Евгений Щепетнов – Король (страница 18)

— Силен внук — задумчиво протянула бабушка Леры, которая стояла рядом — Ты посмотри только, как двигается…я бы на месте Герата сто раз подумала, прежде чем его вызывать.

Лере после ее слов стало почему-то гораздо легче. Девчонки одно, а бабушка…она на то и бабушка, чтобы все знать! Если говорит, что Келлан силен — значит, так тому и быть.

Келлан спокоен, как…как жующий бык. Даже немного сонный. Вокруг кричат, шумят подвыпившие зрители, подбадривают Герата (ну а кого же еще?), но Келлану все нипочем. Стоит такой, на лице полуулыбка, глаза чуть прикрыты — то ли молится, то ли медитирует. Потом принялся руками махать, растягивать мышцы, и вроде как танцевать. И это было так красиво, так странно и неожиданно (он будто бился с кем-то невидимым, ловким), что Лера с неудовольствием, и одновременно с гордостью заметило, что как минимум два десятка девушек и женщин, которые за Келланом наблюдали, порозовели и облизнули губы.

Ей сразу стало так хорошо! Их много, а спит с ним только она одна! Ну, Соня не в счет, тем более, что она с Келланом не спит. Ишь, как следят за движениями Лериного мужа! Как вздыхают, краснея от отвязных мыслей, пришедших им в голову! А вот нет им ничего! Он принадлежит ей, и только ей! И сегодняшней ночью она снова это докажет! Нарочно будет вопить так, чтобы слышала вся округа! Пусть знают, как умеет обходиться с женщинами ее муж, и мечтают о нем…наглые шлюшки!

Вон та — с мужем ведь стоит рядом, а глаза впились в живот Келу. Или пониже живота…

И эта…сикушка. Ей лет-то не больше пятнадцати, а туда же — губы кусает, облизывается, как кот на тарелку с рыбой!

Ох уж этот мир хищниц — не уследишь, тут же уведут мужчину! Лера сейчас готова была отлупить всех этих баб — так, чтобы они навсегда забыли, как на чужих мужиков заглядываться. А еще — ей ужасно хотелось схватить мужа, увести его в кусты, и…ее даже трясло от возбуждения.

Но — началось. По сигналу старосты. Он ударил в сковороду молотком, получилось что-то вроде гонга.

Бам-м-м!

И…ничего не произошло. Келлан как стоял, так и стоит, его соперник ухмыляясь, прохаживается перед ним — могучий, сияющий на солнце налитыми влажными плечами. Бык перед атакой, да и только.

Когда Герат бросился вперед — Лера упустила момент. Вот только что стоял на месте, потирая руки, и вот…уже бежит на противника, сжав пальцы в кулак размером с голову. А Келлан снова спит на месте, равнодушный и безжизненный! Ну как так?!

У Леры все внутри оборвалось, захотелось завопить, схватить камень и швырнуть навстречу этому мерзкому рыжему типу, который покушается на ее мужчину!

Она бы наверное так и сделала — но камня под ногами не нашлось. А пока искала камень, все переменилось. Лесоруб продолжал двигаться, но уже описывая в воздухе сложную линию — вверх ногами, а потом ногами вперед. Казалось, его запустили из огромной катапульты — вжжих! И полетел во вражескую крепость!

Приземлился на ноги, как кошка, и едва не задавил двух зрителей — хорошо, что соседи успели выдернуть их из-под «снаряда». Лера больше всего досадовала, что не видела, как этот тип был отправлен в полет. Вот что значит две секунды не смотреть за противником!

Лера даже расстроилась — в отличие от своих. мм…сестер? Как еще назвать наложниц мужа? Сестры, наверное…и неважно, что не родные. Ох, они и вопили!

Соня вопила: «Да! Да! Так его!». Фелна и Хельга не отставали, визжали и хохотали так, что уши закладывало. Даже бабушка позволила себе довольно улыбнуться и кивнуть своей прекрасной, аристократической головой. Вот никогда не подумаешь, что ей больше сотни лет! Или даже больше? Эта голова, это тело больше подходит женщине лет тридцати, не больше. А если еще ее и накрасить…

Герат теперь не улыбался. Нет, злобы не было, раздражения тоже — настороженность, внимание, и…опаска? Он опасается худого, как тростинка Келлана?! Лера даже хихикнула — ну надо же! Ее муж не только в постели силен, и не только своей могучей магией! Мужчина, настоящий мужчина!

Рраз! Ррраз! — кулаки Герата мелькнули в воздухе, чтобы…ударить в никуда. Келлан непостижимым образом успевал убраться с пути этих кулаков — лениво, обманчиво медленно, и даже, как показалось Лере — нарочито медленно. А потом Кел метнулся вперед, захватил руку Герата, которой тот пытался схватить его за шею, и одним движением шваркнул лесоруба о землю! А затем как-то хитро захватил его руку, вывернул, и в таком положении зажал, не давая Герату подняться. Тот пыхтел, ревел, ругался, но…было видно — двинется, и рука треснет в локте и сломается. И Герат сдался, громко признав победу.

Все вокруг завопили — и девушки Келлана, и Лера, и даже бабушка издала звук, что-то вроде «Ийех! Молодец, парень!». Ну а остальные зрители просто визжали — кто-то кричал, что так делать нельзя, что не считается, кто-то — что пора было Герата получить по морде, а то зазнался. Другие — просто от полноты чувств. Весело ведь! Выпили, хорошее зрелище увидели — почему бы не поорать и побесноваться?!

А потом выступил староста, и сказал, что это были хорошие игры, и что душам покойных на том свете станет гораздо спокойнее. Лера так и не поняла, почему это покойникам станет спокойнее, если Герату набили морду, но спрашивать не стала. Раз говорят, что такое может быть — значит, это правда. Старикам виднее, они ближе к тому свету.

— Не шутишь?

— А по мне видно, что я шучу?

— И что, она вырастет?!

— Не знаю. Сдается, что — да. Я бы мог увеличить ее прямо сейчас — вырастить ей ноги, руки, изменить тело, голову…да, даже размер головы придется менять. Но если я ошибусь в пропорциях, получится уродец, а вы меня станете винить в том, что я все испортил. Честно сказать, я бы вообще ничего не трогал, кроме…хмм…одного места. Могу сделать так, чтобы вы занимались любовью безболезненно.

— Это тоже будет…непропорционально! — хихикнула женщина — Лучше уж вырасти!

Адрелла вздохнула, и посерьезнела:

— Если можешь — сделай! Мы век тебе будем благодарны. И…заплатим. У нас есть чем заплатить!

— Ничего не нужно — отмахнулся я — Попробую сделать все, что могу. Если силы не хватит, бабушка поможет. Поможешь? (Посмотрел на бабулю. Она кивнула)

— Правильно, Келлан — подала голос бабушка — Нельзя вмешиваться в организм без нужды. Он сам должен сделать то, что тебе нужно. Просто расскажи ему, подай идею, направь, подтолкни! А тупо править тело, вытягивать кости и наращивать мясо — это делают только глупцы (Я чуть не покраснел — а чем я у Велура занимался?). Чтобы делать такое, нужно быть лекарем самого высшего разряда, и то…вероятность ошибки очень велика.

Очень пропорционально сложена, и очень красива жена Герата. Но да — как с такой «дюймовочкой» заниматься сексом? Мучение — и ей, и ему. Пусть скажет спасибо, что хоть одну дочку родила — могла ведь и после и не выжить. Раздетая — еще красивее, чем в одежде. И на самом деле — очень похожа на Соньку. Такое ощущение, что у них общие корни, родня. Может у Соньки ворки в предках, а сама она полукровка? Все может быть. Помеси частенько гораздо красивее, чем представители «чистой» расы. Прилив свежей крови — он иногда к месту.

Все, что понадобилось — напитать ауру женщины Силой, и пожелать, чтобы организм изменил пропорции в сторону увеличения. Тут как с вагоном — сдвинул с места, толкнул…а дальше он уже сам покатился.

Ну что еще…убрал несколько шрамов, подтянул слегка обвисшую грудь (все-таки ребенка родила и кормила), вот, в общем-то, и все. Даже усыплять Адреллу не пришлось — лежала, улыбалась, совершенно не стесняясь того факта, что ее обследует и лечит совершенно, в общем-то, незнакомый парень. Голышом лежала, само собой. Муж ходил снаружи, у порога, как часовой на страже. Помощи бабушки не понадобилось — резерв Силы у меня сейчас такой, что хватит на десять сильных магов. По крайней мере, бабуля так сказала.

Хмм…привык уже звать ее бабулей…да и она как-то странно на меня поглядывает, и всегда называет или внуком, или Келланом. А ведь знает, что я ни то, ни другое. Но тут уже ничего не поделаешь…так случилось.

Глава 9

Я не помню эти дни. Вообще. Никак. Они — просто сон. Дурной сон. Удушливый запах лошадиного пота, покачивание лошади, боль в застывших суставах и мучительная попытка понять — кто я, и где нахожусь. Мутная пелена, больше ничего. Но тот момент, когда я осознал свое бессилие, беспомощность, когда понял, что все очень плохо — его я помню хорошо.

Мы с Лерой лежали на ложе, застеленном гладкими, наверное шелковыми простынями (приятно холодят обнаженную кожу!), дремали после любовных игр. И вдруг я почувствовал, как нечто могучее, сильное, обручем сжало мое тело — ноги, руки, горло, я даже голову повернуть не смог, и сразу начал задыхаться! А потом мне в рот полилось что-то горькое, обжигающее, раздирающее внутренности и туманящее мозг. И после этого…все. Занавес.

Очнулся я уже ТАМ, где-то. Не знаю где. Темная пещера без следов дверей, деревянное ложе, похожее на то, на котором мы с Лерой уснули в нашу последнюю ночь. Только голое, без простыни и матраса. И сам я голый, как в момент рождения. А вокруг — темнота.

Само собой — первое, что я попробовал сделать, это соединиться со своими призраками и посмотреть вокруг их глазами. Выйти из темницы. А еще — зажечь магический светлячок, я это умею. Вернее — умел. Теперь — я не умею ничего. Теперь — у меня остались только руки, ноги, только мои боевые умения. Как когда-то на Земле. Магии нет — пропала. Совсем.