Евгений Поселянин – Избранные жития святых жен (страница 2)

Необыкновенную для знатной женщины жизнь проводила Анастасия. Часто снимала она свои роскошные одежды и драгоценные украшения, надевала бедное рубище и в сопровождении одной рабыни тайно ходила по городу. Она являлась во все темницы и, золотом открыв себе двери в них, навещала мучеников христианских. Служа им с усердием, она обмывала им руки и ноги, очищала и расчесывала их спутанные волосы, отирала им кровь, обвязывала их раны чистыми перевязками, доставляла каждому пищу и питие.

Но нельзя было долго скрывать эти дела от мужа ее, и Помплий от вероломной рабыни, сопровождавшей ее, узнал обо всем, и эта весть еще более разъярила его, и без того гневавшегося на жену за отказ вести с ним супружескую жизнь.

Он жестоко избил Анастасию и, заключив ее в отдельную комнату, приставил к ней стражу, чтобы она не могла никуда выходить. Но не оскорбления и побои были тяжелы Анастасии, а то, что она лишена была возможности навещать мучеников христианских и видеться со своим учителем Хрисогоном, уже два года страдавшим в темнице.

Положение Анастасии стало еще труднее, когда умер отец ее Претекстат и она оказалась единственной наследницей значительного состояния.

Помплий задумал уморить жену, чтобы получить в наследство все ее имение и наслаждаться им с другой женой. Он ежедневно истязал, мучил, всячески унижал ее, о чем известно из сохранившегося до нас письма, тайно писанного Анастасией в темницу к ее учителю Хрисогону. Анастасия писала:

«Святому исповеднику Христову Хрисогону. Анастасия.

Мой отец был идолопоклонник, но мать моя Фавста жила всегда чистой и благочестивой христианской жизнью и сделал меня христианкой с младенческих лет. После ее кончины я приняла на себя тяжкое супружество с язычником. Но по милосердию ко мне Бога я успешно уклонялась от ложа его, притворяясь больной, и теперь во дни и в ночи объемлю стопы Господа моего Иисуса Христа. Муж же мой с недостойными и скверными идолопоклонниками растрачивает свое наследие, похваляясь богатством моим, как бы своим. А меня, как волшебницу и противницу его языческой воли, он держит в столь тяжком заключении, что мне ничего не остается, как только, предав дух Господу, упасть мертвой. Конечно, я должна радоваться, что, пострадав за Господа, умру, исповедав Его. Но я глубоко скорблю о том, что все мои богатства, обещанные Богу, расхищаются руками людей нечестивых и богопротивных. Поэтому прошу тебя, человек Божий, помолись прилежно ко Владыке Христу, чтобы Он мужа моего или оставил живым, если видит, что тот когда-нибудь уверует, или, если он будет все продолжать пребывать в неверии, то да повелит ему выйти из среды живых и дать место тем, кто чтит Бога. Лучше ему умереть, чем, не исповедуя Сына Божия, препятствовать тем, кто исповедует Его. Призываю Христа во свидетели, что, если я буду свободна, то проведу жизнь мою в служении святым и буду прилежно о них заботиться. Спасайся, муж Божий, и помилуй меня.»

Получив и прочитав письмо Анастасии, узник Хрисогон в ответ написал ей следующее:

«Хрисогон – Анастасии.

К тебе, смущенной бурей и волнениями мира сего, скоро придет Христос, ходящий по водам, и единым словом Своим утешит воздымающиеся на тебя ветры наветов вражиих. Находясь посреди возмущенного моря, терпеливо ожидай Христа, Который придет к тебе. Ожидай от Бога двойного воздаяния, ибо тебе будет возвращено и временное наследство и дарованное Богом небесное. Господь для того по временам попускает зло и замедляет Свои благодеяния, чтобы мы не воздремали в безопасности. Не смущайся, когда видишь, что беда постигает людей, живущих в благочестии. Господь не отвергает тебя, но испытывает. Знай, что не прочна защита, подаваемая рукой человеческой, как говорит писание: „Проклят человек, иже надеется на человека, и благословен человек, иже надеется на Господа“. Крепко и бодро охраняй себя от всех грехов и ищи утешения у Единого Бога, соблюдая святые заповеди Его. Скоро воротится к тебе мирное время. Как после ночной тьмы настает светозарный день, и как после жестокой зимы возвращается теплая весна, так придут к тебе золотые, ясные дни, и тогда ты подашь всем страждущим ради имени Христова временное утешение, а сама несомненно сподобишься вечного блаженства… Спасайся о Господе и молись обо мне».

Но, как ни утешило это письмо Анастасию, вскоре ее страдания вследствие новых обид от мужа еще увеличились, и вопль ее души вылился в следующем краткой послании к Хрисогону:

«Вонми мне и помолись за меня, чтобы Господь, по любви к Которому я терплю муки – о них расскажу тебе после, – сжалился и принял мою душу».

В ответ на это Хрисогон писал так:

«Свету всегда предшествует тьма, после болезни часто возвращается здоровье, и после смерти обещана жизнь. Один и тот же конец для всякого: как для счастливца, так и для страдальца, чтобы скорбящими не овладевало отчаяние и чтобы в радости люди не предавались забвению. Одно море, на котором пускаются в путь челны жизни нашей, и с одним Кормчим души наши совершают свое плавание. Корабли одних более крепки и без вреда проходят через волнение, а у других утлые челны, которые и в затишьи близки к потоплению. Близко время гибели тех, которые не думают придти к спасительному пристанищу, а ты, непорочная служительница Христа, прилепись всей мыслью ко кресту Христову, приготовь себя делу Господню, и, когда ты послужишь Христу по собственному твоему желанию, то от мучений перейдешь в блаженную жизнь ко Христу».

В скором времени Помплий отправлен был от императора послом к персидскому царю. Корабль, на котором он плыл, потерпел крушение, и Помплий погиб. Теперь Анастасия, оставшаяся вдовой-девой, получила свое громадное наследство и полную свободу действий. Не видя теперь ни от кого препятствий, она предалась своему любимому делу служения узникам христианским и, помогая им своим имением, утешала их и возбуждала к мужественному терпению и святой смерти за Христа.

Император Диоклетиан, гонитель христиан, находился в то время в Верхней Италии, в Аквилее, близ Адриатического моря. Ему донесли из Рима, что темницы переполнены множеством христиан, и что нет возможности добиться у них отречения от Христа, так как всех их укрепляет учитель их Хрисогон. Царь приказал предать мукам и смерти всех христиан, а Хрисогона послать к нему. За Хрисогоном издали последовала и лучшая из учениц его – Анастасия. Царь склонял Хрисогона отречься от Христа, но он бесстрашно исповедал Распятого и выставил всю ложь языческих богов, приведя царю и слова Сократа: «Нужно всячески удаляться от них, потому что они соблазняют людей и суть известные душегубцы».

Хрисогон был усечен мечом в пустынном месте, а тело его брошено на берегу моря. Неподалеку стоял домик одного благочестивого пресвитера Зоила и трех девиц сестер: Агапии, Хионии и Ирины. Этот пресвитер, извещенный Богом о казни мученика, скрыл у себя его тело, а через месяц после казни святой Хрисогон явился ему и сказал, что вскоре три девы, дочери его, будут взяты на муку, и повелел, чтобы он просил рабу Господню Анастасию подкреплять дух мучениц; о том же было сообщено чудным образом и самой Анастасии. Она отыскала пресвитера и просила его познакомить ее с тремя девами. Целую ночь пробеседовала она с ними о любви к Богу и о спасении души и увещевала их бесстрашно стоять до конца за их Небесного Жениха. В доме Зоила, в особом ковчеге, увидела она мощи своего учителя Хрисогона и много плакала над ними теплыми слезами, поручая себя его молитвам; потом она вернулась в Аквилею.

Вскоре пресвитер Зоил блаженно почил, а девы были приведены на допрос к Диоклетиану и, по отказе признать идолов, заключены в темницу. После разных пыток Агапий и Хиония были сожжены, а Ирина убита из тугого лука.

Анастасия взяла их тела, повила белыми плащаницами, оросила ароматами и с благоговением положила на избранном месте.

Потом Анастасия стала переходить из города в город, из страны в страну. Она всюду служила христианам, содержимым в оковах, доставляла им пропитание и одежду, а больным оказывала врачебную помощь. Она была отрадой для всех тяжко испытуемых и страдающих телом людей и золотом покупала им облегчение от долговременных тяжких уз. В знак того, как тайным попечением своим она разрешила многим узы, она и была названа трогательным и многоговорящим именем Узорешительницы.

Желая помогать больным и несчастным, Анастасия выучилась врачебному искусству и сама лечила раны. Она поднимала тех, кто не мог владеть ни руками, ни ногами, перебитыми и изъязвленными за Христа, и сама клала им пищу в уста, поила, очищала их гной, обвязывала им струпья. Ее единственным веселием и радостью было служить, в лице тех, которые страдали за Христа, самому Христу, и в этом стремлении она забывала себя, побеждала природную свою немощь, изнеженное воспитание и привычки к роскоши.

Находясь в Македонии, Анастасия познакомилась с молодой вдовой Феодотией. Феодотия была взята, как христианка, и, когда ее поставили на суд, один из приближенных царя Левкадий прельстился ее красотой и просил царя, чтобы он позволил ему на ней жениться. Он взял Феодотию с детьми к себе в дом, но на все его уговоры выйти за него замуж и стать язычницей, она отвечала: «Если ты хлопочешь, чтобы я была твоей женой из-за того, чтобы овладеть моим богатым имением, то я добровольно отдаю тебе все, оставь же меня работать Христу, чтобы вместо всех богатств мне наследовать одного Христа. Если же ты желаешь обладать мною из-за красоты моей, то знай, что стремишься к невозможному. Раньше ты превратишь красоту мою в безобразие и жизнь в смерть, чем оторвешь от Христа мой ум и вырвешь у меня согласие на брак с тобою».