Евгений Синтезов – Лох с планеты Земля (страница 28)
— В туалет ходил, — не придумал я ничего умнее.
— Так отчего ж тебе не показали там уборную? — возмутилась Фара.
— Я не спрашивал, думал, сам найду, — бормочу в образе «новенький в классе».
— Буханка, пусти его под мою ответственность, — скомандовала Фара и отключилась.
Хорошо быть начальством, не хочешь разговаривать — подчинённые со своими вопросами могут об переборку убиться нахрен, мне б тоже так устроиться.
Вбегаю в хозблок с превентивным вопросом, — девчонки, хотите шоколадку?
— А у тебя откуда? — подозрительно прищурилась Лилит.
— Сейчас у Дока в бильярд выиграю, — говорю, переводя дух.
— Ха-ха-ха! — засмеялись они хором. — У Дока? В Бильярд? Да мы тебя тогда расцелуем!
— Договорились, — ловлю на слове, — давайте заветный ключ.
— А если не выиграешь? — пытается торговаться Мари.
— Не получите шоколадок, — резонно заметил Макс, — а ключ всё равно Сёма нашёл, так что не ломайтесь.
— Да ладно, — протянула мне Грейс бронзовый артефакт, — тогда и целовать его не станем.
— Если не выиграет, — уточнил Макс.
— Вообще никогда! — она гордо вскинула головку, встряхнув льняными волосами.
— Как хотите, — говорю индифферентно. — Ну, я побежал…
— Мы с тобой, — непререкаемым тоном проговорила Лилит.
Ух! как мы заговорили! Не на того напали, меня не запугать! — Значит, договорились? Если я выигрываю у Дока…
— Да ты выиграй сначала, — многообещающе разглядывая меня, пропела Мара, — Идём уже, давай, пошевеливайся!
Глава 8
Возвращение Семёна было гм… неожиданным. Я-то сразу догадался, что этот баламут что-то затеял, — слишком послушно и очень быстро он нас оставил, но и мне пришлось удивляться, надеюсь, что незаметно для окружающих. Хорошо, что всем точно стало не до моих волнений.
В том, что Сёма скоро придёт обратно, я не сомневался, то, что он притащил с собой группу поддержки, тоже не особенно меня удивило, скорее, насторожило — нужно быть очень в себе уверенным, чтобы пригласить в свидетели девушек.
Даже когда Сёма положил на сукно ключ Дока, я сохранял обычное спокойствие — при таких вводных естественно, что он пошёл с крупной карты. Другое дело — открытый вопрос, где он его взял, но это уже отдельная тема для разговора с Фарой о её подчинённых — тут явно попахивает сговором, даже заговором.
Док хотел просто забрать ключ, отделавшись обычным «век не забуду», но едва протянул руку, почти схватил, как Семён ловко отодвинул ключ чуть в сторону. — Не сомневаюсь, Док, только не вздумай меня благодарить — не собираюсь я тебе ничего дарить.
— Конечно, — Док сделал новую безуспешную попытку схватить ключ, — я просто заберу свою вещь!
— Твою? — удивился Сёма. — У меня нет на сей счёт никаких сведений.
— Да спроси кого угодно! — Док начал закипать.
— Хорошо, — добродушно улыбнулся Семён, — Буханка, что скажешь?
— Факт передачи этой части корабельного имущества в чьё-либо исключительное пользование не зафиксирован.
— Да я ж его хрен знает когда притащил с «Бочки»! — вспылил Док.
— После чего объект включён в реестр имущества компании по списку не утилизированных запасов.
— Да я тебя саму сейчас утилизирую! — старина начал впадать в ярость.
— Буханочка, — ласково спросил Семён, — можно, я его заберу?
— Объект «ключ гаечный, бронзовый» не представляет из себя ценности для компании и в виде поощрения, по заявлению пилот-кадета Семёна, передаётся в его исключительное пользование. Сень, когда наиграешься, в космос не выбрасывай, ага?
— Конечно, милая, — сказал он Буханке, но смотрел при этом на впавшего в прострацию Дока.
Бедняга пытался что-то сказать или просто жевал воздух. Я тоже стоял, как громом, поражённый догадкой — стервец как-то договорился с искином разыграть эту сцену! Ну, не могло у него это выйти экспромтом, ведь даже я не вникал, что, чем и на каком основании владеет у нас на Буханке. А этот шустрила мало того, что заинтересовался…
— Хочешь ключик? — сочувственно обратился он к Доку, — сыграешь на шоколадку?
— Ты хоть представляешь, сколько стоит плитка шоколада в космосе? — возмутился Док. — Двадцать чёртовых кредитов!
— Целых два часа на хозработах, — покачал Сёма головой, — а сколько это в баксах?
— Тысяч сто или больше, кредиты, вообще, за земные деньги не продаются!
— А ключ, конечно, ничего не стоит, — согласился Семён, — Макс, пойдём к утилизатору. Не прокатило.
Он демонстративно направился на выход. Не смотря на показушность манёвра, я не сомневался ни секунды, что он действительно выбросит ключ, если его не остановят. Насколько мне удалось его понять, плевать ему и на Дока, и на меня, и вообще на всех — такой отморозок.
— Док, ты боишься проиграть шоколадку? — очень выразительно удивилась Лилит.
— Ему что ли?! — несколько театрально воскликнул Док и пробурчал, — просто не веду переговоров с вымогателями!
Он дождался, когда Сёма почти ушёл, и буркнул, — согласен я, не убегай.
— На две шоколадки? — уточнил Сеня на ходу, лишь чуть обернувшись к нему.
Док стал стремительно наливаться краской, Мари подошла к нему, положила на плечо ладошку, проворковала, — ты ведь согласен проиграть Сёме две шоколадки?
— Иди сюда и хватай дубину, обезьяна! — прорычал Док.
Сеня выбрал кий. Лана предупредительно собрала шары. Взбешённый медик разбил и, конечно, облажался. Дальше я молча заворожено наблюдал, как этот найдёныш разводит моего старого друга.
Вернее, продолжал наблюдать, мне стало предельно ясно, что он всё спланировал и подстроил с самого начала, чтобы вывести Дока из себя, и просто перешёл к технической реализации.
Семён неуловимо собрался; обычно оживлённое его лицо утратило всякое выражение; глаза словно опустели, превратились в прицельную оптику; движения замедлились, потекли — таким я его не видел даже во время учебного спарринга.
Он на глазах превратился в опасного зверя — блин, так недолго поверить в байки про оборотней! Я краем глаза заметил, что на Сеню смотрят все… кроме Дока — он так и не понял, почему его размазали по сукну. Более того — он не понял даже, что его именно размазали, как пьяную деревенщину.
Вообще, походу, ничего не понял, так как без паузы на обдумывание поставил четыре оставшиеся у него с собой шоколадки с наполнителем на отыгрыш. Сёма, конечно, не возражал и так же, с лёгким закосом под умственную отсталость, отжал приз.
Док без слов метнулся на выход, как был — с кием в руках. Я лишь проводил его взглядом — остановить его мог бы только нокаутирующий удар. В кают-компании повисла неловкая пауза, мы, не желая смотреть друг на друга, уставились в непроницаемый полог.
Вернулся он быстро, с шоколадками в руках и с кием подмышкой. Пока бегал, вроде бы, слегка пришёл в себя — попробовал поставить одну плитку с орехами против двух с джемом. Сёма дружески похлопал его по спине, посоветовал пойти прилечь, отдохнуть и не устраивать здесь детский сад — он, Сеня, видите ли, на мелочь не играет!
Док, как восставший мертвец, замогильным голосом предложил игру на все. Сёма снисходительно! Нехотя, блин!! Сделал одолжение!!! До доктора что-то стало доходить, судя по угрюмой, решительной физиономии.
И не его вина в том, что он снова проиграл — у них в институте такого точно не проходили. Сеня сбросил маску, справедливо рассудив, что никого более здесь ею не обманет, продемонстрировал пару приёмов из арсенала профессиональных игроков.
В кают-компании один за другим прогрохотали три удара, как три выстрела, и в наступившей тишине прозвучали роковые Сёмина слова. — Вот так как-то вот.
Док растерянно огляделся, будто ничего вокруг не узнавая, его беспомощный, оторопелый взгляд ранил мою честную душу, и она возопила о справедливости, — Сенечка, можно я попробую отыграться за Дока?
— Нет.
И всё — просто, ясно, не обсуждается.
Пробую зайти иначе, — может, просто сыграем? На твой…, — делаю многозначительную паузу, — на твой ключик? Полтишок поставлю.
— Хм, — он сделал задумчивую морду, переспросил. — Пятьдесят кредитов?
Киваю в ответ, собирая шары в рамку. — Разбивай.