Евгений Пожидаев – Проект «Близнец». Том 2 (страница 42)
А вот на следующий день, сразу после завтрака и утренней тренировки, я снова вернулся в свой кабинет. Расположился за столом поудобнее и приготовился к продолжительному интеллектуальному труду.
Получилось поработать всего несколько часов. Я мог бы и дальше заниматься бумагами, разрабатывать инвестиционную стратегию… Но напомнили о себе те, кого многие аристократы, будь они на моем месте, сочли бы мелкой помехой.
Речь о моих сестрах, вернее, о сестрах того самого Алексея, что канул в небытие. Что же касается меня, то я вовсе не воспринимаю Светлану с Екатериной в качестве помех моим планам.
Я рассматриваю сестер-близняшек, скорее, как тех, с кем в будущем можно заключить выгодный союз. Или, в случае, если все пустить на самотек и наплевать на жизнь девушек, как потенциальную угрозу.
Для всех вокруг я — Алексей Орлов, сын главы рода и брат этим девушкам-близняшкам. В то же время прекрасно помню правду: строго формально — они мне не родственники. Я — не тот Алексей, которого Светлана и Екатерина знали с детства. Я — продукт проекта «Близнец», и моя жизнь началась не в поместье большой семьи, а в белоснежных лабораториях…
Знала об этом еще и Анна Лазарева. Но вот для всех остальных я должен был оставаться примерным братом. Более того, дружить, а не враждовать с сестрами — это банально более выгодная стратегия, чтобы добиться успеха.
Более того, я хорошо помню, как на одном из мероприятий молодых благородных Катя поблагодарила меня просто за то, что я готов был прийти на помощь. Не могу обманывать сам себя. Конечно, не воспринимаю этих молодых девушек как родных сестер, но они мне и не совсем чужие люди.
Может, моя слабая привязанность к ним — это и есть те самые семейно-родовые узы, о которых рассказывали на базе проекта? Может быть.
Так или иначе, я не мог не откликнуться, когда мне позвонила Катя и попросила о помощи. Но обо всем по порядку…
В тот момент я все еще сидел в кабинете, так увлекшись бумагами, что с трудом расслышал телефонный звонок, что звучал на всю комнату.
— Привет, Катя, слушаю, — отвечаю я, переводя внимание с бумаг на разговор.
— Привет, Леша, — отвечает сестра. — Я тут… ну, раньше мы особо не общались особо, но… я хочу попросить у тебя помощи. Я ведь могу доверить тебе свой главный секрет?
Ох уж эти молодые благородные девушки, что не мысль — то поток сознания. Бедная моя голова, пока пытаюсь проанализировать все ее слова и структурировать, лишь больше понимаю, что, похоже, разговор предстоит непростой.
— Конечно, ты можешь полностью на меня положиться. Я умею хранить тайны, — отвечаю добрым голосом, разве что загадочную улыбку через звонок не передать.
— Можно я тогда приеду? И не одна? Это не совсем телефонный разговор.
— Да, конечно. Когда тебя ждать?
— Через двадцать минут, — спешно отвечает сестра, и тут же из динамика телефона звучит рев мотора.
— Жду, — кратко отвечаю и сбрасываю звонок.
⁂
Сижу на кресле в гостиной на первом этаже. Пью кофе, обсуждаю с Амандой рабочие вопросы. И ровно через девятнадцать минут вижу через большие панорамные окна, как к поместью идут двое и держатся за руки. Моя сестра Катя и, верно полагать, ее парень. Тот самый, который защитил ее у фонтана.
— А вот и гости. Аманда, не оставишь нас?
— Конечно, Алексей Федорович, — отвечает слуга, подхватывает со стола бумаги и уходит на второй этаж, мелодично постукивая каблуками по лестнице.
Высокий голубоглазый блондин в деловом костюме-тройке открывает дверь и придерживает ее для моей сестры. Такое ощущение, что после того, как я видел его в последний раз, он стал шире в плечах. Тренируется, стало быть, это похвально. Впрочем, о нем, как о человеке, это ничего не говорит.
Катя заходит в гостиную, глядя большими зелеными глазами по сторонам: она еще не была у меня в гостях и поэтому ей все жутко интересно. На ней цветастые кроссовки, рваные джинсы и черная футболка с нечитаемыми буквами в виде паутины.
— Привет, — улыбается она, но продолжает стоять в коридоре.
— Здравствуй, Катя, проходи, — я, стоя у входа, провожу рукой в сторону большого обеденного стола, который уже накрыт по первому разряду для трех персон.
— Спасибо, — улыбчиво отвечает сестра, — но я пока не голодна.
Не проходит и пяти секунд, как она уже сидит на кресле, закинув ноги на один из подлокотников. Вот такая молодая бунтарка, а ее парень между тем только переступает порог.
— Своего кавалера мне не представишь? — с легкой ухмылкой смотрю на сестру.
— Простите ее, Алексей Федорович, — звучит голос парня с такой интонацией, будто он сам виноват. Затем хлопает дверь, и вот он стоит передо мной с протянутой рукой. — Кирилл Валентинович Смолин.
— Алексей, — улыбаюсь и пожимаю его крепкую руку. По силе ауры, что он испускает, парень явно на втором Круге, что, в целом, положительно сказывается на моем к нему отношении. — Можем перейти на «ты», у нас не официальный прием.
— Да, хорошо, Алексей, как скажешь, — отвечает Кирилл и направляется к Кате.
— Расслабься, Кирилл, я же не кусаюсь, — говорю максимально дружелюбно.
Просто чувствую, что парень слишком уж проникся ко мне уважением. А ведь мы почти ровесники.
Он подходит к Кате, что-то шепчет ей на ухо, после чего она с виноватой улыбкой ступает за стол. Да, Кирилл явно умеет с ней совладать, раз уж так быстро и легко объяснил, как следует вести себя в гостях. А вот Катя… Впрочем, плевать. Наберется еще ума, успеет.
Ну а если нет, то уже и неважно будет.
Усаживаемся за стол и приступаем к обеду. На первое у нас уха из осетра. Я подношу ложку ко рту и сразу ощущаю дыхание бурной реки, ни намека на запах тины.
Уха обволакивает язык, почти кремовая, а кусочки осетра тают, как будто их и не было. Они оставляют послевкусие, глубокое, чуть сладковатое, с благородной горчинкой.
Судя по лицам Кати и Кирилла, им это блюдо тоже по душе. А, как известно, ничто так не располагает к доброму разговору, как приятная трапеза.
В итоге уже на втором блюде — мясо кролика в сырном соусе — мы заканчиваем все эти словесные расшаркивания ни о чем и переходим к основному.
— Мой… — Катя смотрит на своего избранника. — Наш секрет в том, что мы играем в рок-группе.
— Называется «Нравы», — парень указывает рукой на футболку, в которой пришла моя сестра.
Секунду я смотрю на это сложную вязь паутинок и наконец отчетливо вижу буквы. Теперь уже легко могу прочитать это самое название — «Нравы». Вот ведь заморочились с внешним видом, конечно.
— Хм, — задумываюсь я. — Секрет, говорите? Я уж думал, что-то серьезное…
— А это разве не серьезное? — возмущается Катя. — Если отец узнает, что я солистка в рок-группе, он запретит мне выступать, а то и из дома выходить!
— Я гитарист, — Кирилл пожимает плечами, чуть нахмурившись. — Мой отец тоже не будет рад это узнать. Поэтому мы выступаем в масках. Вся наша группа в масках, но остальные лицо скрывают больше для антуража: они простолюдины и у них все попроще с этим.
— Хорошо, убедили. Я признаю, что в вашем возрасте это серьезная тайна. Даю слово аристократа, что никому не расскажу. Но в чем же проблема? — мне, действительно, становится любопытно, хоть уже и понимаю, что угрозы для здоровья Кати нет. Главное, что удается удержаться от снисходительной улыбки — но это все равно выглядит очень забавно, особенно с учетом того, что они аристократы.
— У нас завтра первый концерт, а из пятисот билетов продано только тридцать с чем-то… — сообщает сестра, недовольно поджав губы. — Вот мы и подумали, что нужно обратиться к кому-то за помощью. К кому-то, кто реально может помочь и кому можно довериться.
Несколько секунд молчу, смотрю то на сестру, то на ее избранника и отвечаю:
— Я могу скупить все билеты, но вас ведь явно не волнуют деньги. Вы, надо полагать, хотите собрать полный зал? Я прав?
— Да! — резко отвечает Кирилл. — Мы даже готовы бесплатно пускать, только бы людей побольше собралось.
— Ага, — кивает Катя. — Первый концерт… Он должен быть незабываемым! Мы очень долго репетировали…
— Так долго старались, что напрочь позабыли про маркетинг, рекламу? У вас наверняка даже менеджеров и пиарщика нет? — усмехаюсь я, впрочем, беззлобно.
— Ну… — моя сестра нерешительно мнется.
— Да, признаю: сглупили, — берет на себя ответственность Кирилл, а еще приобнимает Катю. — Но отменять концерт мы не будем. Ни за что на свете! Пусть хоть десять человек придут, мы для них весь альбом так исполним, что навсегда запомнят.
— Мне определенно нравится ваше рвение, — одобрительно вскидываю рукой и улыбаюсь. — На самом деле можно что-то придумать… Да, определенно! Но сперва вам придется раскрыть свой секрет перед моей помощницей.
— Что, правда? Ты нас выручишь, сможешь⁈ — Катя округляет большие зеленые глаза и смотрит на меня так, будто я вот-вот предотвращу самую ужасную катастрофу. — Сто-о-оп! А она никому не разболтает?
— Доверяете мне — доверяете ей. Решайте, — говорю я, чтобы не тратить время попусту.
Сестра набирает в легкие побольше воздуха, чтобы снова завалить нас своими размышлениями вслух. Кирилл ловко и по-доброму обрывает ее, вместо этого отвечает сам.
— Да, мы согласны. И будем безмерно благодарны. Алексей, я бы еще хотел пообещать, что мой род будет должен, но не могу… Все-таки я скрываю от родичей свое увлечение. Но с меня точно причитаются. Можешь обращаться с любой просьбой.