Евгений Пожидаев – Проект «Близнец» (страница 33)

Позже захожу в казарму и велю гвардейцам построиться. Совершенно закономерно, что всерьез меня воспринимают лишь те немногие, которым посчастливилось побывать на презентации «Драгоритного Покрова». Остальные даже не скрывают косых взглядов, впрочем, они все равно формально выполняют то, что я велю — как-никак они воины рода и обязаны мне подчиняться хотя бы для галочки.

— Сейчас оглашу список. Кого назову — шаг вперед, — я говорю гораздо громче, чем обычно, а между словами старался делать паузы подольше.

Нет, гвардейцы вовсе не глупые и не глухие, однако есть у них так называемая профдеформация, с которой знакомы многие военные. Собственно, я о ней и вообще о специфике командования бойцами знаю только потому, что по этой теме на базе проекта «Близнец» вели целый курс. Да, нас обучали современным реалиям ведения боя и всему из этого вытекающему: от снабжения до использования тактики со стратегией. Ведь любой из нас мог попасть в военную сферу и там надо было быстро расти в «рангах».

Начинаю перечислять имена и в момент прочтения первого из них едва сдерживаю довольную улыбку. Вот уж не думал, что отец настолько поверит в своего непутевого сына. Артем Федотов — один из сильнейших гвардейцев, он настолько отличился в свое время, что память о его подвигах сохранилась даже у прежнего Алексея.

Федотов, во-первых, маг первого Круга с аспектом — камень. Именно поэтому его позывной: Валун. Во-вторых, это практически былинный богатырь, если бы не черные, как смоль волосы и не закрученные усы с выбритым подбородком.

В общем, если сработаемся, а я в этом почти уверен, то Федотов первый претендент на то, чтобы возглавить уже мою личную гвардию. Что касается остальных бойцов, то едва ли я знал многих из них. Чьи-то имена просто слышал, кого-то помнил в лицо. Крепкие середнячки, я бы даже не сказал, что отец умышленно сформировал для меня отряд из слабаков.

И это даже хорошо, с таким отрядом, действительно, можно будет воплотить в жизнь несколько интересных сценариев.

— Отлично, — довольно улыбаюсь, глядя на отряд из пятнадцати человек, хотя боевой дух бы им поднять. Впрочем, репутацию Алексея я уже почти научился перебивать. — Идем на улицу, остальные — вольно!

Уже возле казармы парни снова выстроились передо мной. Перед тем, как начать демонстрировать силу и умения, а это просто необходимо, чтобы заслужить хотя бы базовое уважение, я кратко ввожу их в курс дела:

— Теперь вы все — один большой отряд! Уже завтра, под моим командованием, мы полетим защищать Пушкаревск от польской аристократии. Вопросы⁈

— А кто-нибудь живым вернется хоть? Или завещание писать⁈ — нагло глядя мне в глаза, ухмыляется Федотов, а остальные едва не взрываются смехом.

Конечно, между нами сословная пропасть, но бойцы признают либо силу, либо настоящую власть. И до последнего времени Алексей лишь подтверждал, что не имеет ничего из перечисленного. И я был к этому готов.

— Все вернутся, — говорю я и тут же уточняю, — кто будет верно служить мне и выполнять приказы.

— Хм, все еще сомнительно, молодой господин, — улыбается Артем, глядя мне в глаза.

— Понимаю, вы думаете, что уважать меня не за что и даже наоборот. Однако перед вылетом я собираюсь это исправить, — дерзко заявляю это, ничего не стесняясь. Если бы кто-то из них только попытался «наехать» на меня в более наглой форме… Но так как этого не случается: — Сейчас мы пойдем в тир. Посмотрим, как вы стреляете. Если кто-то покажет результат лучше меня, что же… «Стрижа» будет достаточно.

Кто-то из бойцов хмурится, кто-то удивленно вскидывает брови, Федотов так и вообще хищно улыбается, а затем бойцы довольно улюлюкают и шагают за мной. Что же, у них есть мотивация пострелять, а значит, придуриваться они не будут.

Входим в тир, прежний Алексей бывал здесь нечасто, но хотя бы знал, где включается свет и где находится оружие со всем необходимым. Именно поэтому уверенно дергаю рубильник, затем приношу оружие на стойку.

Выбираю револьвер «Хруст», он же револьвер Хрустова, и кладу на стойку. Казалось бы, револьвер — устаревшее оружие, но как бы не так. Те, кто глубоко в теме, знают, что револьверы получили вторую жизнь как раз вскоре после того, как ПАДы в среде магов стали применяться повсеместно.

Преимущество револьвера перед теми же «Дятлами» — автоматическими пистолетами как раз в том, что у револьверов больше калибр и барабан. Если использовать именно «Хрусты», то фактически опытный стрелок может подготовить несколько барабанов, ведь конструкция у оружия тем и славится, что позволяет их быстро менять прямо на ходу.

Теперь про барабаны. В каждом по шесть патронов, причем их можно расположить именно в таком порядке, в каком требует ситуация. Для чего это нужно? Как раз для того, чтобы противостоять именно магам в персональных артефактных доспехах. Суть в том, что патроны для револьверов изготавливают непростые, а артефактные, поэтому каждый выстрел на вес золота. Однако это вовсе не «убийца ПАДов», а лишь неплохой консервный нож, который иногда да срабатывает.

Если же не использовать артефактные патроны, то и надобность в револьвере резко отпадает. Однако стрелять учиться из них нужно, особенно тем, кому предстоит часто сражаться с магами. Собственно, поэтому обычные пули для револьверов не перестали производить.

Тем более нельзя отрицать, что появление ПАД-ов не вызвало гонку вооружения, ведь когда создается защита, то сразу ищутся пути ее преодоления и этот цикл вечен.

— Вы стреляете первыми, — уверенно говорю я громким голосом и указываю на «Хруст», затем перевожу взгляд на Федотова: — Громче всех смеялся, значит, фиксируешь результат.

— Так точно, молодой господин, — рыкнул он, причем не оскорбительно, а… ну просто он гвардеец и иначе не умеет.

Первый боец берет револьвер, целится и стреляет. В барабане всего три патрона — этого хватит, ведь по шесть на каждого — слишком много. Время все-таки нерезиновое.

После первого стрелка идет второй, а там и третий. Я смотрю за тем, как они стреляют, оцениваю моих подопечных настолько, насколько это вообще возможно. Кто-то меткий стрелок, но недостаточно уверенный в себе и физически мог быть бы крепче. Кто-то самоуверенный здоровяк, улыбчивый и говорливый, но с прицелом явно беда.

Бойцы сменяются, я же мысленно фиксирую их образы и мысли в уме. В скором сражении мне нужно будет уметь их использовать по максимуму: то есть применять бойцов на таких позициях или в таких ситуациях, чтобы они показали весь свой потенциал. Проще говоря, я хочу уметь «ходить» ими так, как это делает гроссмейстер с шахматными фигурами.

А кроме того, хотелось бы еще заранее знать, кому можно доверить спину, а кому собственный сухпаек не доверишь. Ну да, это будет хоть и «войнушка», но кто знает, насколько всё сложно.

Наконец приходит очередь Федотова со звучным позывным Валун. Он передает папку-планшет с ручкой и записями одному из бойцов. Затем, сверкнув фирменной хищной ухмылкой, подходит к стойке и берет «Хруст». Тут же сует левую руку в карман и чуть разворачивает корпус. Красуется, конечно, причем не первый так делает, но надо признать, получается у него органично, будто бы благородный, что собрался стреляться на дуэли.

Первый выстрел — середняк «6».

Второй — «10»!

Третий — всего лишь «4».

В целом неплохой результат, но при этом средний. Федотов оказывается не лучшим стрелком, но мы ему это прощаем, все-таки прославился он в узких кругах нашего рода за другие хорошие качества.

— Кто лучший? — спрашиваю я, ведь не столько следил за точностью парней, сколько за эмоциями и тем, как они стреляли.

— Дем! — грозно отвечает Федотов, заглядывая в записи. — «9», «10», «10».

— Молодец, Дем! — широко улыбаясь, глядя на мужчину, который совсем не выглядит как лучший стрелок из присутствующих. Но внешность обманчива, и я это хорошо знаю. — Что же, если не делаю три десятки, то «Стриж» твой! Мое слово!

Остальные тут же радостно начали хлопать его по спине и плечам. Ну, хоть подкидывать не начали, как рок-звезду. Рано они радуются.

Передо мной непростая цель. Придется все-таки три раза попасть в «10», я не хотел этого делать потому, что для прошлого Алексея — слишком удивительный результат. Да и мне незачем показывать всю свою силу и способности — это нас учили на базе проекта. Я вообще думал: просто отстреляюсь лучше парней, но теперь уж лучше некуда.

Однако я мог выстрелить и с закрытыми глазами, ведь есть у меня в арсенале магических способностей слабый дар пространства. Скажем так, не каждый универсал обладает подобным, но я имею подобное в своем распоряжении. А потому неплохо ориентируюсь даже в полной темноте, больше пока недоступно, нужно больше Кругов.

— Поддержим молодого господина! — Федотов взмахивает руками, причем без издевки, он искренне хочет, чтобы я победил, ведь это в его понимании что-то такое, чем, действительно, стоит впечатляться.

Наконец подхожу к стойке, беру револьвер. Встаю так, как удобно и надежно, без всяких позерских жестов и прочего. Сейчас есть только я и мишень. Главное — не загнать все три пули в одно небольшое отверстие в центре, небольшой разброс да нужен. Ну, надеюсь, его обеспечит мне само оружие.

Целюсь — стреляю. Сразу две пули, одна за одной. Они устремляются точно в цель и, кто бы сомневался, попадают в «десятку». Гвардейцы на секунду будто теряют дар речи, а затем дают волю эмоциям. А чего бы и нет?