Евгений Щепетнов – 1972. Возвращение (страница 16)
У ресторана дежурили несколько такси, новые, натертые до блеска «волги» ГАЗ-24. Я выбрал первую по счету и не спрашивая разрешения у водителя сел на заднее сиденье, пропустив вперед Ольгу.
– К высотке на Котельнической набережной, пожалуйста! – сказал я, откидываясь на спинку кресла. Ольга, слегка пьяная и пахнущая острой аджикой прижалась к моему плечу и закрыла глаза. Водитель молча кивнул, завел двигатель и машина мягко тронулась с места.
– А я тебя помню! – вдруг обратился к мне водитель, поглядывающий в салонное зеркало – Я тебя вез, когда ты бежал от ментов! Ну когда хачей уложил! Тебя искали! Меня допрашивали! А я что – я ничего не знаю!
Я вспомнил этого таксера. Вернее – я его узнал. Забыть-то я его все равно не могу, со своей-то памятью. Этот таксер тогда ментов мусорами называл, и мне это не понравилось.
– Ты ошибся – холодно отбрил я, и водитель обиженно замолчал. Вот и молчи, нефиг языком трепать! Твое дело везти, а не доставать пассажира воспоминаниями.
Выходя, я сунул водиле десятку. Сдачу ждать не стал, захлопнул дверь и махнул рукой. Машина сразу сорвалась с места, обдав мои башмаки мелкой дорожной крошкой. Зараза…
– Он тебя знает? Откуда? – поинтересовалась, позевывая, Ольга, и я махнул рукой:
– Забудь. Ошибся. Идем домой. Кстати, а когда ты посетишь свою квартиру? Бывшую мою!
– Как-нибудь…вот ключи у своего друга заберешь, и съездим. Успеем, правда?
– Кстати…надо бы позвонить ему. Закрутился я что-то…совсем забыл. Только я и номера рабочего не знаю… Потом узнаю, у наших друзей-гэбэшников спрошу. Хотя я же его домашний помню…что-то голова плохо варит. Спать хочу! Пойдем!
Я потянул Ольгу за собой и мы побрели ко входу в дом. Дежурные милиционеры отдали нам честь, бабульки-вахтерши сладко-ласково поздоровались. Все, мы уже свои! Хе хе…
В лифт, здороваюсь с лифтером, вставшим едва ли не во фрунт, и вот он, наш шестой этаж. О! А кто тут такой лохматый?
– Здравствуйте, Галина Сергеевна! Здравствуйте! – здороваемся мы с Ольгой, и я подмигиваю здоровенному палевому пуделю – Привет, Артамон! Какой красивый, Галина Сергеевна!
– Здравствуйте Миша. Здравствуйте, Оля! – Уланова улыбается – Но это не Артамон!
– Знаю, Галина Сергеевна. Это Большик! Можно его погладить? Не тяпнет?
– Нет, не тяпнет. Он добрый!
Пудель тыкается мне носом в ладонь, и я невольно вздыхаю:
– Тоже всегда хотел завести собаку. Но не решаюсь.
– Почему? – искренне удивляется Уланова, и тут же понимающе подмигивает – Из-за вашей работы, да?
– Из-за работы – усмехаюсь я, вспоминая свои командировки в горячие точки – Но в основном все-таки из-за того, что живут они мало. Привыкнешь, прикипишь к ним, и…ну, вы понимаете.
– Это да – грустнеет Уланова, но тут же снова улыбается – Зато с ними так хорошо! Они никогда не предадут, они всегда вас понимают. Заведите собачку, как будет возможность. Обязательно заведите! Не пожалеете!
Она сунула ключ в замок двери, и тут же вспомнила, повернулась:
– Тут Богословский прибегал, вас искал. Говорит – нужны вы ему. Музыке вас учить будет! Он же обещал!
Уланова улыбнулась и покачала головой:
– Небось розыгрыш какой-нибудь задумал. Завтра же первое апреля! День дурака! Берегитесь! Кстати, спасибо за вчерашние посиделки. Мне было очень приятно у вас быть.
– Как-нибудь повторим, ладно? Вот выучусь музыке, и повторим! – усмехнулся я – И кстати, расскажу вам, как мы с Олей выиграли танцевальный конкурс в ночном клубе! Первое место заняли! И за это нам дали бочонок пива!
– Он его зрителям отдал – хихикнула Ольга – И еще два бочонка купил! Там все упились до безобразия!
– Что же вы самое интересное вчера не рассказали! – Уланова тихо, мелодично рассмеялась – Да прямо-таки по моему профилю! Я бы вас попросила показать, что и как вы там танцевали!
– Ой, да мы танцевали твист по песню Чака Берри «You never Can Tell». Вернее не совсем твист, а…в общем – Миша придумал движения, танец, и мы…вот! Простите, задерживаю вас ерундой!
Ольга смутилась, а Уланова улыбнулась:
– Ну что вы, что вы! Мне очень интересно! Да, жаль вы вчера не рассказали! Танец – это моя жизнь!
– А давайте завтра встретимся? – предложил я – Вечером, часов в шесть! Отпразднуем день дурака! При вас Богословский не будет сильно чудить…хе хе хе…
– Завтра? – Уланова подумала секунд десять – А почему бы и нет? Суббота, все равно больше делать нечего. Я что-нибудь испеку. Пирог с яблоками! Вы любите пирог с яблоками?
– Обожаю! Особенно из ваших рук! – искреннесказал я – И Фаину Георгиевну пригласим!
– Да куда же без Фуфочки – серьезно сказала Уланова – Она обидится, что не пригласили! Я ей позвоню, скажу, с вашего позволения.
– Конечно! – обрадовался я – мы будем очень рады!
– Ну вот и славно, договорились. До завтра! – Уланова помахала нам холеной, украшенной кольцами с бриллиантами ручкой, и скрылась за дверью. Пудель на прощание оглянулся и помахал хвостом, задержавшись на секунду. Дверь захлопнулась.
– Я уже начала привыкать! – вдруг хихикнула Ольга – Через день у нас такие знаменитости, что просто дух захватывает! Но я привыкаю!
– Пойдем…привыкшая! – я повернул ключ и мы вошли в квартиру, пахнущую мастикой, апельсиновыми корками с черной наклейкой «Maroc» и французскими духами, которые практичная Ольга накупила перед самым отъездом вместе со всем барахлом. Кстати сказать, я бы сам и не догадался накупить этой дребедени. А тут это покруче валюты!
– Давай-ка ты чаю сделай, а я пока что позвоню кое-куда…
Я набрал цифры, ответил женский голос. Я попросил соединить меня с Нью-Йорком, уже прикидывая, который там сейчас час. По моим прикидкам – одиннадцать часов утра. Страус должен быть на месте.
Соединили меня через пять минут – прозвенел звонок, я снял трубку:
– Хелло! Майкл, это ты?
– Я, Роджер, ты правильно понял…
– А как еще понять? Кто может звонить из Москвы, и это притом, что пропал мой компаньон Майкл Карпофф! Что случилось, Майкл?! Что это за дерьмо я слышу про тебя?! Каким боком ты связан с покушением на Никсона?! Куда ты вляпался?!
– Скоро узнаешь, Роджер. На Никсона покушались те же, что покушались и на меня. Чтобы не убили – я сбежал в Союз. Скоро все придет в норму и я приеду. Пока что буду вести дела отсюда. Не беспокойся, все в порядке, я живу в Москве – приезжай в гости!
– Вечно с тобой какие-то проблемы…но и деньги с тобой хорошие! Так, все это болтовня – что я могу для тебя сделать?
– Отправь человека в Монклер, я сейчас позвоню Серхио и он выдаст тебе рукопись. Она не закончена, осталось дописать совсем немного. Ты вышлешь сюда два экземпляра, один оставишь себе и начинаешь переводить. А я здесь пока допишу книгу и отправлю тебе почтой окончание. Договорились?
– Договорились! Сегодня же пошлю за рукописью, и сразу отправлю! Еще что-то?
– Как наши дела? Что нового?
– Да что нового, кроме твоего исчезновения? Тут газеты все в истерике – пропал, покушение, рука Москвы и все такое! Чуть ли не то, что ты русский шпион и покушался на президента! Вой стоит – как стая шакалов воет! А наши дела отлично. Сьюзен заканчивает съемки шоу, книги твои продаются как хот-доги в голод, деньги рекой текут! Кстати, куда деньги направлять? Может, пока притормозить?
– На счет нашего продюсерского центра. Боюсь, как бы эти мерзавцы из ФБР не заморозили мои счета. Ты учти это, как бы и в продюсерский центр не ударили.
– Засужу! Не посмеют! – Страус довольно хохотнул – У нас правовая страна! Суд есть, закон, так что не так все просто! Это тебе не в твоем тоталитарном государстве! Хе хе хе…
– Ну-ну… – я тут же вспомнил что творили США в двухтысячные годы, и очень даже усомнился насчет того, что это такое уж правовое государство – рад бы тебя услышать, Роджер! Удачи!
– Уж я-то как был рад, моя золотая гусыня! Хе хе хе… Кстати, как тебя найти? Какой телефон?
Черт! А какой телефон?! Ах вот он…бумажку вставили на аппарате…молодцы, «конторские»!
– Записывай!
Я продиктовал телефонный номер и распрощавшись, положил трубку. Тут же прозвенел звонок и мне сообщили, сколько минут я говорил. И снова поднимаю трубку, заказываю разговор.
Соединения пришлось ждать минут пятнадцать, наконец я услышал хрипловатый, резкий голос Серхио:
– Хай, босс! Ты куда пропал?! Мы тут вооружились, готовимся к бою! Какие-то машины подозрительные вокруг ездят! Что случилось?!
– Серхио, к тебе приедет человек от Страуса, выдай ему мою рукопись – ты знаешь, где она лежит. Я только что с ним говорил. Ну а насчет меня…я сейчас в Советском Союзе. Меня, как и Никсона, пытались убить. Заговор! Скоро ты все узнаешь. Все – все узнают. Потому не волнуйся, я тут за железной стеной, никто не посмеет до меня добраться. Жалованье тебе и Амалии будет исправно выплачиваться, так что не беспокойся, береги дом, живите спокойно. Вас никто не тронет – вы всего лишь обслуживающий персонал (для фэбээровской прослушки). Как там дела у Пабло с женой?
– Отлично у Пабло! Снимаются в кино! Очень довольны работой и переживают, что у тебя проблемы! Береги себя, босс! Ты нам очень нужен! Когда приедешь?
– Не знаю. Рассчитываю, что скоро все это безобразие закончится. Думаю что в мае все уже и завершится. Но мне пока нужно сделать дела здесь, в Союзе. Как только сделаю, буду думать о возвращении. Вы там не переживайте – как задумали, так все и будет. Будем вам ресторан и пекарня. Только знаете что…предлагаю подумать – а может лучше открыть ресторан в Лос-Анджелесе? Или прямо в Голливуде? Клиентура точно побогаче, чем в Нью-Йорке, и народа больше, чем в Монклере, а значит и клиентов. Подумайте над этим. Можно будет пока что пожить у меня на вилле. Как раз и присмотр за ней будет.