Евгений Понарошку – Путь одиночки. Книга 8 (страница 1)
Путь одиночки. Книга 8
Глава 1
В кабине стратегического бомбардировщика стоял монотонный гул от работы двигателей. Мигали лампочки, мониторы выдавали цифры какой-то информации. Два пилота молча занимались своей работой, управляя многотонной боевой машиной. Для профессионалов процесс не являлся сложным.
Наконец, устав от молчания, один из них обратился к напарнику:
— Да-а-а, Майк, — мужчина снял кислородную маску. — Не думал, что доведётся выполнять такую работу.
Несмотря на напряженное лицо, его напарник не отказался от беседы.
— Ты ещё не разучился удивляться в этом новом мире? — невесело усмехнулся он. — Ничего необычного не вижу.
— Ну да, всего лишь несём стратегический боеприпас на борту, — саркастически усмехнулся первый пилот. — Отработаем по Торонто и домой, плевое дело!
Его коллега ответить не успел.
— Клеймор, говорит Мать-Алабама, Клеймор… — затрещал динамик в ухе. — Ответь, Клеймор.
— Я Клеймор, — тут же ответил первый пилот. — Мать-Алабама, мы приближаемся к объекту.
— Принял, Клеймор, — произнёс голос. — Обратите внимание, объект должен быть заметен в визуальном спектре, не забудьте отснять видеоматериал и показания с датчиков.
— Помним, Мать, помним, — произнёс пилот. — Как начнём заходить на позицию, я дам отчёт…
— Нет нужды, — ответили на том конце. — Делайте работу, парни, и да поможет нам Бог.
— Не надо так не надо, — пожал плечами командир капитан воздушного судна. — Нам же проще.
Второй пилот с лёгким удивлением посмотрел на своего командира. Обе стороны связи наплевали на строгие регламенты переговоров. В старое время за такое грозили бы серьезные последствия. Впрочем, он же сам только что сказал, чему вообще удивляться в новом мире?
Долго об этом размышлять не пришлось. Командир толкнул его в плечо и показал рукой на окно кабины. Пилот слегка привстал и выглянул, да тут же не сдержал удивлённого вздоха.
Бомбардировщик уже снижал высоту, потихоньку заходя на траекторию атаки. Город-миллионник был виден невооруженным глазом, но в первую очередь не из-за своих размером.
Взгляд сразу же зацепился за циклопические, в десяток метров толщиной, извилистые стволы какой-то растительной формы жизни. Она обвивалась вокруг небоскрёбов и стремилась дальше вверх. Центральная часть города из-за этого походила на какой-то затерянный мир из фантастического произведения.
Уродливые извилистые побеги, увитые гигантскими шипами и листьями, медленно шевелились. Они явно продолжали расти и захватывать территорию.
Именно это и была цель для самого мощного оружия человечества, что нес борт.
— Так вот она какая, супер-аномалия, — сказал вслух второй пилот. — Выглядит как полная задница.
— Говорят, это ещё не самая страшная, — пожал плечами командир. — Вот что бывает, если эти кристаллы вовремя не уничтожать.
— Надеюсь, нам Малыш распылит всё это дерьмо, — ответил его командир. — Главное, чтобы там людей не было.
— Об этом не волнуйся, — хмыкнул тот. — Твари, что там обитают, не оставили никому и шанса.
Этим вечером в небе над Канадой взошло новое солнце. Вскоре по всей округе разлетелся чудовищный грохот, а вслед за ним и по городу прошлась ударная волна.
Взрыв ядерного оружия ознаменовал новую фазу в борьбе человечества за выживание — войну с супер-аномалиями.
Неизвестно, сколько времени я лежал, уставившись невидящим взглядом в потолок. Произошедшего за последние сутки, видимо, стало слишком много. Я не потерял сознание и даже не спал. Тело после перерождения в особой среде вулкана не испытывало физической усталости. Скорее, сама человеческая сущность не была в принципе предназначена для того, чтобы проходить через такое.
Самым тяжёлым из всего оказалось моё собственное оружие — ментальный яд. Десятки, сотни ментальных сущностей, чья жизнь была насильственно прекращена. Они били по разуму настоящей бурей обрывочных воспоминаний, эмоций и желаний существ. Это погружало разум в ад.
И все же я пережил невзгоды. Видимо, какой-то запас прочности я успел накопить, да и переход на ядро усилил разум. Постепенно абсолютное опустошение, что царило в моём сознании, отступило.
Я услышал, что неподалёку от меня дышит живое существо. Всё же найдя в себе силы повернуть голову, обнаружил рядом знакомого ксеноса. Разум моего смертельного противника был уничтожен. Я об этом знал из первых рук, ибо сам едва не закончил так же.
Хоть тревога и была ложной, разум, видимо, перезагрузился и потихоньку отходил. Я ощутил запах влажного, спёртого воздуха вокруг. Сознания коснулись ощущения холодного каменного пола. В голове потихоньку завертелись мысли.
Первым делом я всё же убедился, что действительно в безопасности. Благо, пирамида как бывшее логово Хищника пугала любых живых существ. Никто сюда не совался, моя «база» была в безопасности.
Наконец я обратил внимание на лежащего рядом телохранителя. Точно так же, как и я ранее, он лежал на спине и отчётливо дышал. Широко раскрытые глаза смотрели в потолок, но в них уже никогда не проявится отражение мыслей. Разум этого воителя был выжжен начисто.
«А ведь и я был близок к этому, — с опасением подумал я. — Лежал бы сейчас так, пока не истлел, и канула бы в Лету вся эта пирамида».
Пока сознание прояснялось, я решил не спешить с какой-то активностью, тем более хватало и дел, для которых этого и не требовалось. В первую очередь я наконец открыл Светляк.
Итак, моё глобальное задание неожиданно продвинулось.
«А награда звучит неплохо, — подумал я. — Надо будет выяснить ограничения, но думаю, алгоритмы не обидят».
И всё же в кои-то веки я больше думал не о награде, а о самом задании.
Миры в Содружестве Пути жрали друг друга, как пауки в банке. Зачем они это делали? Так ведь надо же чем-то кормить столь колоссальную структуру, как Путь. Чаще всего для этого использовали миры-новички, но так как «питательностью» те не отличались, то иногда под раздачу шла рыба и покрупнее.
Это выглядело неправильно, что и неудивительно. Ведь изначально подразумевался совсем иной порядок. Миры Пути должны были вести активное завоевание вовне, а не уничтожать друг друга.
Это была основная причина, почему я получил задание. И вот тут начинались странности. Разговор с телохранителем не просто дал доказательства, он вскрыл один очень странный факт.
По сути, вмешательство в столь глобальные процессы невозможно было утаить. Все хоть что-то понимающие адепты рано или поздно догадывались, что происходит что-то странное. Если и не в деталях, то в целом о происходящем знал любой хоть сколько-то продвинувшийся в Пути адепт. Так почему за все сотни лет происходящего только я получил задание?
— Погоди-ка, — меня осенило. — А с чего я взял, что один?
Я тут же задал запрос.
Я лишь кивнул после прочтения строчек. Раньше я ощущал лишь смутные подозрения, но сейчас всё встало на свои места. Я не был ни особенным, ни гением. Просто Путь раскидывал их, словно семена в распаханное поле. И мне лишь повезло активировать триггер, чтобы получить это задание.
«А выживаемость у агентского брата так себе, — подумал я. — Сотка на двадцать семь тысяч, да и те, наверное, просто игнорируют квест».
Шанс выживания был менее процента.
«А чего вообще париться по этому вопросу? — подумал я. — Ведь временных рамок нет».
Это было самое главное преимущество. Я мог вообще «забить болт» на задание, как, собственно, и сделал. Продвижение я и то получил скорее в случайном порядке. Смущал лишь низкий процент выживших.
«Что если при срабатывании скрытых условий Путь поставит жесткие рамки выполнения? — мысленно добавил я. — Возможностей надавить у него хватает».
Я спросил о возможности отказа от задания.
Я поморщился. Это был не вариант.
«Ладно, пусть будет, — подумал я. — А там посмотрим».
Иных вариантов в текущей ситуации не было. Пока расследование выглядело вполне приемлемым вариантом. Главное не попасть в статистику погибших агентов и искать информацию, чтобы в случае чего найти иной выход из этой проблемы.