Евгений Щепетнов – Возрождение (страница 30)

Мир снова пришел в нормальное состояние, задвигался, ветер коснулся лица Славы прохладной вечерней ладонью, и он ошеломленно осмотрел место боя. Ни одного гресса не осталось в живых. В воздухе было тихо, и только откуда-то со стороны слышалось то ли рычание, то ли… В общем, Тирас стало плохо. Ее вытошнило от вида этой бойни.

Слава и Лера отвернулись в сторону – им тоже было неприятно смотреть на залитую кровью площадку и на куски тел, но они видали картины и похлеще, а потому сдержались.

Тирас присоединилась к ним через несколько минут. Она была бледной; извиняясь, пожала плечами и сказала:

– Простите. Вы, наверное, думаете, что я какая-то слабонервная, с дутыми заслугами? Что из меня воительница никакая? Вы ошибаетесь. Я бывала во многих стычках и карательных экспедициях, но такого месилова, такой мясни я еще не видала. Хорошо, что я немного знаю их язык, – уж слова «убейте их» мне хорошо известны. Иначе не знаю, чем бы закончилось. Как бы выкидыша не случилось из-за таких перегрузок… – озабоченно добавила она.

– Думаю, что у тебя будет все нормально. – Слава устало присел на землю, откинувшись спиной на стенку корабля. – Лер, ты как, с тобой все в порядке?

– Ничего не в порядке, – ответила та, закусив губу и осматривая лучемет, как бы проверяя количество зарядов. – Я положила штук тридцать разумных существ, в клочья разнесла. Как я могу быть в порядке? Похоже, меня сейчас тоже стошнит! – Она зажала рукой рот и глубоко вздохнула.

– Если ты не хочешь добавить к этому количеству еще штук триста трупов, тебе стоит зайти в шлюз, – торопливо сказал Слава, вглядываясь в склоны котловины, наполняющиеся черными точками бегущих кентавров. – Быстренько, заводим лошадей внутрь! Две погибли – снимайте с них сумы, тащите! Скорее, девчонки, скорее! Не до слабостей! Мне тоже неприятна эта мясня, но если не поторопитесь… Давай, давай!

Они сдернули с трупов лошадей переметные сумы, перевалив их на других лошадей, и вошли в корабль.

Потолок терялся в вышине, и шаги гулко отдавались в огромном доке. Пол был металлическим, рифленым. Он оказался гораздо ниже, чем уровень земли, и наклонно уходил вниз. От входа в шлюз был сделан деревянный помост, перекрывающий перепад высот, что-то вроде мостика, довольно прочного, на котором лошади стояли, не прогибая досок. Женщины держались за лошадей и шли позади: Слава хорошо видел в темноте, так что он выступал поводырем всему каравану.

Сойдя с помоста, путники загрохотали ногами по металлическому полу, быстро удаляясь от входа.

– Слав, ты думаешь, сюда они не пойдут? – Лера поежилась то ли от холода, то ли от волнения.

– Сомневаюсь, что пойдут. Это же место обитания Мудрых – скорее всего, вход для их биороботов сюда запрещен. Пошли, пошли быстрее! Если вход и запрещен, никто не мешает им стрельнуть нам в спину из лука!

Путники прибавили шагу и уже удалились от входа метров на двести, потерявшись в темноте, когда светлый проем входа заслонили фигуры грессов. Они что-то кричали, глядя на трупы Мудрых, размахивали в воздухе мечами и топорами – в общем, вели себя вполне по-человечески. Что делает человек, когда добыча ушла из-под носа? Конечно, орет, грозится, а потом успокаивается и занимается более важными делами. А дел у них должно было хватать – хотя бы потому, что им нужно собрать и похоронить пятьдесят своих сородичей.

Слава не испытывал угрызения совести от уничтожения пятидесяти кентавров. Ну да, неприятно, да, разумные, и в общем-то они ни при чем, так что же теперь – дать им себя убить, в конце концов? Нет уж, его человеколюбие… скорее кентавролюбие, не простиралось так далеко. Виноваты были Мудрые, толкнувшие их на этот шаг, а кентавры… ну, что кентавры – они выращены Мудрыми для убийства, для охраны своего «капища». Своего корабля. Но только где выращены – вот в чем вопрос… У Славы были на этот счет смутные подозрения, но он их не озвучивал. Скоро и так все будет ясно. Или почти все.

Пройдя еще метров сто, экспедиция оказалась у небольшого аппарата, чем-то напоминающего водный скутер. Небольшая овальная штука с прозрачным, слегка помутневшим стеклом… или не стеклом… короче, чем-то, служащим, вероятно, для защиты седока от встречного ветра, как у мотоцикла. А это и было что-то вроде мотоцикла – устройство, способное переносить двух седоков, только не по поверхности планеты, а по воздуху. Что-то подобное Слава видел на Алусии, правда, другой конструкции – те были, по ощущениям, более современными, более… шикарными, что ли. Эти же производили впечатление древности своими выцветшими, побитыми временем боками.

Слава оглянулся – тут этих аппаратов сотни, но лишь около десятка стояло отдельно; похоже, именно они и были исправны из всего количества бесполезной рухляди. Десяток исправных гравискутеров.

Вид этих аппаратов привел его в отличное настроение.

– Все, девочки, наши зады теперь могут успокоиться – им не придется страдать в седлах. У нас теперь есть на чем летать! Меня так бесят лошади, если бы вы знали! Терпеть не могу ездить на лошадях.

Тирас неожиданно засмеялась, а Лера недоуменно спросила у нее:

– Ты чего? Что он смешного такого сказал?

– Мой отец ненавидит лошадей, говорит, они всегда норовят его укусить. Слава сейчас напомнил о нем. – Тирас посерьезнела и добавила: – Вообще-то я не знаю, о чем Слава говорит, но, если у него есть какие-то волшебные средства, чтобы выбраться отсюда, я буду счастлива. Потому что без них нам теперь не выбраться. Вход нам перекрыли.

– Да, Слав, ты уверен, что эти штуки работают?

– А мы сейчас проверим, – ухмыльнулся Слава. – Подержи-ка поводья…

Он кинул поводья на руки Лере, а сам подошел к гравискутеру. Осмотрел его, взял с сиденья потускневший блестящий шлем, похожий на шлемы управления флаерами и звездолетами. В принципе какая разница между управлением флаером или скутером – лишь размеры разные да энерговооружение. Это пришло ему в голову потом, когда он надел шлем. Перед глазами замелькали цифры, обозначения, и Слава довольно улыбнулся: работает!

Скутер плавно оторвался от пола, поднялся на два метра и, набирая скорость, понесся к выходу. С шорохом вспарывая воздух, он пролетел над головами кентавров, толпящихся внизу, и завис над ними на высоте пятидесяти метров. Те подняли головы, не пытаясь нанести какой-то вред летающему аппарату, и снова занялись своим делом – сбором трупов товарищей, погибших по прихоти Мудрых.

Слава рванул вперед, сделал резкий разворот и понесся внутрь корабля, туда, откуда прилетел. Посадив скутер возле храпящих в испуге лошадей, он снял шлем и, с удовольствием потянувшись, сказал:

– Теперь нам бы еще добраться до внутренностей этой лохани да влезть в мозги корабля… и я был бы абсолютно счастлив. Выход нам обеспечен. Пошли дальше?

– Неужто эти штуки до сих пор летают? – с удивлением спросила Лера. Она не поверила своим глазам. – Да они же рухлядь натуральная!

– Ну не скажи. Похоже, это боевые скутеры десанта. Представь: пять сотен таких скутеров и на каждом по два десантника. Не удивлюсь, если в них вмонтированы и лучеметы, я пока не разобрался. Заряда у них хватит практически на бесконечное количество лет – они на антиматерии, а на ней двигатели очень-очень долго работают. Ведь фактически что такое гравидвигатели? Это гравикомпенсаторы с меняющимся вектором приложения сил. Изменил вектор – вот он и полетел. А управление кораблями с помощью мозговых волн известно еще со времен Шаргиона, так что ничего удивительного. Тем более что все эти штуки произведены прародителями зеленых. Здесь ломаться-то нечему, вот что я имел в виду. Вспомни генератор, который работает до сих пор. Может быть, еще и так: скутеры вырабатывали запас энергии – Мудрые переставляли энергетические блоки из других скутеров и снова летали. Пока не остались вот эти десять штук. Да и летали они, похоже на то, довольно редко. Больше путешествовали пешком или на лошадях. Вспомни, что говорила та, убитая Мудрая – не все допускались к этому страшному секрету, а только посвященные. Остальные лекарили да прислуживали элите Мудрых. Вот как та Мудрая, которой я сделал ребенка. Она была ни сном ни духом про выкрутасы верхушки ее организации. Кстати сказать, это вселяет надежду на то, что все еще на этой планете может закончиться хорошо. Надо всего лишь перебить тех Мудрых, кто мутит воду, и рассказать всем, что есть правда в этом мире. Вот и все.

– И все? – усмехнулась Лера. – Надо еще найти этих Мудрых, которых надо перебить, убедить воительниц, что Мудрые хотят им зла, а мы – добра, и… и этого хватает.

– Давай будем решать проблемы по мере их поступления, Лерчик, – весело хмыкнул Слава. – Вот сейчас мы решили вопрос с нашим попаданием в корабль, например. Теперь пройдем дальше и посмотрим, что там у нас с позитронным мозгом и может ли он нам помочь, ну, а дальше… дальше посмотрим. Кстати сказать, а может, лошадей-то отпустим? Пусть идут наружу, авось их кентавры не сожрут. Здесь они точно сдохнут от жажды и голода – пастись-то им негде. Давайте-ка разгрузим их, а вещи положим возле скутера. Все равно тут никто не ходит, так что никуда не денутся.

Люди быстро разгрузили лошадей, скинув сумы прямо на пол, и Лера, обнажив меч, хлопнула плоской стороной клинка по крупам животных, отчего те зафыркали и помчались к светлому пятну, наружу.