Евгений Север – Хакер в другом мире 2: Неуловимые мстители (страница 24)

Хорошая еда есть. Только она не для вас. Она для тех, кто в состоянии себе её позволить.

О хронических болезнях жителей я даже говорить не буду. Если бы их загнали на наши медосмотры, большая часть молодых людей их бы просто не прошла.

Просто не прошли бы и всё.

Я не говорю что все такие — нет. Абсолютно нет. Но если сравнивать в процентах с людьми из СНГ, некая злая закономерность явно проступает. Там у многих проблемы с кифозами и сколиозами (искривлениями позвоночника). Почему? Да потому что здравоохранение там платное, и если у тебя нет денег, твоего ребёнка никто обследовать просто так не будет. А все эти проблемы идут именно с детства.

Капитализм — «щ-щастье».

Ладно. Допустим. А что же у нас происходит там, где денюжки водятся? Как там живут состоятельные граждане, закрывшиеся от реальности в своих уютных мирках? Создавшие себе такие «оазисы жизни» среди всеобщей обстановки выживания. О-о-о… там совершенно иная картина.

Посещаем другой городок. Тоже типа «спальника», но с дорогими машинами у гаражей. И что мы видим? Стройные, подтянутые, спортивные парни, вечерочком, рассекают на своих двоих по тротуарам, поддерживая здоровье. Красивые девушки гуляют стайками, и бросают на них красноречивые взгляды. Это, к стати, ещё один миф о США — что там красивых женщин нет. Это не так, они есть.

Только не для тебя.

Многие в возрасте, выкашивают свои лужайки газонокосилками. Это такая своеобразная форма медитации. Спокойные, уверенные в себе и завтрашнем дне.

Смотришь на них и думаешь: это генетически другие люди. Вот, по-другому и не скажешь. Это что получается, так поколениями что ли повелось? Одни выглядят вот так, ибо сутками убиваются на работах, а другие вот так? Ангелы и демоны? Морлоки и боги?

На территории постсоветского пространства вы такого просто не увидите. Нигде. Да, у нас есть и свои мухосрански, и зажиточные кварталы, но вы никогда не сможете, глядя на лицо и тело, сходу определить: богатый человек или бедный. Все, по большей степени, одинаковые. Знатоки говорят, были времена… когда нам не приходилось подороже себя продавать за возможность поесть и помыться под горячей водой.

Я как-то спросил своего товарища, проживающего в америке:

«Слухай, ну я был у вас. Видел вот это и вот это. Объясни, а как так-то? Вы ж везде кричите, что лучший уровень жизни, а у самих такое…»

И он объяснил:

«Ну, вот тут у нас, значит — всё хорошо и классно… а вот сюда мы не ходим. И тебе не советуем».

Всё. Это, собственно — весть ответ. Я ничего не вырезал.

… Знаете, когда обезьяна ворует бананы и прячет их в нору, пока её племя умирает от голода — её мозг люди будут изучать на предмет патологии. Когда в человеческом обществе некоторые особи воруют миллиарды — их помещают на обложку журнала Форбс.

Видимо — это нормальная психология. Мы у вас всё заберём и нашим детям, родственникам, друзьям — будет хорошо. А что ваши дети с голоду сдохнут… так это ваши проблемы. Какое нам до них дело?

Почему же здесь, в этой стране при таком расслоении в уровне жизни и отношении «вот тут всё хорошо, а туда мы не ходим» никто и никогда не поднимал восстаний, на подобии наших? Не устраивал революций?

А всё очень просто. Жителей этой страны, ещё очень много лет назад сумели убедить в том, что сколотив первоначальный капитал каждый может открыть своё дело и стать миллионером. Хозяином жизни. Классным парнем.

Но есть один большой нюанс.

Почему-то, до сих пор миллионерами и «классными ребятами» становятся не те люди, которые потом и кровью зарабатывали свои деньги и пытались создавать свои бизнесы, а те, у кого за спиной стояли такие же богатые родственники, имеющие на руках власть достаточную, чтобы пропихнуть тебя на рынке. Открою вам самый главный секрет капитализма — деньги делают деньги. Соответственно те, у кого эти капиталы уже есть, просто захватывают новые рынки и вытесняют оттуда всех остальных. Тех, кто пытался выжить самостоятельно.

Давайте отложим сложные идиомы и рассудим на простом житейском уровне. Дело в том, что у нас с вами — обычных людей, нет второго шанса. Если мы откроем своё дело и прогорим, что и происходит с девяносто девятью процентами всех бизнесов, у нас больше — ничего не останется. Мы с вами потеряем даже те копейки, что имели при старте. А теперь посмотрим на тех, у кого в карманах лежат миллионы. Как думаете… они сильно пострадают от потери нескольких сотен тысяч долларов? Думаю нет. Тут не получилось, там не получилось. А вот здесь — выстрелило. Да ещё как! Поперло как надо быть. И они отбивают свои вложения в несколько раз, покрывая убытки от прошлых ошибок.

Понимаете суть?

Они могут постоянно пробовать ещё один раз.

А мы — нет.

Вот и получается. Богатые богатеют. А бедные беднеют. И нет другой логики. И никогда не было. Или… а, нет. Вру. Была одна идея. Что-то там… про равенство и братство. Ну, вы все тут в курсе, что они с ней сделали.

Но вернёмся к нашему вопросу: почему все сидят и смотрят на это? Всё просто. Они верят. Верят, что раз получилось у других, получится и у них. Капитализм держится не на капиталистах, а на глупцах — желающих ими стать. Они все ставят на этот один процент. Это и есть самый великий обман многих сотен лет. Он называется — Американская мечта.

Потому что нужно спать — чтобы в неё поверить.

Лёгкий ударный беспилотник с кумулятивным снарядом на брюхе, вертикально спикировал на ведущий колону абрамс, угодив точно в место хранения боеприпасов. Струя специальной смеси прожгла броню. Взрыв страшной силы раздался на пустынной улице. Из многоэтажек и небоскрёбов ударная волна выбила стёкла. Оторванная башня танка приземлилась метрах в двадцати от колонны.

Похожая участь постигла и оставшиеся боевые машины.

Четыре тяжёлых группы бронетехники, заходящие с запада, севера, юга и востока горели оранжевым, ярким пламенем, призрачно переливающимся в отражении осколков битого стекла.

Искусственный интеллект «Скайнет», контролирующий воздушную эскадру дронов, нанёс массированный удар по силам национальной гвардии, наступавших в узких улицах города. Гусеничная техника пала, не успев совершить ни единого выстрела. Пехота, следовавшая за механизированными колоннами и оставшаяся без прикрытия, бросилась в рассыпную, спасаясь от роя квадрокоптеров, принявшихся гоняться за людьми в военной форме.

— Уму непостижимо, — глядя на творящийся в городе хаос, произнёс Килл. — Танки за несколько миллионов, были уничтожены дронами за сотку баксов. Пентагон тебя проклянёт. Ты только что лишил смысла существование целого рода войск.

— Да ты погоди. Это ещё вертолёты не прилетели. Там интереснее будет, — оскалившись пообещал Шухов. — Двигай к федрезерву. Хватит солярки?

— Хватит.

Бульдозер, скатившись с груды мусора, что раньше являлась банком, с диким грохотом начал движение по улице.

Над Нью-Йорком группами и по одному носились, как угорелые, беспилотники и атаковали солдат, которым не повезло вовремя спрятаться в укрытиях. При таком воздушном прикрытии никто не мог и близко подойти к бронированному трактору.

— Ты ведь понимаешь, что проснёшься завтра преступником номер один? Весь мир будет против тебя, — плавно оперируя джойстиком на пульте, поинтересовался кодер.

— Не говори как все, ты не такой, — Артём развернулся лицом к товарищу. — Я вижу это в твоих глазах. Ты тоже жаждешь разрушения. Иначе… зачем ты пошёл за мной? Я ведь не звал тебя. Твоей задачей была постройка бульдозера. Но ты выбрал стоять здесь. Не делает ли это и тебя мишенью?

— Я привык.

— Я тоже.

— Откуда такое сильное презрение к людям? — выдохнул программист. Едкий дым от горящей бронетехники добрался до крыши хакеров.

— Не людям. Миру в целом. Реальность, где каждый ненавидит каждого и пытается урвать себе кусок побольше не считаясь ни с чем — меня не устраивает, — неопределённо повёл рукой Шухов. — Маленькая кучка тварей внушила всему человечеству правила жизни рабов. Опутали нас невидимыми цепями обязательств, кредитов, долгов — и смеются над нами.

— Чел, поверь, ты не рассказал мне ничего нового. Те, кто создал эту систему и поддерживают такой порядок никогда не…

— Я не с этой кучкой сражаюсь, — хакер на полуслове перебил оператора бульдозера. — Их не побороть. Всегда придут новые.

— Чт… но тогда я не пон…

— Я воюю с тем, что заставляет людей подчиняться подобному. Со злом внутри, — Шухов постучал себе в грудь, — человека. И эти акции, что я совершаю по всему миру, не только в этой стране — мой инструмент воздействия. На разум. Я раз за разом показываю, к чему в итоге приводит такой мир.

— И к чему же?

— К уничтожению. И смерти. Финансовая иерархия это чудовище, пожирающее само себя и создающее новых чудовищ.

— Таких, как ты?

— Таких — как я.

Артём снова перевёл взгляд на пылающий город. Серые завесы дыма поднимались над небоскрёбами.

— Против зла, может сражаться только другое зло, не так ли? — задумчиво глядя в небо произнёс Килл.

Беспилотник чёрного цвета выскочил из-за угла, перекрыв проход вооружённому до зубов военному, который принялся лихорадочно палить в воздух. Совершив манёвр уклонения дрон, с прикрученным фугасом, ударился о землю у ног солдата.

Окровавленная каска упала на тротуар.

Когда гусеничный трактор преодолел половину пути до своей последней цели, с юго-востока раздался новый звук. По небу, рассекая воздух мощными винтами, скользили два военных вертолёта, вооружённых автоматическими ракетными установками под крыльями.