Евгений Щепетнов – Академия (страница 19)
Первым само собой напал Элрон — перед нападением он что-то сказал своему сопернику, и тот ухмыльнулся, подняв бровь. Затем Син пожал плечами, ответил, и все началось.
Элрон прыгнул — красиво, взлетел в воздух выше головы противника совсем не маленького роста! Нога выстрелила точно в переносицу Сина, и ректор невольно оскалился в гримасе досады. Удар показался неотразимым — ворк стоял спокойно, даже безмятежно, слегка улыбаясь кривой насмешливой улыбкой. Вот похоже эту самую улыбку и собирался стереть Грендель.
И…не стер. Син даже в лице не изменился — легко отодвинул ногу Элрона своей правой ладонью, а левой ударил Гренделя в правую почку, когда тот пролетал мимо. Элрон ударился о землю, перекатился, медленно и осторожно встал, и было видно, как ему больно. Он ушибся при падении, но ко всему прочему — кулак ворка явно нашел ту цель, в которую метил. И если Грендель сейчас помочится, и у него в моче не обнаружится кровь — ректор сильно тому удивится.
Среди гробового молчания ошеломленных трибун Зоран услышал мягкий баритон Сина:
— Эй, танцор! Это так ты мне пасть рвешь? Так заталкиваешь мне в рот? Тупой осел! Ты только и можешь, что девчонок обижать! На большее у тебя умения не хватит! Летун пернатый…
Элрон заревел и бросился в атаку. Его удары руками и ногами были неотразимы! Но Син каким-то образом успевал уклоняться или принять атаку на руки. Его блоки, его защита были незнакомы ректору, и одновременно все-таки похожи на ту систему единоборств, какой владел он сам. По большому счету все системы практически одинаковы, все они служат одному: гасить чужие удары и наносить удары противнику. Ну а все остальное — стойки, переходы из стойку в стойку, названия ударов — это индивидуально для каждой из школ единоборств и особого значения не имеет. Это лишь антураж, украшение, которое для боя в общем-то и не нужно.
Син работал в совершенно неизвестной манере. Жестко, четко, тщательно оберегая целостность своего тела и не размениваясь на красивые уходы и удары. Он будто испытывал противника, заставляя того выдать все, что Элрон умеет. Зачем ему это было нужно — ректор не понимал, но…какое его дело, зачем это нужно агенту Леграса?
Со стороны казалось, что Элрон вот-вот задавит противника, вобьет его в песок арены! Син раскачивался под градом ударов, руки его наверное уже превратились в отбивную, когда он не успевал уклониться или отвести удар — принимал его на предплечье. Трибуны визжали, орали, радовались! И только ректор, безопасник, и еще несколько человек, сидевших на трибуне, понимали, что сейчас происходит. Элрон в их глазах выглядел беспомощным новобранцем, который тупо-упорно долбится в непроницаемую стену, не в силах разбить проклятую каменную кладку.
А затем произошло то, чего ректор ждал и подсознательное боялся. Элрон начал уставать, сбавил темп, стал бить реже и слабее. С него градом катился пот, волосы слиплись в сосульки, сбегающая по телу жидкость разбрызгивалась по сторонам, да так, что казалось будто Грендель попал под проливной дождь.
Ректор вдруг подумал: «
В отличие от противника ворк выглядел так же, как и в самом начале поединка — сухой, чистый, и какой-то демонстративно, картинно красивый! Ну нельзя парню быть таким красивым — сразу возникают шальные мысли о его…неправильности. Хотя насчет Сина точно этого не скажешь. Вон, как девки вокруг него начали виться! И Хельга, шальная мамина дочка! Ну вся, вся в мать! Той только интриги, сплетни, да мужчины — больше никаких интересов!
Син внезапно превратился в смазанное пятно! Вот только что стоял на месте перед отдувающимся, приостановившим свою атаку противником, и он уже возле Гренделя!
Первый удар, который ректор при всем своем опыте едва успел заметить — пришелся в солнечное сплетение. Простой, безыскусный удар носком ноги, но выполненный с такой скоростью, что Элрон не успел ни блокировать, ни отшагнуть назад. Естественно, что Грендель после пропущенного удара согнулся крючком, будто подставляясь под удары Сина, и расплата не заставила себя ждать.
Удар! Еще удар! Еще!
Син держал противника за голову, и не позволяя упасть, буквально насаживал того лицом на свое колено. И ректор явственно слушал хруст. Мерзкий, противный, такой узнаваемый хруст ломаемых лицевых костей черепа.
А потом случилось нечто совсем ужасное: рука Сина скользнула вниз, к лицу Элрона, мгновение…и на песок арены полетел окровавленный предмет, покрытый кровью и обрамленный лохмотьями красной плоти.
— Сраная задница демона Хурра! — тихо, с сердцем выговорил Рогс, и вскочив с места, яростно крикнул — Медики! Быстро! Он сейчас погибнет!
К упавшему на песок раненому побежал сам декан факультета медицины, слегка прихрамывая из-за того, что в руке он держал здоровенную сумку со снадобьями. Еще двое медиков, перепрыгнув барьер арены кинулись к умирающему, истекающему кровью Элрону.
А то, что он умирал, было совершенно очевидно. Кровь толчками выбивалась из глотки, он хрипел, пускал пузыри, булькал, захлебываясь красным потоком, а ректор все не мог оторвать глаз от безупречно белых, ровных зубов, которые торчали из оторванной нижней челюсти, брошенной на песок. Никогда он не видел такой дуэли между курсантами. Такой страшной, такой мерзкой дуэли! Он видел в своей долгой жизни все — и отрубленные головы, и людей, с которых живьем сняли кожу. Видел казни — от самой простой, до мучительной, когда человек живет часами и молит о смерти, понимая, что он уже практически умер. Но такое?! Вот так взять, и вырвать человеку челюсть в обычной курсантской драчке?!
Ох, он и дурак…радовался! Мол, уж в драке без оружия этот Син не сможет убить противника. Да и Элрон не сможет забить ворка — те всегда отличались своей выносливости и живучестью. Но вот так?!
— Он не нарушил правил! — мрачно сказал Рогс — Он имел право нанести любой удар, произвести любые действия, которые могут гарантированно вывести противника из строя! Так что и предъявить ему нечего, мерзавцу!
— Нечего — согласился ректор — Он не зря читал дуэльные кодексы и своды законов. Подготовился парень.
— Подготовился — поморщился Рогс — Но я такого конечно же не ожидал. Они же дети! Они же еще только дети! И такая жестокость?!
— Они — почти офицеры — мрачно заметил ректор — И должны быть готовы к любой неприятности. К тому, что противник может оказаться сильнее. Может оказаться невероятно жестоким. Вот Элрон и нарвался. Слишком долго он сидел на троне. Пришел узурпатор и скинул его.
— Лекарь! — криво усмехнулся безопасник — Из него такой же лекарь, как из меня! Убийца! Он прирожденный убийца! Чертов ворк…
Гренделя унесли, с ним отправились двое старшекурсников из числа курсантов факультета лекарского дела. Ректор знал — они работают с лекарской магией не хуже, чем сам декан факультета. Или нет — немного хуже, но вполне уверенно. На уровне среднего лекаря. Сам декан с раненым уже поработал, так что если он идет к ректору, значит помощь больному пока не нужна. Его помощь.
— Ну, что там? Как его состояние? И вообще — он жив? — нетерпеливо бросил Рогс, опередив самого Зорана. Тот покосился на подчиненного, Рогс сделал извиняющийся жест руками, разведя их в стороны — мол, волнуюсь! Переживаю! И Зоран кивнул лекарю:
— Ну, так что там?
— Жив — хмуро ответил лекарь, усаживаясь на скамью и бросая на колени руки, на которых уже начала засыхать, подвяливаться кровь раненого — Нижняя челюсть вырвана напрочь. Почка разбита. Выбит один глаз. Левый. Нос раздроблен. Выбиты зубы верхней челюсти, и на ней имеется трещина со смещением.
— Ох ты ж…сраная задница Голлара! — не выдерживает безопасник — Как он сумел?! Какая невероятная жестокость!
— Подожди, Рогс! — отмахивает ректор — Так он будет жить? Вылечится?
— Я остановил кровь — задумчиво глядя в пустоту над трибунами сказал лекарь, хмурый, как небо в сезон дождей — Залечил сосуды. Поправил почку — теперь он не будет мочиться кровью. Вправил нос — насколько мог. Там тоже проблема — переносица раздроблена, нос запал внутрь черепа, и костями едва не повредил мозг. Повезло парню.
— Повезло?! Да вы что такое говорите, мэтр! — взрывается Рогс- ЭТО повезло?!
— Повезло! — возвышает голос лекарь — Кости переносицы могли войти в мозг и убить парня точнее, чем удар кинжала! Кстати…у меня такое ощущение, что именно это и хотелось его противнику. Он собирался убить Элрона. А то, что не убил…тому просто повезло. Кости черепа оказались очень толстыми, оградили от смерти.
— Перспектива? Какая перспектива?! — оборвал лекаря ректор — Вы его вылечите? Что дальше? Как он будет жить без нижней челюсти?
— Как? — хмыкнул лекарь — ему в пищевод будут вливать питательный раствор. Бульончик, в него всякую перемолотую, растертую кашицу. Шлангом, прямо в желудок. Вкуса он конечно же ощущать не будет. Как и запаха. Носа практически нет, а язык…вон он лежит, язык! Син его вместе с челюстью вырвал. А! Уже унесли? Это правильно. И так вон…все трибуны заблевали…слабаки! Что касается лечения: я уже сделал все что можно для первой помощи. Мои помощники поработают с ним еще. Ну и…все! Челюсть я не приращу, глаз на место не вставлю. И нос не исправлю. Парню никогда больше не быть красавцем. Если только не найдет того мага, который сможет вернуть ему прежнюю внешность — вырастит новую челюсть, новые зубы, глаз… Знаете, я на пальцах одной руки могу посчитать тех, кто мог бы взяться за это дело. И все они не в нашем городе. И то…я только предположительно говорю — что они смогут! А на самом деле — не знаю. Но даже если смогут — это будет стоить просто невероятных денег. Таких денег, что это может пустить по миру с голым задом даже богатого человека. Отец Гренделя довольно-таки богат, но не настолько, чтобы отдать за лечение сына тысяч сто золотых. А может и больше. В таких операциях цены выставляет тот, кто может их сделать.