Евгений Пожидаев – Проект «Близнец». Том 2 (страница 22)

— Как раз вчера вечером он завершился, и эту историю обнародовали: просто не могли уже дальше скрывать. Слишком резонансно.

— Аманда, не томи, — чуть улыбнулся я. — Какой приговор вынес верховный судья?

— Весь род ссылают на пять лет на уральские рудники, вблизи Источника.

— Опасное место? — спрашиваю я, закидываю в рот еще порцию розового филе рыбы.

— Звери-мутанты, господин, это меньшая из бед, — с умным видом уточняет Аманда, не отвлекаясь на хлопья с молоком, когда говорит. — Там добывают уникальную сталь, но она токсичная. Быстро убивает людей без дара. Маги еще могут прожить, но просто так их туда не отправят. Сами понимаете почему.

— Туда им и дорога, — совершенно беззлобно говорю я, — значит, на пять лет Гальдиных можно вычеркнуть из списка врагов?

— Или на четыре, если их помилуют раньше, — дополнила моя слуга.

— Аманда, ты же не нашла связи между арестом, всем случившимся с Гальдиными и мной?

— Нет, ничего подобного.

— Хм, значит, и Имперская Канцелярия тоже не найдет?

— Иван пытался дать показания против вас, даже сам Петр Валерьевич, но, во-первых, им никто не поверил: все знают, что их род враждует с вашим. Во-вторых, в какой-то момент на допрос попал один из их телохранителей, и Гальдины тогда совсем перестали про вас хоть что-то говорить. Как-никак они использовали его возможности во многих спорах, что после вскрытия правды настроило против этого рода довольно влиятельных людей.

— Похоже, тот самый, с четырьмя Кругами, — подмигиваю помощнице. — Как же удачно всё складывается.

— Не то слово, Алексей Федорович!

— Или не совсем, — уже ворчу я, потому что резко понимаю, что остался без тех самых материалов, которые мне должен был передать Иван Гальдин. Какой же он… бесполезный, даже с этим не справился.

В этот же день, буквально через час после завтрака, мне звонит отец и сообщает радостным голосом, что срочно хочет видеть меня в своем кабинете. К его счастью, я в тот момент лишь строжусь на личную гвардию для проформы.

— Артем, занимайтесь дальше без меня. Дела рода.

— Понимаю, господин! — громким армейским басом отвечает Федотов. — Отработаем всё, как вы и велели!

Никита встречает меня, как и всегда, в гараже. Здесь прохладно, пахнет бензином, техническими жидкостями, а еще играет приглушенный джаз. Хм, даже не ожидал, что он любитель подобной музыки.

К моему приходу он стоит возле белого «Стрижа». В одной руке у него желтая тряпка из микрофибры, в другой — зеленый спрей для чистки окон. Сам же парень охотно натирает лобовое стекло, чтобы даже без единой пылинки.

— Куда едем, Алексей Федорович?

— Родовое имение, — отвечаю ему и усаживаю на заднее кресло.

Сразу же утопаю в мягкой бархатной красной коже. Приятный массажер в спинке кресла разминает мою спину, а встроенная в кресло вентиляция угодливо освежает.

Поездка заканчивается так быстро, будто я только сел в машину и сразу оказался в нужной точке. Киваю Никите и велю:

— Подожди меня возле центральных ворот. Задерживаться не планирую.

— Разумеется, господин, — отвечает он.

Выхожу из машины. Вытягиваю зонт из дверки и стукаю острым носом о подошву ботинка, а затем вскидываю, и белый бутон над головой расцветает. Да, настроение у меня действительно приподнятое, ведь, по сути, я совершенно случайно выбил из игры Гальдиных. Разве может это не радовать?

Кстати, почему-то «Соболя» я в гараже не заметил. Неужели Дем и Никита решили с ним что-то сотворить. Надо потом будет узнать, а пока — разговор с отцом.

Я прохожу через центральные ворота, прогуливаюсь по каменной тропинке и вхожу в поместье, стряхнув зонт. Его сразу подхватывает одна из слуг, приветливо провожая меня к кабинету отца.

— Ну, проходи, Алексей, — с широкой улыбкой говорит Федор Максимович, довольно приглаживая черную бороду с серебряными седыми прожилками. — Рассказывай, как именно ты это сделал?

Ну да, как будто он может не быть в курсе подобных перемен. Так что совсем не удивляюсь вопросу главы рода.

— Если кратко, я выиграл пари, и «Соболь» Ивана стал моим. Он очень захотел его назад, вот я и поставил условие, что взамен мне нужные материалы. Кто же знал, что Иван внаглую и очень глупо купит их на «черном» рынке и тем привлечет к роду внимание Имперской Канцелярии, — рассказал я всё как есть, без капли лукавства.

— А дальше?

— Что дальше? — позволяю себе легкое удивление. — Дальше работает Имперский суд, ты же знаешь, отец.

— Так значит? — он недовольно разводит руками. — Ну ладно… Можешь быть свободен, я подумаю, чем тебя наградить.

— Спасибо, отец, — спокойно говорю, на том мы и прощаемся.

Как же хорошо, что он решает не устраивать мне допрос, но все же глава рода чем-то недоволен, впрочем… плевать.

Я поднимаюсь с кресла, выхожу через красивую резную дверь с возрастными кольцами дерева и отправляюсь обратно в усадьбу, все-таки еще есть время немного помедитировать, ведь я все еще не пробился через барьер пятого Круга.

⁂

Дверь за Алексеем закрывается, Федор Максимович усаживается на диван и через устройство связи просит подать в кабинет кальян. Нервы у него что-то шалят, хотя он прекрасно понимает, что вреда от этой восточной игрушки в разы больше, чем от одной сигареты. Вот как подсадил на нее его старый товарищ, так теперь и пристрастился к этому.

Тем не менее, благодаря кальяну, Федору Максимовичу всегда думается легче. Вот и сейчас ему предстояло обдумать непростую задачу.

Глава рода Орловых уже многие годы конкурирует с Гальдиными. Сперва Орловы давят так, что Гальдины вынуждены отступать и уходить в глухую оборону. Затем наоборот — наседают Гальдины, и Орловы защищаются, не предпринимая активных действий. Но никогда этот цикл противостояния ничем не заканчивался, пока не вмешался Алексей.

И эта мысль просто сводила Федора Максимовича с ума! Он в самых смелых мечтах надеялся, что когда-нибудь да сможет выбить из игры Гальдиных, но не сейчас, а лет так через десять. Кто же знал, что это сделает Алексей?

Причем ведет себя так скромно в этот момент, что даже будто бы и вовсе не видит своей в этом заслуги. Не признает ее просто. Ну дает! Раздобыл как-то «Соболя», обвел Ивана вокруг пальца, а по итогу вскрыл чужими руками гнойник Петра Валерьевича, в котором он долгие годы скрывал темные дела.

Примерно так размышлял Федор Максимович и на том не останавливался.

А ведь чтобы так удачно все спланировать, без сучка, без задоринки, мозги нужно иметь «гибкие» и мышление нестандартное. А самое главное — даже и подстраховка есть в виде того самого телохранителя, у которого на самом деле четыре Круга, а не один: то есть Гальдины не смели вякнуть что-то против Орловых. Слишком многое бы вскрылось в ответ.

— Нет-нет, нет… это точно сделал Алексей… — вдумчиво ворчал себе под нос глава рода Орловых… — Но почему не признает заслугу? Может, не доверяет мне, может, что-то скрывает? Или не доверяет кому-то другому…

Примерно в этот момент Федору Максимовичу подают кальян, он делает первую затяжку и лишь убеждает сам себя, что арест, суд и последующая ссылка всего рода Гальдиных на рудники в Уральские горы — исключительно его заслуга. Если бы Игорь, старший сын, победил вражеский род, он бы уже попросил «полцарства». Алексей не такой — он даже от вознаграждения чуть было не отказался, но по лицу сына Федор Максимович понял, что он просто решил не расстраивать главу рода своим отказом.

Неужели его младший сын, действительно, взялся за ум и все, что он демонстрирует — это не просто игра?

Нет, ему нужна не просто награда, а что-то… необычное и невероятно ценное! Федор Максимович крепко затянулся белесым дымом с нотками ананаса во вкусе и задумался.

— Может, попытаться свести его с девушкой из более влиятельного рода?.. — тихим шепотом вслух размышлял глава рода. — А почему бы и нет? Алексей уже завидный жених, заодно породнимся не с какими-то купцами, а с целым княжеским родом…

⁂

Спустя еще несколько дней, когда уже точно становится понятно, что Гальдины отправляются на рудники в Уральские горы, я решаю, что пора сделать один важный звонок. В этот раз просто не вижу смысла переговаривать с Жаровым-младшим лично, а может, не хочу видеть его недовольное лицо. Кто знает…

— Слушаю, — резко отвечает он.

— Как сам, Емельян? Как род? — спрашиваю потехи ради, чтобы сразу не «бить» в лоб.

— Д-да, нормально всё у нас, — его голос вмиг сменяет тон с дерзкого и пассивно-агрессивного на гораздо менее уверенный. — Это же ты, Алексей?

— Да, это я, — подтверждаю. — Слышал, что с родом твоего дружка стало?

— А как не слышать? Весь город знает, куда они вляпались.

— Понимаешь, к чему я клоню? — захожу издалека, чтобы еще больше надавить на своего собеседника.

— Эм… Я уже подсказал отцу, чтобы он разрывал контракты с Салтыковыми… То есть, с «СалтДеливери».

— Врешь? — резко перебиваю его, делаю голос холодным, точно острая сталь, а сам едва сдерживаю улыбку.

— Ну… да, вру, — говорит он виновато. — Я думал ему сказать после ссылки Гальдиных, но теперь вот точно решил, что надо полностью на «Сибтранс» переходить.

— Мудрое решение, — отвечаю уже одобрительно. — Ну, давай, не скучай. Свидимся еще! И больше не разочаровывай меня, а то перестану давать советы по нашей старой дружбе.

— До свидания, — потерянным голосом говорит он.