пассажирскую зону вон туда, – она махнула резаком, – а там уже найдёшь диспетчерскую, серверные и прочую ерунду…

– Сильно не задерживайся, – бросила мне вдогонку Грейс, когда я уже повернулся за Фарточкой.

Мы прошли пустым коридором метров пятьдесят до выхода в пассажирскую зону, как назвала её Мара. Странно – обычно отдельно именуют зоны непассажирские, а остальное называется просто вокзалом. Ещё страньше выглядели открытые двери между отсеками, хотя я и порадовался в душе этому обстоятельству – шуметь не хотелось. Что-то в словах валькирий, вернее, в интонациях, подсказывало, что ничего хорошего дальше не увижу. Однако к такому зрелищу я был морально не готов – к этому просто невозможно приготовиться.

Выхожу за Фарту в обширный зал, вдоль стены справа окна касс или чего-то наподобие, в другой, напротив нас, должно быть, выходы на пирсы или как их тут называли. Слева витрины кафе и магазинчиков. Обернулся – на нашей открытые двери без табличек, кроме двух, обозначенных равнобедренными треугольниками острым углов вверх и вниз соответственно. Вернее сказать – отвернулся. «Зал ожидания, – догадался я. – Картина «Задержка рейса», апофеоз».