Евгений Пожидаев – Проект «Близнец» (страница 32)

В такие моменты глава рода Орловых жалел только о том, что бастарды все еще «вне закона». То есть признать их благородными нельзя, как и использовать в подобных ситуациях. Бастарды годятся лишь для того, чтобы действовать «втемную».

«А жаль», — подумал Федор Максимович. Ведь как раз одного парня, что вечно доставлял проблемы, с удовольствием отправил бы на спорную территорию вместе с отрядом. Лишь бы уже избавиться от него. Однако мужчина нисколько не жалел, что двадцать пять лет назад провел с его матерью-простолюдинкой и тогда еще девушкой нереальной красоты одну бурную ночь, пусть от нее и были последствия.

⁂

Никита паркует белого «Стрижа» возле входа на территорию поместья. Перед тем, как открыть дверку, смотрю на него и говорю:

— Возможно, я задержусь.

— Разумеется, господин, — почтительно кивает он.

При этом смотрит так, будто готов ждать целые сутки. Хотя почему «будто»?

Выхожу из машины и иду прямиком к главному дому. Мимоходом зацепляюсь взглядом за одну из отцовских «Жемчужин». Все-таки подобная машина до сих пор манит, а не будь прошлый Алексей таким придурком, я мог бы колесить на такой же. Впрочем, добиваться того, что хочешь, все равно интереснее, чем иметь изначально. Возможно, именно поэтому некоторые молодые дворянчики такие аморфные.

В поместье никто, кроме слуг, мне не попадается, а так я не прочь пообщаться с сестрами-близняшками или подействовать на нервы Игорю. С учетом того, что он «вытворяет» на родовом заводе, его бы давно пора прижать.

Кстати, про родовую гвардию — мне же надо ею обзаводиться, как-никак я часть этого рода и значит, надо получить то, что по праву мое. Просто так мне отец бойцов не «перепишет», слишком дорого. Ведь подготовка гвардейцев, снаряжение и много чего еще — все это стоит огромных денег. Именно поэтому по численности и общей мощи гвардии можно судить о достатке и влиятельности рода.

Так вот, та самая группа гвардейцев, с которой я отправлюсь воевать против благородных пшеков — вполне может стать первоначальным звеном моей будущей гвардии. Покажу себя хорошо, справимся с задачей и если ребята будут не против, то останется только договориться с отцом. Или поставить ему такое условие — как-никак я иду добровольно прославлять род Орловых. И, конечно же, я совсем не преследую своих целей, ну да.

Наверняка Федор Максимович уже решил откупиться или отправить в горячую точку кого-то из младших ветвей Орловых, но так, чтобы этот «счастливчик» сидел где-нибудь в кабинете, а не в окопах или в разрушенном доме. Да, благородные часто так делают, это стандартная практика, но в то же время это считается чем-то зазорным, как минимум не идет на пользу репутации рода.

Возле кабинета отца меня встречает тот самый бессменный секретарь. Что удивительно, в этот раз он совсем не смотрит на меня сверху вниз, должно быть, тоже уже в курсе некоторых заслуг. А может, просто хватило одного общения с новым мной.

— Здравствуйте, Алексей Федорович, — чуть поклонился Константин. — Федор Максимович у себя.

— Отлично, — лениво отвечаю, стучу в дверь и потом вхожу.

— О, Алексей, — отец вдумчиво чешет густую бороду с проседью посередине. Выглядит он уставшим.

Здороваюсь и усаживаюсь на стул перед столом. Без пустой болтовни, сразу озвучиваю цель своего визита.

— Я готов выступить от рода в конфликте с польскими аристократами.

— Вот как⁈ — глава рода в очередной раз показывает, что удивляться он все-таки умеет. — Даже спрашивать не буду: «Зачем тебе это нужно?» — хмыкает он с улыбкой и взмахивает рукой. — Лучше скажи, что ты за это хочешь?

— Не так много на самом деле, — я дружелюбно улыбаюсь. — Мне, конечно, нужны бойцы, снаряжение и один ПАД. Если мы справимся с задачей и вернемся живыми, то они, разумеется, с их согласия, будут служить мне. ПАД, если настаиваешь, могу вернуть.

— Вот, — отец хлопнул по столу, будто на нем сидела большая злая муха. — Говорят, наглость — второе счастье. Тебе всегда было ее не занимать. Но я не понимаю, почему ты так резко потерял интерес к развлечениям? Серьезными делами занимаешься.

— Повзрослел, наверное, — отшучиваюсь я, но все-таки продолжаю, — а может быть, просто понял, что у тебя нет серьезной замены на подобный случай. Не кажется тебе, что это очень хорошая возможность изменить репутацию обо мне и заодно заработать баллы для рода?

— Дело говоришь, с этим сложно не согласиться, — мигом посерьезнел он и задумался — Хм, высоко метишь, стало быть?

— Да, — не стал скрывать я.

— Хорошо. Будут тебе люди, снаряжение и ПАД. Всё? — он широко разводит руками.

— На правах младшего наследника я бы еще посоветовал заменить родовых оружейников, а то взял недавно этих малышей… — я выкладываю «Дятлов» на стол, — состояние у них не очень, обслужить бы их нормально.

Отец молча протягивает руку и берёт один из пистолетов. Его пальцы касаются оружия с почти хирургической точностью — уверенно, без лишней суеты. Он взвешивает его в ладони, будто определяя на ощупь центр тяжести, затем медленно и с нажимом отводит затвор назад. Металл откликается резким щелчком, но в движении чувствуется что-то лишнее — сухость, небольшое сопротивление, которого быть не должно. Он отпускает затвор — тот возвращается с приглушённым, глуховатым стуком.

Следом отец нажимает кнопку извлечения магазина, осматривает патроны, двигает пальцем по краю губок, чуть надавливает на пружину. Легкий хруст, почти неуловимый, заставляет его нахмуриться.

— Смазка высохла, — говорит он, больше себе. — И возвратка уже не новая, чувствуется. Ещё немного — и начнёт клинить.

Он проверяет предохранитель, затем резко, почти в учебном темпе, имитирует выхватывание и спуск. Указательный палец давит на спусковой крючок — тот уходит с лёгким провалом, затем резкий щелчок. Отец не говорит ничего, но по выражению лица ясно — ему это не нравится.

Берёт второй «Дятел», повторяет ту же процедуру. На этот раз щелчок затвора выходит резче, но ствол чуть уводит вбок — микроразбалансировка. Он замечает это мгновенно, едва заметно качает головой.

— Не ржавые, но и не свежие, — наконец произносит он, укладывая пистолеты обратно на стол. — Рабочие, но не для первой крови. В бою — еще, может, будет неплохо работать, но и только.

Глава рода откидывается на спинку стула и впервые смотрит прямо на меня.

— Не припомню, чтобы ты разбирался в огнестрельном оружии. Но ты прав, Алексей, — нехотя признаёт он. — Родовых оружейников давно никто не тряс. Похоже, пора.

— Так когда я смогу познакомиться со своим отрядом, отец? — спрашиваю я, пока разговор не скатился в обсуждение погоды.

— Дай мне минут десять, — вдумчиво отвечает отец, — список заберешь у Константина и хоть сейчас в казармы. С вылетом только не тяните, а то, сам понимаешь, такие конфликты имеют свойство быстро заканчиваться. Раз ты жаждешь славы, то надо действовать быстрее.

Благодарю главу рода за проявленное доверие и выхожу из кабинета. Недолго думая, направляюсь в центральную гостиную. Надо же и перед другими родственниками показаться. А то, что глава рода хорошо разбирается в оружейном деле, я знал из его личного дела — такие вещи все еще оставались полезны.

⁂

Федор Максимович сидел в своем кабинете и думал. Но вовсе не о том, каких именно бойцов отправить в горячую точку под руководством младшего наследника. Этот список глава рода составил минуту назад.

Сейчас же он крутил в руках «Дятлы» и никак не мог понять, почему это оружие оказалось в руках Алексея. Нет, конечно, парень имеет полное право пользоваться родовым складом и арсеналом, но конкретно эти «Дятлы» уже должны были быть списаны. Странно, значит, кто-то специально выкинул такую «подлянку», ведь оружейники в роду как раз настоящие профессионалы. Просто сыну обо всех подробностях знать не следует.

— Но зачем? — спросил Федор Максимович, глядя на свое отражение в серебряном стволе.

Прежде, когда Алексей причинял роду только проблемы и наносил репутационный ущерб, никто не пытался ему вредить. Даже, будто бы, наоборот.

— Неужели?.. — прошептал старший Орлов.

Он хорошо помнил свое детство и точно знал: одни наследники пытаются подгадить другим только тогда, когда видели в них угрозу. Получается, что Игорь увидел в нем угрозу. Как ни странно, но это хороший знак, ведь он подтверждает, что Федор Михайлович не ошибся, когда сделал ставку на «темную лошадку».

Недолго думая, старший Орлов вычеркнул из списка имя командира отряда гвардейцев, которого хотел изначального отправить. Вместо него он написал имя того бойца, которого, действительно, будет обидно потерять. Что же, если Алексей справится с задачей и выживет, то получит в распоряжение одного из сильнейших гвардейцев. Одного из тех, кого он готов поручить под руки своего отпрыска, а там посмотрит, как все пройдет.

⁂

Константин спускается со второго этажа. В руках у него лишь один лист формата «А4», он с почтением протягивает его мне и уточняет.

— Ваш отец, Федор Максимович, велел зайти на склад и получить два автоматических пистолета Дятлова. Как он сказал, это вам в подарок.

— Хм, неожиданно, — я едва не присвистнул.

Иду на склад и забираю свой подарок. Что удивительно, два «Дятла» оказываются в идеальном состоянии. И тут я вдруг понимаю, что дело, возможно, вовсе не в оружейниках, а в тех, кто выше. Игорь, например, он ведь как-то подсунул мне «Шестерку».