Евгений Щепетнов – 1972. Возвращение (страница 17)
– Спасибо, босс! Привет тебе от Амалии! Она рядом стоит! Говорит, она молится за тебя! Мы все за тебя молимся, держись!
– Спасибо, Серхио. До связи! А лучше – до встречи. Не забудь про человека Страуса, смотри, не пристрели его там! (Смеется). Все, удачи!
– Удачи, босс!
Кладу трубку. Снова звонок, и снова сообщение – сколько минут я наговорил. Ладно…это я сделал. А теперь…
– Нью-Йорк, девушка…номер…
– Кто это? Кто?! – голос почти испуганный.
– Лев Моисеевич, это Карпов!
– О господи, Мишенька! Вы меня так напугали, так напугали! Звонок из Союза! Что я мог подумать?! Вы что, вернулись в Союз?
– Временно вернулся. Оля со мной, не беспокойтесь! Сразу, предвосхищая ваши вопросы: мы случайно оказались вовлечены в заговор против Никсона, меня, как и его пытались убить. Пришлось срочно бежать. Сейчас мы в Москве, и все у нас отлично! Мне дали большую квартиру в высотке на Котельнической набережной и дачу в Переделкино, Оле вернули гражданство СССР, и дали однокомнатную квартиру у метро Динамовская. Хорошая квартира, бывшая моя квартира…хе хе хе. Вчера мы вместе отмечали новоселье с Галиной Улановой, Фаиной Раневской и Никитой Богословским, завтра они опять к нам придут, на «День дурака» – завтра же первое апреля, день шуток и розыгрышей. Мне вручили орден Ленина и звезду Героя Советского Союза, так что…родина нас не забыла. Не беспокойтесь, все у нас хорошо! Вы-то там как? Как Костик?
Молчание. Сопение в трубке.
– Ох, Мишенька! Вот это вы на нас вывалили информацию! Вот это да! Я просто переварить все это не могу, у меня сейчас мозговой понос начнется! Вы в Союзе! Оленьке вернули гражданство! О божечка ж мой… Квартиру в Москве дали! Ой-ей… Да что это я…с Костиком все нормально! Спрашивал маму, сказали – мама занята, работает. Я сейчас как вы поняли у себя в лавке, работаю. А Олечка далеко от вас? Можно с ней поговорить?
– Оля! – кричу я в кухню – Оль, иди, с папой поговори! Скорее!
Что-то загремело, упав, послышалось чертыхание, и в комнату влетела растрепанная, дующая на пальцы Ольга:
– Черт! Обожглась! Чашку уронила!
– Держи – я сунул ей телефонную трубку и пошел в комнату переодеваться. Ходить дома в джинсах не люблю. Грубые они все-таки, и воздух плохо пропускают. Дома лучше всего приличные тонкие треники. А для женщин – сарафанчик или полотняные шортики с топиком – и не жарко, и можно быстро руку сунуть куда надо…хе хе хе…мою руку, само собой! Нет, я не маньяк, но какой мужчины удержится, чтобы проходя мимо упругой женской попки и зная, что не получит по морде – не хлопнет по ней, не пощупает, не прижмет?! Если только импотент. Или гомосексуалист.
Последним звонком, или как любит говорить диванная армия, изображающая из себя людей опасных профессий, «крайним», был звонок Махрову. Я позвонил ему домой, благо что уже вечер и он точно должен был быть дома. Главное, чтобы не сменил квартиру…
– Але! Слушаю, Махров!
– Хорошо слушаешь?
– Миха! Ты?! Охренеть! Ты где?! Куда пропал?! Там в газетах такие про тебя ужасы пишут – глаза кровью текут! Что случилось?!
Черт! И этому надо будет рассказывать. Ну что поделаешь…надо, значит – надо!
– Леха, вкратце – я сейчас в Союзе. Бежал из Штатов после того, как меня собирались убить. Параллельно с покушением на Никсона. У них там заговор ФБР, все кипит, все бурлит как в сортирной яме июльским днем. Вот я и слинял, пока меня не прихлопнули.
– Один слинял? А Ниночка?
– А что Ниночка? Она с Пресли кувыркается. Забудь о Ниночке! Я убежал с моим секретарем и подругой – Ольгой Фишман. Теперь мы здесь, в Союзе.
– А где здесь? В своей квартире? Я к тебе приеду! Щас же!
– Стой! Я в своей квартире, да не на Динамовской. Квартира у Динамовской теперь Ольгина. А мне дали квартиру в высотке на Котельнической набережной, четырехкомнатную. Вот теперь здесь и живу. Номер квартиры сто восемьдесят шесть, запомни!
– Охренеть! Вот это ты дал!
– Ты-то как дал! Ты мне лучше расскажи, как ты министром стал!
– Ох, и не спрашивай…сам не знаю! Вызвали, предложили…а я что, дурак, отказываться? Дело интересное, только хлопотное очень. Да и дураков с прихлебателями полным-полно. Набрали по блату, да по тому, как речи умные говорили. А работать не умеют! Голову уже сломал – как все разгребать! Одно телевидение чего стоит – смотреть невозможно, неинтересно. Крутят всякую дрянь! А фильмы?! Фильмы какие снимают дурацкие?! Кстати, ты как смотришь, чтобы по твоему «Зверенышу» снять фильм?
– Да нормально смотрю…как еще-то? Встретиться надо, поговорить – кто режиссер будет, например. Хочется хорошего, дельного режиссера, а не какую-то дутую звезду.
– Вот встретимся, и поговорим!
– Ты, кстати, почему все еще в старой квартире живешь? Новую не получил?
– Да некогда…жена запилила – когда в новую квартиру вселимся! Министр, а квартиры нет! Я бы к тебе поближе подселился, ей-ей! На четырхкомнатую не претендую, но трешку было бы очень неплохо. У меня же все-таки двое спиногрызов, им комната нужна. Ну и нам с женой. Может чуть позже займусь квартирой…не до того сейчас. Работы много!
– Ну я надеюсь государство тебя оценит, сами предложат. Негоже министру культуры в старой хрущевке жить! А если прознают иностранные журналисты? Напишут, что в Советском Союзе министры живут как нищие, а как тогда живут простые люди? В пещерах? (хе хе…пусть записывают, пусть!). Неплохо было бы, если бы ты поближе от меня жил. Мне, кстати, рекомендовали тебе помогать советами. Ну и…всяко помогать, как могу! Так что пиши заявление – куда у вас там пишут? В совет министров? Вот! Пиши, что тебе нужна квартира в высотке на Котельнической! И будем жить рядом.
– Ладно, потом решим. Так когда увидимся? А то ты как-то этот вопрос замылил!
– Завтра и увидимся. Завтра ко мне гости придут – Галина Уланова, Фаина Раневская, Никита Богословский. Вот и ты приходи – в шесть часов вечера. Посидим, поболтаем…
– О господи…какие имена-то! Никогда не думал…хмм…впрочем – никогда не думал, что и министром культуры стану. Кстати – твоя заслуга! Издательство на твоих книгах план перевыполняет! Деньги рекой текут! А я сумел тебя разглядеть, дал дорогу, так сказать! Вот меня и заметили, продвинули. Спасибо Шелепину! Очень дельный мужик, очень! И вообще – ты заметил, у нас в стране свежим ветерком повеяло? Новые реформы, новые люди на местах! Жить хочется! Хотя откуда ты заметишь, ты же из мира золотого тельца вырвался, чего ты тут знаешь…
– А кто главредом издательства? Кто сейчас там рулит?
– Нашел парня одного дельного, потом познакомлю. Хороший парень, я его из замов другого издательства вытащил. Вертится, крутится – молодец! Ладно, завтра! Так я не один приду, а с женой! Ладно? Не против?
– Чего это я против-то буду? Хоть с женой познакомишь, а то все скрывал от меня. Все, жду к шести часам – давай!
– Погоди! Чего с собой принести? На новоселье! А то неудобно как-то!
– Леш, если уж так неудобно – купи мне на новоселье гитару! Ольга играет, что-нибудь нам сбацает. А так-то все есть, а чего нет – купим. Кстати – виски тебе обещал, так будет тебе виски.
– Да ладно…я и сам теперь виски могу купить! Хе хе…чай министр теперича! Аж культуры-мультуры! Все, жди меня с Любашей к шести часам! Кстати, ключи от твоей…или теперь не твоей – квартиры принесу. Все, давай, пока!
Я положил трубку, откинулся в кресле, задумался…нет, то, что снимут «Звереныша», это конечно хорошо, но…смогут ли? Ну – нет у нас сейчас режиссеров, которые умеют снимать фантастику и фэнтези! Кто может снять? Роу? Роу через год умрет. Он чисто физически не сможет снять, не успеет. Кто еще? Говорухин? Да он и близко к фантастике никогда не подходил! Только представить, что Говорухин снимает фильм с драконами! Полеты на драконах и Говорухин – у меня в голове точно и близко не лежали.
Так. Кто там у нас в начале семидесятых маститый и важный режиссер? Давай-ка вспоминать! Ну не Бондарчука же на фантастику ставить! Он из нее Бородино сделает. И вообще у меня к этой фамилии уже идиосинкразия. Все, за что брался Бондарчук-младший превращалось в полнейшее дерьмо. Это как знак антикачества. Он даже «Обитаемый остров» умудрился испохабить! Сделал нечто неудобоваримое. А «Притяжение»? Этот фильм не просто фильм, за такое в сталинское время бы расстреляли! Это антигосударственный фильм. И я вообще не понимаю, как можно было снимать ЭТО на государственные деньги! Вот если сравнить американский фильм «Морской бой» и Бондарчукское «Притяжение». Что будет?
"Притяжение": дураки-вояки сбивают мирный корабль пришельцев, да еще так тупо, что он падает на многомиллионный город.
"Морской бой": Героические американские военные рискуя жизнью спасают мирных людей, весь мир, воюя против жестоких пришельцев.
"Притяжение": "Мирные" русские жители нападают на мирного пришельца с дубьем, хотя он ничего плохого им не сделал (если не считать того, что по милости военных упал на город)
" Морской бой ": Мирные американцы встают грудью на защиту мира, рискуя жизнью, потому что "Никто, кроме нас!"
У меня только мат идет. Враги. Те, кто делает такие фильмы, вроде "Притяжения" – враги России! Враги моей страны!
Мне достаточно было только прочитать о том, как злые русские вояки на всякий случай сбили инопланетный корабль, и я все понял. Расчет на зарубежные поощрительные хлопки. На аплодисменты врагов.