Евгений Пожидаев – Проект «Близнец». Том 3 (страница 45)

— Мы нашли схему сверхтяжелого ПАДа, который работает на самом необычном топливе, которые вы только можете себе вообразить, Алексей Федорович, — проговаривает Аманда, широко открыв глаза. Очевидно, она сама еще не свыклась с мыслью, что такое бывает.

— Сверхтяжелый ПАД, — уже интересно, хмыкаю я, прежде о таких никогда не слышал. — Так и на чем же он работает?

— Название растения «Годдар» вам о чем-то говорит, господин? — коварно улыбается Аманда, хитрая, как лиса. Она ведь прекрасно знает, что эти растения с Алтайских гор уже давно растут у меня на заднем дворе.

— Что же, отправьте чертежи Жезарю. Посмотрим, на что способен наш Кулибин с заводскими мощностями под боком.

— Уже отправили, — учтиво говорит одна из помощниц Аманды.

— Хм, он мне до сих пор не позвонил, — задумываюсь я, почесывая щетинистый подбородок.

— Еще не получил информацию, — предполагает помощник Аманды.

— Или получил и увлекся, — усмехаюсь я, невольно представляя себя в этом исполинском ПАДе.

⁂

Этим же вечером мой телефон разрывается от звонков. На один из них отвечаю, вынужденно прервав важные дела. Звонит, кто бы сомневался, сам Жезарь. А он просто так к телефону не подходит, я бы даже сказал, что старательно избегает всяческого контакта.

— Добрый вечер, Алексей. Кратко или со всеми подробностями? — спрашивает он явно в хорошем расположении духа.

— Кратко, — отвечаю с легким вызовом, не всё же время ему мне нервы трепать.

— Кратко так кратко, — ухмыляется он, судя по характерным ноткам в голосе, — мне нужно еще двадцать процентов мощностей завода. Хотя бы на месяц!

— Причина?

— Сверхтяжелый ПАД.

— Разрешаю, — быстро отвечаю и не успеваю сбросить звонок, как слышу благодарность.

— Мой технический гений никогда не забудет вашу щедрость! Алексей Федорович! Я такое сделаю, ух!

⁂

— Зачистить здесь всё, обставить как пожар, — говорю я, выходя с территории роскошной дачи.

— Есть, господин, — кивает Федотов в «Драгоритном покрове», что покрыт гарью, испачкан в грязи и залит кровью.

Прохожу дальше, через центральные ворота. Снимаю шлем и усаживаюсь в авто, которое везет меня к перевалочному пункту. Месту, которое служит неким буфером между гостиницей и теми точками, в которых я и мои гвардейцы устраиваем мясорубку. Мы же не можем вот так просто взять и заявиться в холл отеля, будучи окровавленными воинами во всеоружии.

На мне, как и на капитане гвардии, тоже «Драгоритный покров». Разумеется, с «Метаморфом» не сравнится. Однако, облегченная версия лучше старой, даже с учетом свежих модификаций. Для нынешних задач хватает, пусть и не больше. Я все жду, когда уже завод продемонстрирует мне первый образец «Драгоритного панциря». Название пока рабочее, по функциям и возможностям новый ПАД должен будет превосходить предыдущую модель многократно.

⁂

Два дня спустя я снова встречаюсь с Амандой и ее командой. Они обещали закончить обработку информации с ключевой точки под кодовым названием «Дача».

Кстати, про дачу — сгорела, ну просто выгорела дотла, а виновных так и не нашли. Хотя очень искали. А еще искали тех, кто устроил переполох в архиве и убил Решетникова. Тоже не нашли.

Что примечательно, в случае пожара это были имперские службы. В другом случае — люди проекта. Причем настоящие профессионалы, потому что мои надежные шпионы так и не смогли выйти через них на другие ключевые точки.

— На даче нам удалось обнаружить несколько документов, — вещает Аманда с умным видом, едва сдерживая улыбку. Она знает, что справилась со своей работой на ура и сделала это быстро. И поэтому довольная. — Схемы поставок, наименование поставщиков, чертежи технических и артефактных разработок. Бонусом — не до конца утилизированные прототипы.

— Неплохо, — одобрительно отвечаю.

— В бункере под дачей мы нашли: персональные досье, биослепки, часть отчетов, которые позволяют связать определенных кураторов с конкретными операциями. В том числе и террористическими.

— Отличные новости, — широко улыбаюсь Аманде.

Лишь выйдя из номера отеля, я снимаю с лица маску довольного господина. Нет, конечно, новости хорошие и информация полезная, но все это заставляет задуматься.

Находки укрепляют понимание того, что проект действовал многовекторно и глубоко внедрился в разные слои власти. Более того, существует он уже минимум лет пятьдесят. И за это время основатели ставили перед собой разные цели.

«Близнецы» были лишь частью общего плана и далеко не такой важной, как я считал раньше. Однако сложно отрицать, что гораздо удобнее претворять свои затеи в действие, когда тебя поддерживают верные марионетки на нужных позициях.

⁂

Снова возвращаюсь к этим мыслям спустя несколько дней. После того, как мы с гвардейцами зачищаем очередную точку. После того, как Аманда и ее помощники перерабатывают очередную тонну информации, словно старатели, что ищут золотой песок в грудах руды.

Новая точка — новая информация. Теперь я точно знаю, что существуют «филиалы» и за пределами Империи. А еще связанные с ними люди, которые и по сей день живут и действуют практически свободно.

Все это значит, что «зачистка» трех точек под Москвой — лишь первый акт. Проект гораздо обширнее и глубже, чем я изначально считал.

Получается, я выиграл лишь раунд, но не войну. Уже сейчас мне нужно вовсю готовиться к новым ходам противника. Укреплять свои структуры по всем направлениям, расширять полезные контакты…

А еще нужно провести подготовительную кампанию к тому, чтобы превратить разоблачение проекта в инструмент собственной безопасности.

Глава 23

Солнце светило над полями для гольфа под Петербургом неестественно ярко, будто не жалея сил для важной встречи. Каждая травинка выглядела так, словно ее прорисовал художник, что не скупился на самую сочную зеленую краску.

Двое мужчин шли по идеальному газону, их белоснежные костюмы не сковывали движений, а пыль не липла к специальным ботинкам. Они говорили о разном. Каждое их слово отдавалось едва уловимым эхом внутри магического купола, который они поддерживали вокруг себя. Разговор слишком важный, чтобы его могли услышать не те уши.

Никто, кроме самих этих мужчин, не знал о том, сколько кругов маны им удалось сформировать. Но в одном служащие им люди были уверены наверняка — это невероятный уровень силы. Невообразимый, недостижимый для простых смертных. В противном случае мужчинам бы не приходилось каждый раз подавлять свою ауру при приближении к любым другим людям. Последние просто падали бы в обморок от магического давления.

Борис Феликсович Фирсов, седовласый мужчина с чуть красноватым лицом, что выглядел на пятьдесят лет при реальном возрасте в девяносто три года, сделал хорошо поставленный удар клюшкой. Мяч для гольфа ушел за кроны деревьев по безупречной траектории.

Фирсов улыбнулся, но его взгляд оставался холодным. Хоть он и чувствовал себя прекрасно, но все чаще думал о том, что стареть все равно придется. Будь ты хоть самым сильным магом в мире, тебе не победить смерть, а тут еще и проблемы с одним из нескольких ответвлений основного проекта.

Спутник Фирсова — молодой мужчина с темным прошлым и такой же темной душой, коротко кивнул. Он выглядел лет на сорок, черные волосы все еще густые и объемные, но в щетине уже есть две чуть заметные полосы седины.

Сын — именно так этого мужчину называл Борис Феликсович. Хотя оба они прекрасно знали о том, что не приходятся друг другу родственниками.

А все потому, что «сын» Фирсова — подменыш: настоящий, по мнению отца, был слишком жалок и бесполезен. Собственно, его подмена на «правильного» клона и стала прототипом для того, что позже разрослось в одно из ключевых ответвлений.

Юрий Борисович Фирсов — так сейчас зовут первого человека, выращенного в лаборатории. Причем еще в те времена, когда ответвление, что занимается генной инженерией, выращиванием подмены для детей благородных, даже не носило название — проект «Близнец».

Иронично, что именно сейчас Юрий Борисович возглавляет то самое ответвление от основного проекта, которое когда-то и создало его самого. На все воля провидения — так он себе объяснял столь необычное положение дел. И в общем-то был доволен, пока не начались проблемы. И первая из них — диверсия на базе проекта вблизи Новосибирска.

— Юра, ты выяснил, кто против нас «играет»? — спросил Фирсов-старший, держа руку на манер козырька, чтобы прикрыть глаза от яркого солнца.

— Да, Борис Феликсович, мы вышли на его след, — ответил первый в истории «Близнец».

— Ну сколько я просил, называй меня просто — отец… — раздраженно проворчал Борис Феликсович.

— Но ты же знаешь… ладно, отец, — Юрий Борисович не стал спорить. Он вообще не любит спорить по мелочам. Он любил побеждать, а еще решать важные дела.

После своих слов он выбрал подходящую клюшку для конкретной ситуации на поле. Затем подошел к мячу, правильно поставил ноги, чуть пошевелил торсом и ударил с такой силой, что мяч будто не улетел за кроны далеких деревьев, а вовсе телепортировался.

— Хорошо летит, — одобрительно улыбнулся Фирсов-старший, ведь его необычайно высокая магическая сила позволяла смотреть на мир совсем не так, как это делают обычные люди без какого бы то ни было дара. — Так кто он? Мне даже любопытно.

— Диверсия в мае этого года на базе рядом с Новосибирском. Помнишь?