Евгений Решетов – Дед в режиме мастера (страница 49)
Я от этой жизни уже не ожидал ничего хорошего, так что ответил без всякой охоты, увидев на экране номер Воронова:
— Слушаю вас.
— Игнатий Николаевич, доброе утро, — поздоровался аристократ. — Простите, что так рано звоню, но нам нужно согласовать одно дело, а именно похороны Алексея.
— Вы их организуйте, а я внесу свой денежный вклад, — проговорил я, двинувшись по второму этажу в сторону спальни Павла. — Думаю, их следует провести в небольшой церкви, ведь, как бы там ни было, он остался аристократом.
— Согласен. Я всё устрою. И вот ещё что, нам не нужны лишние свидетели, потому давайте всё будет скромно и тихо: ваша семья и моя. Больше никто не нужен.
— Хорошо, пусть будет так. Авось всё пройдёт спокойно.
— Да, надеюсь, Алексей не выберется из гроба так же, как вы, — мрачно сострил Воронов. — Что ж, до встречи, Игнатий Николаевич.
— До встречи, — проговорил я, сбросил вызов и глянул на дверь спальни младшего внука. Та оказалась приоткрыта и изнутри доносился богатырский храп.
Пожав плечами, я открыл дверь и вместе с Вячеславом проскользнул внутрь, очутившись в сумраке, пропитанном запахом крепкого перегара.
На ковре лежали две пустые бутылки из-под мартини и подушка, а с люстры свисали мужские трусы. Один из ящиков стола валялся около кресла, а на том красовалась россыпь презервативов.
На развороченной кровати под одеялом дрыхли двое. Рука Павла касалась пола, а сам он пускал слюни на простыню, лёжа ближе к двери. А с другой от него стороны спала девушка, её рыжие волосы выбивались из-под подушки, которой она накрылась.
— Порви меня дракон… Жанна? — прошептал я, на цыпочках двинувшись к кровати.
Вот это поворот! Неужто Павлу показалось мало того, что он приложил руку к смерти брата, так внучок ещё решил накуканить вдову Алексея? Сразу так и пахнуло тёмным Средневековьем, но, конечно, вряд ли всё обстояло именно так. Скорее всего, Павел и Жанна просто решили выпить вместе, а потом уже по пьяной лавочке произошло соитие.
— Ого, Павел девушку привёл? — тихо изумился Вячеслав, хлопая глазами. — Он же буквально месяц назад был робким, как вампир в церкви, а сейчас не постеснялся припереть в дом девицу, да ещё и напился так, что обои уже отклеиваются. Может, я сплю? Как-то слишком много изменений произошло с тех пор, как я покинул дом.
— Уверяю тебя, всё не так. Изменений ещё больше, чем ты думаешь.
В этот миг Павел всхрапнул, словно подавился, а потом один его глаз открылся и уставился на Вячеслава.
— Брат, — сонно просипел пухляш, явно не понимая, наяву он видит родственничка или нет. — Брат, я убил его… убил Алексея. Не вини меня… он стал чудовищем. Деда говорил, что Иуда рядом с ним святой.
— Что за ерунду он несёт? — протянул Вячеслав, наморщив лоб.
— Почему сразу ерунда? Вполне себе разумные слова.
— Чего? — ещё сильнее нахмурился блондин, совершенно сбитый с толку. — Ты хочешь сказать, что… что Павел убил Алексея?
— Не хочу, но надо. Да и не только он убил. Там таких желающих хватало. Мы с ним мастерски расправились, — проговорил я, подойдя к той стороне кровати, где лежала девица, и протянул руку, чтобы поднять подушку.
Попутно я кожей чувствовал, как Вячеслав совсем опешил.
Да, нам предстоит долгий разговор, очень долгий. И надеюсь, он не затянется, а то мне нужно идти в Лабиринт за младшим сыном главы демонского клана Каас.