Евгений Прядеев – Винни Пух (страница 20)

– Мы пришли выяснить, куда по твоей милости увезли барона Альберта Фолькштайна, – негромко произнесла она, глядя на меня своими глазами цвета морской волны. Глаза мне понравились, а вот голос, которым она со мной разговаривала – нет.

И вообще, я сейчас очень удивился. Если откровенно, мне представлялось, что сей визит не что иное, как приглашение на разборки по поводу убиенной мною Анжелы. А тут оказывается совсем другая история. Я и забыл про ресторанного ментальщика, а он, как выясняется, успел и связями какими-то в городе обзавестись. Вот только зачем он так ведьмам понадобился, что они не побоялись в открытую ко мне домой заявиться? Все-таки в нашем мире существуют еще какие-то правила, и подобный визит можно расценить как объявление войны.

– Не знаю, – пожал плечами я. – Так бывает, честное слово. Попробуйте обратиться в приемную госбезопасности. Наверняка у них разрешены свидания или передачи.

– Ты-ы-ы, – на сей раз шипение Миланы было громче, но я умел разговаривать с этой публикой.

– Подруга, я не знаю, что ты о себе возомнила, но я тебя не боюсь. От слова совсем. И разговаривать буду только с главой ковена…

– А если…, – начала было подруга Миланы, цепко взяв девушку за локоть, дабы та не влезла опять со своим шипением.

– А если она сочтет общение со мной недостойным ее высокого статуса, то и проблемы свои пускай решает самостоятельно! Все, разговор окончен!

– Мы…, – начала было ведьма, но была прервана появлением новых действующих лиц.

– Что вы кричите тут, – раздался внезапно голос бабы Шуры, живущей этажом выше меня. – Я сейчас участковому позвоню.

– А это соцработники, – среагировал я первым, пока ведьмы хлопали глазами, обозревая колоритное одеяние моей соседки, круглогодично состоящее из оренбургского пухового платка, телогрейки времен далекой войны и валенок. Причем штанов баба Шура не носила принципиально, что добавляло ее образу некоей пикантности. – Вот, предлагают помощь, продуктов купить или в аптеку сбегать.

– Да? – моментально подобрел голос старушки. – А чего они к тебе пришли? Ты вроде не инвалид еще…

– Так вас искали, баба Шура, – и глазом не моргнув, соврал я уверенным голосом. – Номер квартиры спрашивали?

– Да ты что! – Восхитилась соседка, прямо подпрыгнув на месте. – Значит дошли письма президенту. Я же писала, много раз писала. То есть девочки точно ко мне?

– Конечно к вам! – кивнул я и подтолкнул к ней ведьм, не удержавшись от искушения хлопнуть Милану по заднице. – Девушки, помогите бабушке! А мне пора!

И захлопнул дверь. Я свою позицию гостьям озвучил, а дальше уже не мои заботы. Из кухни выглянула голова Степана.

– Такими темпами праздника точно не будет, – хмуро сказал мне он. – Да и полы в подъезде от твоей крови отмывать замучаюсь.

– Ой, ладно тебе! – отмахнулся я от него. – Не каркай! Тем более, что они сами меня просто на пушку брали. Были бы у ведьм ко мне реальные претензии, не этих бы соплячек присылали.

Но подстраховаться, тем не менее, стоило. Я нашел мобильник и набрал полковнику госбезопасности. Странно, гудки идут, а он не отвечает. Довольно редкий для него случай. По крайней мере, я с таким сталкивался буквально пару раз. И Эдик тогда был не просто занят, а очень-очень озадачен. Хотя все равно в итоге перезванивал. Значит, и сейчас перезвонит.

Я сунул телефон в карман джинсов и пошел варить кофе. Все равно уже разбудили.

– Андрей, а что ты мне подаришь на день рождения? – домовой устроился на кухонной табуретке и внимательно наблюдал за моими телодвижениями. Надо признать, что кухню он за время моего сна действительно отмыл до блеска.

Все-таки есть совесть у Степана. Другой бы на его месте оставил бардак, и сделал вид, что здесь всегда так и было. Моя бывшая жена, например, всегда так делала. Особенно, если пробовала свою стряпню и расстраивалась, что опять продукты испортила. А этот нет, порядок навел, посуду помыл. Надо почаще домой в неурочный час возвращаться. Глядишь, так за счет его совести и ремонт в квартире организую.

– Не знаю еще, – пожал я плечами, внимательно следя за туркой, чтобы напиток не залил отмытую до скрипа плиту. – Но что-нибудь хорошее.

– Виталику вот приставку компьютерную подарили, – мечтательно произнес Степан. – Он теперь на телевизоре в машинки играет, я сам видел.

– Еще и сам играл наверняка, когда квартира пустовала, – обличительно сказал я.

– Ну-у, – заерзал на табуретке Степан. – Немножко. Интересно было, как она вообще работает. Да и дюже увлекательно оказалось…

– Кто бы сомневался, – рассмеялся я. – Слушай, а вот у вас домовых какое-нибудь руководство есть? Не знаю, что именно, какой-нибудь совет старейшин, например. Или собрание ветеранов. Кто-то же должен следить, чтобы вы совсем от рук не отбились.

– Чего это отбились сразу! – возмутился Степан. – Я ж не сломал ничего, так, поиграл маленько и положил, как было. Зачем за домовыми следить, если от нас ничего окромя пользы никто не видел?

– Ага, и чипсы периодически пропадают, – я успел подхватить турку в самый ответственный момент, не дав пенке выплеснуться наружу. – А говоришь никакого ущерба.

– Это ради твоего же блага! – наставительно поднял палец вверх Степан. – Чтобы проверить, чем ты свой организм травишь.

Он опять поерзал на табуретке и решил соскочить с неудобной для него темы:

– Так ты не придумал еще? Приставка вот вещь хорошая, и недорогая совсем. Я ценник на коробке видел.

– Зачем тебе эта игрушка? – назидательным тоном спросил я. – Что ты с ней делать будешь? У тебя и телевизора наверняка нет.

– У тебя же есть, – как само собой разумеющееся завил Степан. – Там в комплекте два джойстика идет. Будем вместе в машинки играть.

– Не было печали, – всплеснул я руками, поставив чашку с кофе на стол. – Может, ты еще сюда жить переедешь? С какого такого интереса?

– Все равно следить за тобой положено, – пробурчал Степан, отводя глаза. – Ты можешь представлять опасность для людей.

– Кем положено? – ухватился я за его фразу, но прояснить вопрос мне не дал телефонный звонок. Эдик вышел из тумана, вынул ножик из кармана…

– Господин полковник, – дурашливым тоном пропел я в трубку. – А мы уж тут все глазки проплакали, переживая, где вас носит и чего это вы на звонки не отвечаете…

– Не паясничай, – не поддержал мой тон Эдик. – Что опять стряслось?

– Хотел у тебя спросить, – посерьезнел я. – Ко мне приходили две красавицы, настойчиво интересовались неким бароном. Были посланы очень далеко, но сам факт… Мне стоит переживать?

– Ну если не переживать, то оглядываться точно, – немного помолчав, ответил Эдик. – Ситуация странная и, я бы даже сказал, нетипичная. Этот Альберт внезапно оказался всем нужен. На меня даже через руководство давить пытались. Поэтому не удивлюсь, что сегодняшний визит не последний.

– А что в нем такого уникального? – удивился я. Ни разу не слышал от Эдика, что на него кто-то давил из-за задержанных. Все-таки и госбезопасность структура не из последних, а отдел моего приятеля вообще из разряда неподотчетных подразделений.

– Сам не знаю, – вздохнул в трубку Эдик. – Но учитывая твою любовь влазить во всякие непотребства, не удивлюсь, если он прибыл в город по приглашению кого-то из очень влиятельных персонажей. Неважно, из светских органов власти или нежити. Просто никто не подозревал, что он может нарваться в обычном кабаке на такого сумасшедшего, как ты.

– Здрасьте – приехали! – обиделся я. – Ты еще скажи, что мне не стоило его задерживать и тебе сдавать.

– Так топорно может и не стоило, – ледяным тоном ответил Эдик. – Гораздо эффективнее было организовать за ним наблюдение, посмотреть, с кем он приехал, кто его встречает… Чего я тебе прописные истины объясняю? Ты совсем все забыл на гражданских харчах?

– И вспоминать не хочу, – огрызнулся я. – Мне оно на моей скромной должности и не требуется.

– Ну тогда и не удивляйся, что тебе теперь задают глупые и неудобные вопросы, – не остался в долгу Эдик. – Причем у тебя дома. Тоже, кстати, не самое засекреченное место. Думать обо всем этом надо было раньше, когда ты свой ресторан громил, удаль молодецкую демонстрируя.

– Ну раз ты ничего не знаешь, то тогда ладно, – свернул я разговор. – Просто хотел тебя предупредить.

– Спасибо, – поблагодарил меня Эдик, причем в его голосе не было и намека на усмешку. – Если что, звони. И будь осторожен.

В трубке раздались короткие гудки. Я оглянулся на домового, но Степана на кухне уже не было. Видимо, под шумок он сбежал готовиться к празднованию первого в своей жизни дня рождения. Ну и ладно, не до него мне сейчас…

Если честно, я расстроился. Мой поступок, который еще два дня назад казался мне почти что героическим, оказался со слов Эдика несусветной глупостью. Понятное дело, что сейчас уже ничего не исправить, но я не хочу возвращаться на службу с ее интригами, проблемами и многоходовками. И выслушивать, что надо было поступить тоньше, тоже не хочу.

Это только в кино так бывает, что мальчик с улицы, попав случайно в разборки мафии и спецслужбы, оказывается гениальным тактиком и стратегом тайных операций. Я из взрослой жизни и точно знаю, что подобное лишь красиво рассказанные сказки. А половина детально проработанных операций срывается из-за банальных случайностей. Поэтому единственный верный рецепт успешной жизни любого сотрудника правоохранительных органов – жить всегда «на стрёме».