Евгений Силаев – Страсти Набокова (страница 8)
В сторону метро топала девушка. Одна, что в такое время как минимум странно. Она была одета в куртку с непонятными иероглифами и черные кроссовки. Волосы были распущены и дотягивались практически до задницы. Они были черные, но с вкраплением зеленого и фиолетового цветов. Необычное сочетание, надо признать.
Невольная попутчица шла не очень уверенно, виляя пятой точкой из стороны в сторону под каждый шаг.
Голову пронзила мысль: надо подкатить.
«А если откажет?».
«Ну, не знаю. Можно пнуть».
«Да ну! Бред».
«Похуй».
В голове между собой недолго спорили два голоса Юры, каждый со своей интонацией. Решено было оставить озорную девчулю в покое. Сама разберется, что к чему.
А если нет? Тут стоит согласиться со вторым голосом и сказать:
– Похуй.
****************************************************************
Пятница – это тот редкий случай, когда соседи Юры не спали после полуночи. Евгений сидел на кухне и играл на компьютере в ФИФУ. Илья лежал в кровати и что-то смотрел в телефоне. При этом в воздухе висела гробовая тишина.
Ночной возвращенец проследовал на кухню и поставил чайник. Обернувшись, он заметил, что пара глаз с любопытством уставилась на него. Евгений явно что-то хотел спросить, но, видимо, забыл, как говорить.
– Слушаю.
Юра начал разговор первым. Он понимал, что от некогда друга вряд-ли стоит что-то хорошее, но и выдерживать томительную тишину желания никакого не было.
– Твой чайник мне мешает.
– Так ты не спишь.
– Ну и что? Я тут делом занят, а ты шумишь!
– Каким таким «делом»? Не смеши.
– Важным!!!
Юра сдержал порыв смеха. Оно и понятно: игры нельзя назвать чем-то серьезным. Тем более что никаким киберспортсменом (хотя бы уровня Team Spirit) Женя не был и близко.
– Вот ты ничем серьезным не занимаешься. Тебе лишь бы посмеяться и пиво попить. Тебе почти 25 лет, а у тебя последний секс был классе в девятом. Да и тот какой-то корявый. А уж про какие-то жизненные свершения и говорить не стоит.
Желание послать собеседника в пешее эротическое так и зашкаливало. Про свершения ему говорить вообще не стоит. Хотя бы потому, что его пример ни разу не соответствует его же словам.
Цели в жизни – тоже тот еще вопрос. Отсутствие разговоров и пустой болтовни не означает, что никаких планов нет. Просто рассказывать о них никому, даже друзьям, не хочется.
А секс… Это не главное. Безусловно, половой орган Юры считает иначе, давая при каждом удобном случае понять, что он «готов к труду и обороне» хоть сейчас. Однако пустое механическое действие ради действия его не привлекало. К любому делу, даже к
– Кто бы крякал! Вот ты что полезного сделал? Бутерброды погрел в микроволновке. Ну нихера себе, Гордон Рэмзи нашелся! Дребезжите кухни! Сидишь тут, играешь в комп, а потом дрыхнешь. Вот и все твои «свершения». Так что уткнись, умник хренов!
В этих словах, в этом голосе, мелькало нескрываемое раздражение. Желания держать эмоции в себе больше не было. Глядя на темноволосого кареглазого зануду, ничего, кроме раздражения, Юра не испытывал.
– Вот сука ты все-таки! Я, значит, приютил тебя. Терплю твой храп…
Женя перешел на крик:
– А ХРАПИШЬ ТЫ, КАК МРАЗЬ ПОСЛЕДНЯЯ!
Затем снова успокоился:
– Да, в принципе, терплю тут лишних людей, жертвуя своим комфортом. А потом слышу такое. Вот вы все же уроды! Ну вас нахуй!
После этих слов Евгений сорвал с себя большие наушники, агрессивно метнул их на стол в сторону монитора и, громко хлопнув дверью, ушел.
Юра выдохнул, помянул через «еб» мать друга и начал пить кофе. Напиток от накала страстей, казалось, совсем не остыл. Но и не был кипятком, что уже неплохо.
Каким бы Женя не был, но он точно знал, куда бить. Самолюбие явно пострадало, а воспоминания о школе нахлынули словно из ниоткуда.
– Слава Богу, хоть в этот раз не об Алине!
Юра пробубнил себе фразу под нос, после чего закрыл глаза и погрузился в школьные «чудесные» годы.
****************************************************************Май месяц две тысячи какого-то года. Девятый класс, последний звонок. В этот день здание школы опустело от настырной, вечно орущей детворы, но его стены все равно ходили ходуном от шума. Оно и неудивительно: предпраздничная суета была в самом разгаре. Учителя руководили школьниками, делавшими всю работу: носившими гирлянды и стулья, настраивавшими школьную аппаратуру, вешавшими шары и занимавшимися много чем еще. Родители, явно не знавшие, куда себя деть, то рвались помочь буквально во всем, то раздавали «ценные» советы, опираясь на подоконник.
Юра оказался напрямую втянут в эту суматоху. Мальчиков в классе было мало, а потому дефицитный мужской ресурс использовали по-полной везде, где есть хоть что-то тяжелее тортика. Перенос тяжестей сопровождался беготней по этажам, а белая рубашка и классические штаны в этой ситуации не добавляли удобства. В редкие паузы парни жадно налетали на воду, а о перекуре не могло идти и речи.
В один из таких перерывов к группе девятиклассников орлом подлетела классный руководитель, учитель химии и биологии Галина Степановна. Поводив глазами пару секунд, она выбрала жертву и начала разговор прямо:
– Юр, есть дело. Смотри, поднимаешься в наш классный кабинет. Там в подсобке лежит коробка с «дождиками». Возьми, пожалуйста, ее и принеси в актовый зал, хорошо?
Вопрос, заданный в конце, был скорее риторическим. Отказать учителю никто не мог, ибо было чревато. Как минимум лекцией о «плохом современном поколении», от которого вянут даже цветы. А потому парень молча кивнул, громко проглотил воду и отправился туда, куда ему сказали идти.
Путь к кабинету занял не более минуты. Перед школьником предстала умиротворяющая картина: солнце лениво заглядывает в окна, парты и стулья завалены вещами, а на доске красуется поздравительная надпись в честь последнего звонка. Дверь в подсобку была закрыта, причем на вид плотно. Но это оказалась лишь иллюзия, ибо легкого нажатия хватило, чтобы открыть ее настежь.
Войдя внутрь, Юра остановился и начал искать глазами нужные «дождики». Процесс не занял сильно много времени: искомое украшение услужливо расположилось на стуле возле окна, ожидая своего «спасителя». Парень сделал пару шагов, уже готовясь взять реквизит и направиться обратно, как услышал за спиной легкий скрип. Затем приглушенный хлопок. Все стало ясно: кто-то еще вошел. Юра осторожно обернулся и увидел…. свою одноклассницу.
Возле двери, опершись локтем на стену, стояла Ира Краснова. В одном из старых фильмов про таких говорили: комсомолка, спортсменка и просто красавица. В ее случае связь с давно загнувшейся советской организацией можно заменить на отличницу.
С другой стороны, репутация у нее была не идеальная, мягко говоря. Слухи ходили разные, и все они сводились к одному и тому же: Ирка-то слаба на передок. Причем ей было не важно с кем: старшеклассник, младшеклассник или мужик за 30 лет. Особо извращенные рассказчики докладывали о неких дедах, но в подобные истории многие не хотели верить. Потому что противно было даже представлять.
Сам Юра знал, что Ира переспала с тремя одноклассниками плюс двумя парнями с параллели, причем не самыми плохими. В голове сразу щелкнула мысль: много, не полезу.
– Ой, Юрка, ты тут! А я что-то думала, что тут никого.
– А вот тут я. Ну, привет. Чего не со всеми?
– Да заскучала что-то. Знаешь, все носятся, суетятся. Тоскливо.
Ирка покрутила в руке хвостик и медленно подошла к Юре.
– Тебе помочь? – спросила она.
– Не стоит. Тут ерунда.
Тем не менее, девочка подошла сзади и обхватила парня за талию, как бы пытаясь дотянуться до коробок, но ожидаемо безуспешно. Член Юры отреагировал как надо и тут же выпрямился в полный рост.
– Я же сказал…не надо.
Дыхание предательски сбилось. Говорить внятно и одновременно сдерживать эрекцию было сложно.
Одноклассница резко развернулся парня, выхватила у него из рук коробки, чтобы через секунду отправить их в полет в сторону окна, и впилась в губы жарким поцелуем. Спустя пару секунд, ошарашенный таким поворотом собеседник ответил на этот жест любви.
Руки Юры держали Иру за плечи, но затем вспотели и соскользнули на талию. Пара продолжала целоваться, и чем дольше это продолжалось, тем сильнее складывалось ощущение, что штаны скоро упадут. Не важно как: слетит пуговица, порвется ремень, разойдется ширинка или их просто снимут.
В какой-то момент было решено не гадать и устранить помеху самостоятельно. Красавица не отставала, оголившись практически полностью, оставив для приличия разве что лифчик и трусы. Кружевные.
Девушка отлипла на секунду и прошептала:
– Я хочу тебя.
Это был словно залп «Авроры» или красная тряпка для быка. Удерживать «младшего брата» было сложно, он рвался наружу и, казалось, был готов порваться от напора страсти.
Юра усадил Иру на так удобно расположившийся в подсобке полушкаф, спустил нижнее белье и вошел. Резкое начало вызвало общее «ой», после чего парень, как говорится, «вышел и зашел нормально». Он двигался медленно, пытаясь попутно разглядеть реакцию своей партнерши. Та постанывала в ритм движениям, а руки ее обхватили одноклассника за шею. В свою очередь, его верхние части тела чувствовали себя лишними, а потому просто вцепились в мебель, служа опорами для сложной конструкции, состоящей из двух человек.