Евгений Сатановский – Турция между Россией и Западом. Мировая политика как она есть – без толерантности и цензуры (страница 30)

Иван Стародубцев: Вот правильно вы задали вопрос: а как посмотрит на это нормальный турецкий избиратель? Турция – это страна, где широко распространены именно антиамериканские, говоря шире, антизападные настроения. Это вам не Восточная Европа и даже не Западная, где американцев прямо пылко так любят.

В Турции же на бытовом уровне американцев терпеть не могут, зато к России и к Путину отношение достаточно положительное.

Вот поэтому, когда Кемаль Кылычдароглу указал в сторону России, было понятно, что он пытается выйти из-под удара, перевести стрелки, сделать шаг в сторону Запада, но во внутритурецком смысле он стреляет себе в ногу.

Никто в здравом уме и в трезвом рассудке не поверит, что Россия занимается вмешательством в турецкие выборы, скорее уж поверят в то, что говорит министр внутренних дел Турции Сулейман Сойлу. Было заметно, кстати, что в какой-то момент Кемаль Кылычдароглу решил стать эдаким «анти-Сойлу».

Из серии: Кемаль-бей на обвинения Сулеймана Сойлу в адрес Запада выступает со своей версией проходящего – нет, это всё Россия! Россия, дескать, пытается сохранить власть Эрдогана, а для этого грубо вмешивается в избирательный процесс. Но турецкий избиратель, я думаю, изначально был готов верить скорее Сойлу, причём вне зависимости от своих политических предпочтений.

Евгений Сатановский: Ну смотрите… Если человек, который пытается стать президентом Турции, рисует просто «антиминистра внутренних дел», лишь бы только оппонировать ему, тогда он неумный, сильно неумный. Это очень глупо, потому что ты же пытаешься стать президентом. Ты же не пытаешься заменить министра внутренних дел. Более того, вообще-то у Эрдогана с Путиным свои человеческие отношения, свои деловые отношения, свои партнёрские отношения – это то, что мы называем «лидерской дипломатией».

А ты говоришь избирателю, который в значительной мере настроен антиамерикански и скептически относительно Евросоюза, что ты загонишь этого избирателя под американский каблук. Вот тот шарж, про который мы говорили. Он же про это. И его совершенно точно российские компании не рисовали. Хотя я вполне мог бы в стиле Кукрыниксов чего-нибудь ожидать, если бы у нас была такого рода традиция до сих пор. Нет, это чисто турецкая карикатура. Она полностью соответствует действительности. А зачем говорить избирателю, который антиамериканист: «Я вас под Америку загоню»? Вот это кто-нибудь может объяснить?

Иван Стародубцев: Это можно объяснить только таким, знаете, ядрёным-ядрёным популизмом. В этом просматривается крайне безответственный подход, что должно было насторожить турецких избирателей.

Все-таки заявления подобного рода от претендующего на должность первого лица в стране должны быть очень ответственные, прямо-таки очень. И когда ты говоришь «А», ты должен говорить и «Б».

Когда на выступления Кемаля-бея отреагировал официальный пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, он сказал: «Представьте доказательства!», в ответ на что сторона Кемаля Кылычдароглу заявила, дескать, мы не хотим представлять доказательства, чтобы не обострять обстановку. На что Песков отреагировал мгновенно: «Не могут представить доказательств, потому что их нет!»

Потому что, если ты идешь на такое обострение, тогда надо идти до конца, вплоть до обнародования всех имеющихся материалов. Покажи, чтобы все увидели. Какие российские компании занимались тем, что пририсовывали голову Мухаррема Индже к кадрам, которые, как сообщил сам пострадавший, были загружены с израильского порносайта?

Вот, кстати, уже и «израильская рука» показалась в турецких выборах. Так что покажите, кто конкретно из российских компаний этим занимался? И объясните ещё зачем?

Евгений Сатановский: Занятно будет, если выяснится, что это какая-нибудь украинская компания. Вот это будет совсем неприлично. Но тут я понял параллель, которая у меня здесь возникает.

Валерия Ильинична Новодворская… Вы помните это облако в штанах? У нас была такая тётенька из жёсткой оппозиции ельцинских времён. Ужасно забавная с её придыханием относительно американцев и великой фразой: «Мы должны встать на колени перед Америкой и много лет просить прощения перед ними!» Не важно за что. За всё, за наше прошлое. Но Валерия Ильинична Новодворская не пыталась стать президентом России.

Она ходила по телевизионным экранам, она могла спокойно юродствовать, а это именно так было, потому что это было даже, в общем, и безобидно. На неё просто не обращали внимания. А вот стоит толстая очкастая тётка, очень искренняя, и говорит какую-нибудь фразу: «Вы там все дураки и не лечитесь!» Это цитата, которую уже вспоминал, но очень уж она хороша. «А я вот в белом пальто стою, красивая такая!» Насчёт «красивая такая» – это было, конечно, не дай Б-г… Но она не пыталась стать президентом страны.

А ведь стиль по отношению к американцам у Кылычдароглу, в общем, как у Новодворской. Почему надо быть под американцами? А победа либеральной демократии на все времена. Какой же здесь популизм? Это скорее, кретинизм, а не популизм.

Потому что ну ты же избирателю не продаёшь то, что ему нужно. Сколько, в конце концов, в Турции избирателей, которые действительно готовы пойти, закрыв глаза, по тропинке, которая называется «Мы идём под Америку, и мы идём под Европу»?

Ну я не знаю, есть процент такой? Что-то мне подсказывает, что немного. Тем более этот шарж с поствыборным символом Эрдогана в качестве дремлющего котика. Но это означало: «Ребята, ну да – турецкий султан, ну – мощное государство. Вы можете пытаться нас пинать, вы можете нас оскорблять, вы можете нам устраивать кризисы, а мы идём своим путём! Плевать мы на вас хотим». Вот это избиратель покупает. Но получается-то так.

Иван Стародубцев: Если посмотреть данные социологических опросов всех последних лет, такие есть, среди турецких граждан на тему того: «Кого вы считаете врагом Турции?» и «Кого вы считаете другом Турции?», я вас уверяю, за скобками «самолётного кризиса» между Россией и Турцией 2015 года, устойчивый ответ, что главный враг – это Соединённые Штаты Америки, главный, потенциальный и действующий, друг – это Российская Федерация. И эта точка зрения доминирует в турецком обществе.

Но здесь же как? Национальный альянс и Кылычдароглу не говорят: «мы вас зовём на Запад». Это как бы вторым планом идёт. А первым планом: «Мы вас зовём в страну без Эрдогана!»

Евгений Сатановский: Да, это не про интересы Турции. Это про то, что турки должны быть под Западом. И всё. В конце концов, Гайдар, Чубайс, Борис Николаевич Ельцин… всё мы это у себя помним. И чем это для нас кончилось, мы, в общем, тоже помним. Но что интересно: а какие были результаты у Эрдогана на предыдущих выборах?

Иван Стародубцев: 52,6 % на выборах в 2018 году. То есть 14 мая 2023 года у него просадка была всего 3 % на фоне того, что, вообще-то говоря, выборы прошли под знаком колоссального землетрясения, выборы прошли под знаком, с другой стороны, невиданной доселе консолидации всех оппозиционных, противостоящих ему сил, под одним зонтиком с одной только идеей, что он должен уйти. Выборы прошли под знаком того, что в массе своей электорат прокурдской Партии демократии народов отправился голосовать за Кемаля Кылычдароглу. А это – 10–12 %!

Евгений Сатановский: Фактически идея о том, что у него там 50 %, потому что он у власти 20 лет – чушь собачья. Плюс-минус так и было. И, конечно, фактор землетрясения сыграл колоссальную роль. Десятки тысяч погибших. Неизвестно, сколько людей до сих пор не найдено под завалами. Фактор очень серьёзный. Обрушение колоссального количества зданий. Максимально образовалась платформа для того, чтобы раскрутить тему: «А это всё коррупция!»

Так что в данном случае Эрдоган абсолютно стабилен, и совершенно нормален тот результат, которого он добился, и он его действительно добился.

Иван Стародубцев: Да, надо правильно расставить акценты. Он не проиграл выборы 14 мая, пусть и был назначен второй тур голосования. Он всё равно среди всех кандидатов оказался номером один. Разница до ближайшего кандидата Кылычдароглу была более чем солидная, 5 %. Синан Оган, который третий кандидат, замечу, в итоге поддержал именно Эрдогана, хотя и взял паузу на переговоры после выборов. При том, что Эрдогану надо было во втором туре президентских выборов 28 мая добрать всего лишь 1 % и не более того.

Евгений Сатановский: С моей точки зрения, после 14 мая шансы Эрдогана проиграть спустя две недели изначально стремились к нулю. А вот шансы Кылычдароглу выиграть – тоже стремились к нулю. Тем более что оппозиция не получила в Парламенте большинства. А, простите тогда, как они собирались правительство формировать?

Иван Стародубцев: А никак. Первая же попытка формирования правительства, и вторая, и третья обречены на провал. А по турецкой Конституции, если не можешь как президент сформировать правительство, отправляешь в отставку Парламент и сам уходишь, объявляя досрочные выборы.

Евгений Сатановский: Ну так это вообще зачеркнуло 14 мая тему голосования за оппозицию против Эрдогана во втором туре, 28 мая. А смысл? Ребята, вы всё равно не сформируете ничего. А, кстати, досрочные выборы – это перевыборы Парламента только или президента и Парламента, обоих?