Евгений Щепетнов – Академия (страница 51)

Сенель бросил быстрый взгляд на ревущую, разбрасывающую дощечки-«билеты» толпу, развернулся и молча пошел к Дункасу. Коротко с ним переговорил, поглядывая на меня, и затем ушел туда, куда до этого уходили его девушки. Дункас же сделал мне знак: «Иди сюда!» — и я пошел за ним туда, где как я знал, находился его кабинет — если это можно назвать кабинетом. Нечто среднее между комнатой отдыха и рабочим офисом.

Прикрыв за мной дверь, Дункас сходу взял быка за рога:

— Ты же пользовался магией, так?

— Так — не стал спорить я — И что? Сенель тоже пользовался магией. Я ему предложил — давай, расскажу народу как ты их надуваешь. Он сразу же язык в задницу засунул — не хочется, чтобы ославили!

— Я должен был получить половину от взносов — мрачно сказал Дункас.

— Четверть. Четверть ты получишь — усмехнулся я — А еще, возьмешь свой процент с моего выигрыша в тотализатор. Ну а в следующий раз, когда Сенель устроит свое соревнование — вы с ним полностью восполните убыток, и получите гораздо больше!

— Это как? — Дункас недоуменно посмотрел на меня.

— Понимаешь, народ уже не верит, что у Сенеля можно выиграть. То есть — никто не хочет выходить и платить взносы. Скоро и совсем откажутся от такого развлечения. Отказались бы. Но теперь, когда вы начнете этот цирк в следующий раз — желающих будет в несколько раз больше! Ведь я-то выиграл! Значит, и они могут! А если я сейчас объявлю, что меня кинули с деньгами, что Сенель жулик…

— Но ты больше никогда не будешь участвовать в этом состязании! — перебил меня посветлевший Дункас — Никогда, понял?

— Понял, не дурак! — ухмыльнулся я — Не буду участвовать без вашего позволения — Твоего и Сенеля. Ведь хоть иногда-то он должен проигрывать!

Дункас расхохотался, потом вытер выступившие слезы и недоверчиво помотал головой:

— И откуда же ты такой на мою голову свалился?! Странный ты парень… Ладно, договорились. Кстати — надо будет Аллену пендаля дать — почему не предупредил, что ты из Академии!

— Там девчонка раненая…давай, я ее вылечу? — предложил я — Бесплатно, никаких денег не надо за лечение. Кстати, а что там мне причитается в тотализаторе?

А причиталось мне, как выяснилось — четыреста тридцать два статера, за вычетом десяти процентов банкомета, или как он там у них называется. Плюс пять золотых, плюс сто двенадцать статеров (вместе с моими пятью). Кстати, пытался настоять, чтобы Дункас не включал в общую сумму мой взнос в пять статеров — ну с какого хрена я буду платить процент и со своих денег? Но он лег костьми — со всей суммы, и все тут! Вообще-то я не особо так и переживал за эти гроши, но поторговаться-то надо? Ну чисто для развлечения, а то уважать не будут! Тут любят и умеют торговаться, видел на базаре целые представления, когда торгаш и покупатель виртуозно пытались развести друг друга, да так цветисто, так красиво «выпевая» оды в защиту своей позиции, что собиралась целая толпа зрителей, чтобы на это посмотреть. И делали ставки! Тутошний народ — игровой наркоман, это точно.

Итак, у меня теперь к получению пятьсот сорок четыре статера и пять золотых. Офигеть какая сумма! Богач, точно! Кстати сказать…надо будет подумать над тем, как хранить эти деньги. Вот заберутся в мою комнату воришки, да и почистят кошелечки…ищи потом, свищи! Да просто кто-нибудь случайно заглянет в мой вещмешок, или в шкаф, обнаружит там кучу монет, на которую можно прожить всю жизнь вполне безбедно, и…не надо искушать людей. Люди слабы. Вон, девчонка работает месяц за три статера. Грязь вымывает, ванну начищает. Тридцать шесть статеров в год! Меньше двух золотых! А я сейчас получу столько, сколько она не заработает и за пятнадцать лет работы! Сегодня же узнаю, как открыть счет в банке…

— А что там узнавать? — в голове послышался голос Хенеля — заходишь в имперский банк, предъявляешь жетон курсанта, и тебе открывают счет. Выдают бумагу — сколько денег от тебя приняли. И все! Захочешь получить какую-то сумму — тебе новую бумагу дадут, с перечнем остатка. И получить деньги можно в любом городе, где есть имперский банк — предъяви эту бумагу, получи деньги и новый вексель. Без твоего позволения никто деньги не получит — нужно только твое личное присутствие. У меня был счет в банке, отец настоял, чтобы я открыл.

***

Лечение не заняло много времени — под недоверчивым и еще хмурым взглядом Сенеля (ну как же, лишился кругленькой суммы!) я залечил рану девушки так, что от пореза не осталось и следа. Сложнее всего было в этом деле не смотреть на ее грудь — небольшую, крепкую, соблазнительную. Не знаю, почему, но эта девица возбуждала меня гораздо больше всех девушек, что я видел в этом мире. Может потому, что она была белая, как и я? Экзотика? Решил для себя — завтра вечером приду в трактир. Обязательно приду. Сенель, как я узнал, будет устраивать представления еще неделю, а может и дольше — пока будут желающие смотреть, так что я еще увижу эту…как ее там? Эллен! Вот! Хорошее имя…круглое такое…Эллен…Эллен…мда. Сниться теперь будет! Эх, юность, юность…тело-то считай подростка! Играй гормон!

В банке все оказалось именно так, как и сказал Хенель. Банкирам было плевать, ворк я, или дрессированная свинья из бродячего цирка — жетон предъяви, вот сюда коснись пальцем…хопа! Готово! Теперь мои данные есть в этом банке, и будут во всех других банках. Не знаю, как они это делают — курьерами, наверное. В центральный банк, в столицу, а оттуда в другие банки. Ну и вексель мне дали — на тридцать пять золотых. Я сразу сдал и те деньги, что были в кошеле Аллена. Больше сотни статеров. Хорошо здесь стоит оружие! И ведь небось дешево отдал. Впрочем — там ведь и арбалеты были, а эти штуки стоят очень дорого, особенно двухзарядные. Цена доходит и до нескольких десятков золотых. Но это уже какие-то особые, магические арбалеты, насколько я понял. Впрочем — в ценах на арбалеты не разбираюсь. Дал Аллен сотню с лишним статеров — ну и спасибо ему.

Ах да…забыл! Ведь там не только оружие было! Там еще и украшения! А также и монеты из карманов убитых! Вот откуда такая сумма и вылезла.

«Домой» шел налегке, довольный и спокойный. Ну а чего? В общем-то все, что сегодня наметил я выполнил. К отцу Хенеля сходил, все рассказал. К родителям Анны не пошел — на днях схожу. Я и с папашей призрака весь испереживался…мог ведь и вообще башки не сносить, запросто! Папаша у него чел серьезный…вжик! И ты не мужик! Успею сходить в дома Анны, несколько дней погоды не сделают.

Итак, мой социальный статус стал прочнее. Теперь у меня завелись кое-какие деньжонки — не великие, но вполне приличные. Жить можно! Дома еще лежит кубышка, плюс какие-то деньги пойдут за барахло убитых и захваченных мной киллеров — живем, братцы! Закажу себе новенький выходной костюм, буду эдакий денди! Я вообще-то люблю хорошую дорогую одежду, и никогда на нее не скупился. По большому счету мне и тратится-то было не на что. Все время в поле, в камуфляже, который дает или государство, или Контора, что впрочем практически одно и то же. Только дурак не знает, что ЧВК суть государственная структура на самообеспечении.

Ботинки куплю хорошие, выходные…можно будет девушку сводить в дорогой ресторан. Какую девушку? А неважно какую! Да хоть ту же Хельгу! Или Ану — с такой красоткой хоть куда можно идти. Одному как-то стремно. Отдыхать, так с подругой. В общем — жить хорошо, а хорошо жить — еще лучше!

С этими мыслями я и дошел до КПП Академии, прошел его, удивившись тому, как скрупулезно изучал мой жетон давно меня знающий охранник, и попал в абсолютную, странную суету. Курсанты стояли кучками, тихо о чем-то переговариваясь, быстрым шагом ходили охранники, будто полицейские псы, разыскивающие след преступника, и в воздухе висела атмосфера чего-то…непонятного, тревожного, как перед нависающей над головой тяжелой грозой.

— Вот он! — слышу справа от себя знакомый голос — А Фелна тебя искала!

Хельга хватает меня за рукав и волочит в тень, под здание Академии:

— Слышал, что случилось?

— Что?! — спрашиваю, и внутри у меня все холодеет. Вот чую, что эта самая тревога обязательно меня коснется!

— Начальник охраны умер! — шепчет Хельга, и я едва не вздрагиваю от услышанного — Вон, гляди, выносят! Сейчас понесут в лабораторию, там исследовать станут! Представляешь — покрылся нарывами, гнойниками — ну просто весь, с ног до головы сплошные гнойники! Ужас! Запах — даже в коридоре почуять можно! Говорят — мучился страшно, стонал, кричал… Он в кабинете у себя заперся. Пока дверь сломали…а она крепкая! Ключей-то он не оставил, все с собой забрал! Ну и вот — открыли, а он там еще живой, чего-то бормочет, что-то вроде «Сы»! «Сы»! А не поймешь, чего хочет сказать! Язык распух, тоже в гнойниках! В общем — так и не допросили как следует. Помер. Вот теперь будут исследовать — говорят, что похоже на проклятье. Что с тобой? Ты чего?

— Жарко! — цежу я сквозь зубы и чувствую, как стучит в висках, как пот льется мне за шивирот. Вот этого мне только не хватало! И ведь понял, мерзавец, кто его проклял! Умный, скотина! Или скорее не умный — чутье звериное. У таких типов всегда повышенная чуйка, иначе со своими пристрастиями они бы и не выжили.

— Слушай…а ты мне предлагал в «Сад» сходить…предложение еще в силе? — нерешительно спрашивает Хельга, но я ее перебиваю: