Евгений Щепетнов – Звёздный Волк (страница 64)
– Делай что хочешь… – устало махнула рукой Лера. – Только когда тебя там поджарят или раздавят, вспомни, что я тебе говорила!
– Тьфу! – сплюнул Семён. – Разве можно такое под руку говорить? Ну, бабы! Ни хрена ничего не понимаете! Лучше идите в каюту, отдохните, попрощайтесь… как следует. Мало ли что впереди?
– А сам-то чего каркаешь? – ощетинилась Лера. – Ничего с ним не случится! Не такой он человек, чтобы поддасться всякой пакости! Нечего каркать! Пошли, Слава, передохнёшь перед путешествием. А там видно будет.
– Вот это другое дело, вот это по-нашему! – улыбнулся в усы старик. – А то разнылась! Славку оглоблей не перешибёшь! Измочалишь её об него! Идите отдыхайте, а я посижу тут… впрочем, я тоже пойду передохну. Да и вы, парочка, гусь и гагарочка, идите-ка, займитесь… полезным делом. Жаль, нет у меня тут бабёнки. Я бы тоже…
– А смог бы? – усмехнулась Сильмара.
– Ну хоть пощупал бы, и то радость! – рассмеялся ветеран. – А вы пользуйтесь, пока можете! Ну всё, разбежались. Прощаться не будем – ненадолго уходит, скоро свидимся. Пойду я к Натахе схожу, побуду с ней немного… Плохо что-то без неё. Напомнила мне о молодости… Плохо, когда уходят молодые… Лучше бы я помер. – Ветеран грустно покачал головой и побрёл прочь из рубки.
Соратники проводили его взглядами и заторопились следом. Сильмара обняла за пояс Олега, увлекая прочь. Картина была забавная: высоченная, чёрная как смоль женщина с тонкими, прекрасными чертами лица, похожая на вырубленную из чёрного камня статую, и бледный, веснушчатый, с румянцем на щеках парень на полголовы ниже её. Но смеяться не хотелось, так всё выглядело органично и правильно. Жизнь продолжается, Купидон палит из своего боевого бластера, попадая туда, куда придётся…
Лера подошла к Славе, обняла его за шею, чмокнула в нос и извиняющее сказала:
– Прости, я не должна была так говорить с тобой при подчинённых. Но я так испугалась за тебя… Простишь?
– Нет тебе прощения! Ты будешь подвергнута сексуальному домогательству два раза! Нет, три раза!
– Я могу на это рассчитывать? – озабоченно-серьёзно спросила Лера.
– Можешь! Пошли, плаха для наказания ждёт тебя! Жаль, что здесь не водяной матрас, как на «Соргаме».
– Бедная Наташка! – вздохнула Лера. – Как жаль…
– Всех жаль. И Наташку, и всех… Давай пока не будем о грустном. Вот выберемся отсюда, оплачем и Наташу, и всех, кто безвременно ушёл в самом лучшем своём возрасте, не увидев, не закончив, не долюбив. Всё, пойдём…
Коридор упирался в глухую стену, на которой были грубо начерчены скрещённые кости и череп. Кто-то из тех, кто остался по эту сторону шлюза, предупреждал оставшихся: не лезьте! Нечего вам там делать!
Слава не внял их предупреждениям и теперь стоял перед этой стеной в полном боевом вооружении: скафандр с пока что открытой головой, лучемёт на руке, вибромеч. Глупо, наверное. Но Лера настояла, мало ли что он там встретит. Слава хоть и недоверчиво кивал головой в такт её словам, но тоже считал, что бронескафандр может пригодиться.
Они обнялись с Лерой, больше никого рядом не было. «Долгие проводы – лишние слёзы», как говорит пословица. Не стали извещать остальных о времени похода Славы. Запас воздуха и воды в скафандре есть, запаса батарей хватит на несколько дней, коммуникатор с собой, хотя вряд ли от него будет толк, судя по тому, что экспедиции пропали безвозвратно. Пора было идти.
Ещё раз окинув взглядом фигурку Леру в коротких шортах и топике, Слава скомандовал:
– База, открыть шлюз!
Металлические двери, похожие на двери лифта, только во много раз больше, раздвинулись в стороны, и перед Славой открылся коридор. Он был тёмным, но модифицированное зрение бойца позволяло беспрепятственно увидеть, что коридор вдали изгибается, заворачивается и уходит куда-то дальше, во тьму.
Слава нажал кнопки панели под мышкой, и шлем скафандра скрыл его лицо. Шагнул вперёд и двинулся по извилистому коридору, напоминающему не вырубленный в скале тоннель, а что-то странное, ни на что не похожее.
Шлюз за спиной с шумом сдвинулся, отрезав его от «внешнего» мира, и Слава остался в тишине, такой глубокой и могучей, что у него сразу зазвенело в ушах – мозг пытался восполнить недостаток звуковых раздражителей фантомами. Немного подумав, Слава сложил шлем. Вряд ли исследователи до него были без скафандров. И что? Помогло это им? Он мог рассчитывать только на своё предвидение да на псионические способности. Вряд ли тут будут так необходимы боевые качества…
Коридор тянулся дальше и дальше, прихотливо заворачиваясь, стыкуясь с другими коридорами, извиваясь и уходя куда-то вовнутрь, вглубь массива. Через метров триста Слава заметил первые признаки прохождения этого пути предыдущими исследователями: на полу лежало пять трупов в скафандрах. Лица их были высохшими, как у мумий, пальцы лежали на спусках лучемётов, но никаких следов выстрелов не было. Такое впечатление, что люди просто упали и умерли.
Коридор тянулся дальше и дальше, пока его не пересекло нечто вроде перепонки, или этакой мембраны. Она была прорезана каким-то тяжёлым инструментом типа плазменного резака, который лежал тут же, рядом с трупами. Трупы опять были целы, один как будто перед смертью держал в руке этот самый резак и вспарывал дверь.
Слава недоумённо пожал плечами. И пошёл дальше.
Внезапно у него возникло такое чувство, как будто за ним кто-то наблюдает. Он резко остановился, выдохнул и попытался определить, откуда исходит эта… нет, не опасность. Просто было ощущение, что кто-то огромный, великий, смотрит на него как на букашку и пытается понять, что с ним сделать. То ли раздавить его на ладони, то ли посмотреть, куда букашка побежит дальше. Потом интерес этого существа как будто ослабел. Ну ползёт себе и ползёт, посмотрим, что будет дальше!
Слава шёл уже около часа, когда обнаружил останки третьей группы. Вот здесь уже были следы того, что люди стреляли по неизвестным целям. Противоположная стена была обожжена и свисала странными лохмотьями, похожими на высохшие ветки дерева.
Слава потрогал эти ветки, и почему-то у него возникло ощущение живого… Он коснулся стены тоннеля, и перед ним замелькали странные картины – что-то такое мелькало, извивалось… Он оторвал руки от стены – картинки исчезли. Слегка подумав, Слава сбросил с себя скафандр и коснулся стены уже голыми руками, а не закованными в броню металлопластика. Тут же вспыхнула картина: из стены появляются щупальца, похожие на щупальца спрута, хватают, рвут людей, те отчаянно отстреливаются, но погибают, схваченные могучими «канатами».
Слава оторвал руки, поёжился, оглянулся на брошенный скафандр – не зря ли снял? Затем снова махнул рукой. На кой чёрт он нужен? Спас он, что ли, предыдущих исследователей?
Ещё час брожения по коридорам, и в конце концов заметил, что идёт-то он по кругу! Большой коридор обходил некое пространство по кольцу, а от него уже расходились крупные и мелкие радиальные тоннели. Он выбрал самый крупный тоннель, пошёл по нему вперёд. Посмотрел – тоннель шёл куда-то далеко вперёд. Подумал, свернул в боковой, небольшой. Тот закончился площадкой, очень похожей на площадку лифта. Слава вошёл на неё, пошарил кругом и, наткнувшись на выступ в стене, подумав немного, нажал на него. Выступ провалился в стену, как бы сравнявшись с ней, а стены лифта замелькали стремительными полосами. Через несколько минут Слава оказался возле двери-мембраны. Когда он подошёл к ней, та бесшумно раскрылась, открыв свободный проход.
Слава пожал плечами и двинулся дальше. Таких мембран и проходов ему встретилось не менее двадцати штук. Но пройти он мог только через некоторые из них. Другие были наглухо запечатаны, и Слава почему-то не сомневался, что, если бы он начал грубо пробиваться сквозь них, его участь была бы такой же, как и у исследователей, лежащих позади него в виде сушёной воблы.
Через полчаса у него появилось смутное ощущение, что его куда-то загоняют. Менялись лифты, мембраны, а он шёл и шёл дальше, углубляясь куда-то внутрь этого странного сооружения.
Иногда его путь шёл через огромные залы, своды которых терялись в высоте, иногда мир снова съёживался до размеров коридора. В стенах виднелось множество дверей – мембран разного размера: от таких, в которые мог пройти только человек, до огромных, в которые мог спокойно влететь «Соргам» или корабль покрупнее. Слава время от времени прикасался к стенам. Картинки больше не вспыхивали, но у него возникало непонятное ощущение, будто прикасается к телу невероятно огромного животного, для которого он был бактерией или кем-то вроде блошки.
Через несколько часов блужданий он вышел в большой зал, в котором неожиданно и с восторгом увидел что-то, похожее на органы управления звездолётом. В центре, перед громадными плоскостями, в которых можно было узнать экраны, стояло подобие кресла, в подлокотниках которого сделаны широкие выемки с отпечатками рук. С удивлением и радостью Слава увидел, что отпечатки соответствуют человеческим рукам. Подойдя ближе, он слегка примерился, на всякий случай не кладя руки в эти отпечатки. Размер был точно его. Тот, для кого делали эти выемки, был довольно крупным существом, с массивными кистями рук, крупнокостным и большим.