Евгений Решетов – Император из провинции 2 (страница 6)

Пока же я произнёс, глубоко вдыхая чистый горный воздух, который становился холоднее с каждым пройденным километром:

— Идите кто-нибудь вперёд, а то у меня уже внимательность притупилась.

Они молча переглянулись, а затем Лютый выдвинулся во главу нашего крошечного отряда. Я же оказался в середине, что лишь добавило мне нервозности. А вдруг они сейчас дуплетом стрельнут? Куда мне тогда бежать? А тут ещё и тропинка стала столь узкой, что пришлось идти только по одному, прижимаясь спиной к отвесному склону и глядя вниз на дно ущелья. От такого вида мигом вспомнились убийственные лужи — тут было почти то же самое: толкни соседа и тот явно не выживет.

Благо, что всё обошлось — и спутники не напали на меня. Мы преодолели этот «карниз», а потом потопали по приличной тропинке, и благополучно двигались по ней до самого выхода из игры, который застал нас возле небольшой пещеры с остатками давно прогоревшего костра. Около него-то мы и заночевали.

Глава 4

Покинув цифровой мир, я вылез из вирт-капсулы и обнаружил несколько пропущенных звонков от Машки. Последний сотрясал мой мобильник буквально пару минут назад. Я перезвонил ей и через пяток гудков раздался взволнованный голос девушки:

— Роб!

— Да?

— Ты почему мне ничего не рассказал?! — требовательно протараторила она.

— Это было всего один раз.

— Ты о чём?

— А ты о чём?

— О том, что тебя и этого дурака чуть волк не растерзал! — горячо выдохнула Машка, после чего подозрительно осведомилась: — А что у тебя было всего один раз?

— И я об этом же, ведь меня всего один раз чуть не растерзал волк. А ты что подумала? — произнёс я, весело усмехаясь и разглядывая ногти, которые уже пора было подстричь.

— Опять ты со своими шуточками! Дело-то серьёзное! Ты мог погибнуть! На кой чёрт ты вообще попёрся к этому Пете? — осуждающе прорычала девушка, живо напоминая рассерженную львицу.

— Ты бы чёрта лучше не упоминала, — посоветовал я ей, глянув на плюшевую свинью.

— Ты мне зубы не заговаривай! Отвечай! — грозно потребовала та, шумно дыша в трубку, словно только что пробежала марафон по торговому центру.

— Да я к нему тогда пошёл, потому что футбол в тот вечер показывали — вот он и пригласил меня в гости, а потом мы засиделись, и мне пришлось ночевать у него, — соврал я, не моргнув глазом.

— Лидка там была? — вкрадчиво спросила Машка и затаила дыхание.

— Нет, — уже честно ответил я.

— Это хорошо, а то Лидка с каждым годом становится всё красивее и красивее и скоро уже можно будет понять, что она девушка, — протараторила блондинка и натужно засмеялась.

— Мда… Маша, вот я сейчас стал чуть большим европейцем, потому что начал испытывать испанский стыд. Ты вообще знаешь, что шутки должны быть смешными?

— Да иди ты, — резко огрызнулась она, после чего начала с любопытством спрашивать: — А что там произошло-то? Как вы волка отогнали? Говорят, что он успел кого-то загрызть? Надеюсь, Петю?

— Злая ты… — посетовал я, тяжело выдохнув, а потом без кровавых подробностей рассказал ей то, что произошло в ту ночь.

Девушка выслушала меня, а затем проблеяла, явно почувствовав толику страха:

— Вот не повезло тому мужику, а вы молодцы, что попытались ему помочь. Даже Петя этот твой молодец, хотя, конечно, пентюх ещё тот.

— Спасибо за похвалу, — проронил я и тут же посоветовал: — И это, Машка, ты после захода солнца по любовникам не бегай. Опасно. Волки бродят, да и я вас могу застукать.

— Учту, — ехидно сказала она, всё ещё находясь под впечатлением от моего рассказа, что, впрочем, не помешало ей робко предложить: — Может, устроим сегодня ужин при свечах? Повод есть — удачное знакомство с родителями.

— Почему при свечах? Опять, что ли, свет отключат?

— Роб!

— Ладно, давай, — согласился я, картинно испустив тяжёлый выдох.

— Отлично, — обрадовалась девушка. — Я приду в районе шести. Вино с меня. Жди.

На этом наш разговор завершился. Я отложил мобильник в сторону, вдруг поймав себя на мысли, что мне уже не так страшно вспоминать о событиях той ночи. Да и вообще — все эти тайны, мистика и смерти уже не заставляют меня сжиматься в комок и опасливо глядеть по сторонам. Я словно как-то уже приспособился. Видимо, правду говорят, что человек ко всему привыкает. Нет, конечно, я полностью не избавился от страха, но он значительно притупился, и на освободившееся место пришло любопытство детектива, который принялся распутывать дивный клубок старинных тайн и необычных событий.

Подобные мысли вызвали во мне приступ энтузиазма, который заставил меня безотлагательно позвонить сестре. Та ответила не так быстро, как Машка, но всё же ответила.

— Привет, Роб, — устало проговорила она, зевнув в трубку. — Ты как-то не очень вовремя позвонил. Я тут усиленно делаю вид, что работаю. Хотя ладно… давай немного поболтаем. Как у тебя дела?

— Всё замечательно, — снова соврал я за неполные десять минут. — Ты что-нибудь о дедушке нашем Родионе помнишь?

— Э-м-м-м, — задумчиво ответила она, а затем иронично добавила: — Мне точно известно, что он погиб где-то в сибирских лесах. А тебе зачем?

— Надо.

— Тогда тебе стоит связать с одной моей знакомой по имени Алла, — пропела Софи, пытаясь сдержать желчь в голосе.

— Так это же наша мать, — выдохнул я, даже приоткрыв рот.

— Ну да. Или ты думаешь, что я её не знаю? — наигранно изумилась сестра. — Она-то точно о нашем дедушке знает больше нас обоих вместе взятых.

— Нет, я ей звонить не буду. Может, ты? — решительно изрёк я, заметно помрачнев.

— Не-а. Это же ты всю жизнь был её маленьким барином, — произнесла Софи, пытаясь, чтобы её слова не прозвучали ревниво.

— Мда, — грустно бросил я, столкнув брови над переносицей. — Похоже, что никто из нас не горит желание звонить ей после такого предательства.

— Выходит, что так, — печально согласилась сестра.

— И что же делать? — задался я вопросом.

— Не знаю, — хмыкнула та, опять зевнув.

— Софи, а ты не помнишь, может быть, бабка или мать упоминали о каких-нибудь необычных способностях деда? — осторожно произнёс я, опасаясь показаться человеком не в своём уме.

— Например? Убить медведя со ста метров? Да ещё и без ружья, а одной только обидной фразой? — весело проговорила сестра, упражняясь в остроумии. — Эй, мишка, у тебя небритая подмышка?

— Нет, — проворчал я, не оценив её юмора. — Скорее, что-то похожее на гипноз.

— Эм-м-м, Роб, ты чего? — посерьёзнела она. — Откуда у тебя такие мысли? Там в Грязьгороде воздух, что ли, какой-то необычный? Или ты вкусил дары природы: травы там всякие?

— Ладно, забудь, — недовольно выдохнул я, после чего поинтересовался, чтобы сменить скользкую тему: — Как у тебя дела? Мужика себе нашла или во Франции все зрячие?

— Даже слепые обходят десятой дорогой, — насмешливо произнесла та голосом девушки, которая знает себе цену. — Вот будто сглазили.

— Бывает такое. Я бы ещё инопланетян не сбрасывал со счетов. У нас в Грязьгороде часто грешат на них и на американцев.

— Я почему-то так и думала, — весело бросила она, а потом резко добавила: — Так, мне пора работать. Начальство изволило спуститься на мой этаж. Пока, Роб.

— Пока, — проронил я и прервал звонок, испустив разочарованный выдох.

Итак, сестра тоже ничего не знает о дедушке. Теперь вся надежда на Козлова, который пообещал разузнать о моём предке по своим каналам. Ну, надеюсь, он-то что-нибудь сумеет нарыть. А пока мне остаётся ждать, да и размышлять над сложившейся ситуацией, рассеянно глядя на Флинта, который пошёл ко мне и стал тереться об мою ногу. Я смотрел на него и думал о силе, которая, возможно, действительно есть у нашего рода, а кот тем временем продолжал ластиться. И тут я смекнул, что он идеальный претендент на роль подопытного кролика. Почему бы снова не провести эксперимент? Время есть, да и желания хоть отбавляй.

Я быстро поймал Флинта, а потом усадил его себе на колени. Тот оказался не сильно доволен этим, но всё же не стал вырываться, а покорно затих. И тогда я принялся неотрывно глядеть в его единственный нахальный глаз и внушительно приказывать перестать дёргать хвостом из стороны в сторону. Кот никак не реагировал на мои слова, продолжая выказывать недовольство уже упомянутой пушистой частью тела. Наверное, надо менять тактику воздействия. Я попытался очистить разум и с ещё большим нажимом стал ронять слова, воображая себя могущественным гипнотизёром. Флинт опять не проникся моей настойчивостью, а даже попытался удрать, но я поймал его и водрузил обратно на колени, где он с ещё более недовольной физиономией стал слушать меня.

Я же продолжал вносить различные коррективы в попытке загипнотизировать животное: сперва уколол иглой палец, подумав, что кровь и боль могут как-то простимулировать мою гипотетическую силу; потом поигрался с высотой голоса: то визжал, а то хрипел; ну а на закуску — просто наорал на кота, который уже порядком взбесил меня своей непробиваемостью. Тот тоже не стал молчать и яростно зашипел, устав от издевательств. Пришлось отпустить его и сделать перерыв.

Я отправился на кухню, где дал Флинту заслуженного корма, а себе налил кофе и уселся за стол, принявшись размышлять над дальнейшими действиями. Вот как овладеть силой, если она у меня, и правда, есть? Что я такого делал в те моменты, когда она вырывалась наружу?

Память тут же услужливо принялась показывать эпизоды, где мне удалось воздействовать на Машку, Чёрного Ворона и того волка из игры. Просмотрев их, я сделал вывод, что стресс является самым логичным ключом к силе, но ведь он не сработал, когда мне посчастливилось вогнать себя в такое состояние. Похоже, что я чего-то не понимаю или же все те три случая, упомянутые выше, вызваны стечением обстоятельств и никакой силы на самом деле нет? Возможно, что всё действительно так и обстоит, и мне лишь мерещатся родовые способности, грозя стать идеей фикс.