Евгений Синтезов – Лох с планеты Земля (страница 37)
Уже без всякого сомнения уважительно продолжил Ганс. — Но не ожидали, что ты честный парень, Сэм.
«Какой я парень?!», — заржало в душе моё деструктивное альтерэго.
— Ты правильно, конечно, — потупив глазки, пролепетала Хелен, — заступаешься за Макса…
— Мы понимаем, — горестно подхватила Марта, — на его родине мужчинам не достаёт женского общества…
— Это во Франции, ага? — уточняю, чтоб ничего не пропустить.
— Ну, откуда родом все эти…, — скривился Дирк.
— Вынужденные мигранты, — торопливо встряла Хелен.
— Его, наверное, насиловали старшие братья, — злорадно «посочувствовала» Марта.
— А может даже отец и братья отца, — развила направление Хелен.
— И соседи тоже. — Продолжила «сочувствовать» Марта. — Да-да, у них принято часто ходить в гости, я читала…
Хелен согласилась. — А когда к соседям в гости приходили их родственники, они все вместе…
— И он, конечно, рано пристрастился к наркотикам, — со знанием дела уверенно предположил Дирк, наверное, чтоб сменить явно заевшую пластинку изнасилований. — Из-за травки часто попадал в полицию, его там били…
— И тоже насиловали! — торопливо вставила Марта, не пожелав отказываться от «острой» темы.
— Всё это повлияло на парня, деформировало психику, — Ганс решительно подвёл черту. — Девочкам следовало хорошенько подумать об этом, прежде чем…
— Запихивать этого извращенца…, — у Марты вырвалось с придыханием, но она сразу смутилась, Хелен подхватила «со всею кротостию», — несчастного больной башкой в унитаз.
С опытностью истинных европейцев в «минутах скорби» в память по жертвам того и этого все четверо разом замолкли на шестьдесят секунд, склонив покаянные головы.
— «Они могли его просто молча убить???» — обалдела моя первая натура.
Всё естество немедленно взалкало справедливости. — А японцы? Может, это они его подбили?
Ребята уделили скорби ровно минуту, и лишь по её истечению Дирк сказал строго. — Сёма, не нужно так говорить о Танака…
— Особенно нам…, — блеснули сталью глаза Ганса.
— Ты не понимаешь, — Хелен взяла меня за руку. — У Японии очень непростая, древняя культура…
— Их взгляды на мораль могут показаться странными, — ладошка Марты легла мне на плечо. — Но в космосе встречаются и более странные вещи…
— Они погибли, — сурово сказал Ганс.
— И они скорее погибли бы ещё раз, — с особым значением заговорил Дирк, — чем кто-либо заставил бы их говорить о себе такое! Как этого несчастного Максика!
— Вот именно, что заставил! — Пытаюсь ещё раз доораться до их здравого смысла. — Я шантажировал Макса! Это я продырявил стену, а сам вынудил его сказать, что он и… ну, чтоб подглядывать — вот! Буханка, скажи им!
— Подтверждаю, что кадет-пилот Семён действительно пробил гвоздём стену в своей каюте, — немедленно отозвалась искин.
— Да, Сёма, ты молодец, — улыбнулась Хелен. — Единственный мужик, забивший здесь гвоздь!
— Только тут тебе не как дома, — поморщился Дирк, — всё немного сложнее гвоздей.
— Понимаешь ли, искину невозможно соврать! — словно пожаловалась Марта. — Макс сказал правду.
— Какую правду? — вырвалось у меня непроизвольно.
В душе-то я сразу помахал рукой вслед покидающему меня навсегда рассудку.
— Буханка, покажи Сёме то послание, — сказал Дирк смущённо.
В поле зрения, в левом нижнем углу замигал квадратик. Я рефлекторно попытался его рассмотреть, Буханка тут же «открыла» файл — квадратик превратился в маленькое окошко видеопроигрывателя, сразу включилось воспроизведение.
В кадре появилась розовая стена, в разъехавшейся двери показался Макс и с порога принялся шевелить губами на ещё не расцарапанной физиономии. Как в немом кино побежали субтитры: «Девчонки, не надо убивать Семёна. Это я за вами подглядывал… с японцами. Типа извините, ага?».
Едва договорив, он тут же покинул помещение, запись закончилась.
Меня сразу насторожил ракурс съёмки, я заметил. — Получается, что к приходу Макса, кто-то из шведок сидела на потолке, или под самым потолком на антресолях?
— Причём тут шведки? Это записывала искин, — пожал плечами Дирк.
— А как же запись попала к вам?
— Буханка и передала, — терпеливо объяснила Марта, — «от анонимного адресата».
Что-то в этом… ммм… Буханка? Но зачем это ей? Ладно, это потом…
И тут до меня дошло главное — Макс сказал просто «подсматривали», не уточняя, каким образом. Вот и попрошу уточнить при случае, а пока меняем тему.
— Ребята, извините за то, что начал об этом…
— Что ты! Ты, Сёма, молодец, что заговорил о Максе, — виновато улыбнулась Хелен.
— Нам честно — очень стыдно! — заверила Марта. — Ведь вот даже ты, из России, осуждаешь наше поведение…
— И нетерпимость! — строго добавил Дирк.
— Тебе не нужно больше беспокоиться за Макса, — пообещал Ганс.
— Давайте уже кататься! — девчонки хором напомнили, для чего мы стоим на виртуальной горе в виртуальных лыжах.
Парни тут же стартовали, за ними напарницы, и я без особого азарта тронулся последним, чтоб не снесли ненароком. Весело, конечно, но не каждый же день! По двадцать раз!
Серьёзно, после семнадцатого спуска я почувствовал, что мне на сегодня лыж достаточно. Спросил ребят, во что тут можно поиграть поинтереснее.
Ганс резко переспросил. — Интереснее горных лыж?
Дирк сухо заметил, что это мне не игрушки какие-то, а прокачка личных боевых характеристик.
Я скромно уточнил, когда же мы всё-таки полетаем в космосе? Ребята странно смутились. Снова напомнили, что мы люди, нам не положены нейросети и базы знаний. Пилотажные симуляторы просто не делают — разумным существам и роботам нужные навыки закачиваются напрямую.
У них есть записи нескольких боёв, но это личные файлы Танака, исключительная собственность истребительного звена. Доступ к ним я получу, когда сдам на допуск. Космический бред!
Захожу с другого бока, спрашиваю, а как же лыжи, стрельбище? Оказывается, это всё сделали Макс с Буханкой, и теперь они прямо не знают, как его уговаривать сделать что-нибудь ещё.
Ха! Уговаривать — моя основная функция на предыдущей должности, не зря меня в коллективе за глаза, кто со злом, кто восхищённо, называли «наш лечила». Так то было в рабочем порядке исполнения служебных обязанностей, а уж сейчас-то, при личной заинтересованности… Очень, знаете ли, хочется поиграть в хоккей — ностальгия прям задушила!
Глава 7
Сильным людям нет нужды обманывать себя, вот и я полностью отдавал себе отчёт, зачем притащил на борт Сёму. Тупо за деньги, за очень большие деньги. Моя доля в компании три с половиной тысячи кредитов, значит, после успешного завершения Сёмой курса адаптации и допуска к полётам, я получу столько же или больше.
Ведь удвоится моя доля в компании, а её капитализация возрастёт на пятьдесят тысяч кредитов — такова стоимость контракта обычного пилота. Я, конечно, предполагал, что с ним будет непросто. Думал, придётся с ним возиться, воспитывать, а он в свою очередь развеет космическую скуку.
Всё так и происходило, парень совал нос везде, куда не следует, и получал по нему щелчки. Даже его необыкновенную удачливость или гениальную способность создавать дурацкие ситуации я, согласившись с Доком, списал на обычное русское чудо.
Возможно даже, у него получится стать пилотом и погибнуть с какой-никакой пользой. Более того, Сёма подавал надежды стать моим соперником! Насчёт скуки я угадал верно, а что касается остального…
Кэш как-то за бильярдом посоветовала начать тренировки в тире. Вот как Сеня — парень старается, себя не щадит — выполняет нормативы на своём «невозможном уровне», что уже соответствует десятикратной перегрузке. И пожалуйста, результат — у него даже ей стало очень непросто выигрывать в бильярд!
Я спросил снисходительно. — Ну и какие там нормативы? На первый-то уровень когда сдаст?
Кэш посмотрела растерянно. — Он разве не докладывал? Сёма сдал на уровень оператора два плюс.
Второй даёт ему право летать в одиночку, два плюс должен быть у командира группы, у командира крыла третий…