Евгений Петров – Городская культура майя классического периода. Диплом 1991 г. (страница 6)
Тогда что это?
Части кодексов разделяются столбиками календарных знаков.
Чем-то знакомым повеяло от такого расположения материала.
Общество майя достигло высокой ступени культуры. Это признается всеми исследователями. Но в высокой культуре, высокой цивилизации обязательно должна быть возможность обучения подрастающего поколения. Должны быть какие-то школы. Почему же исследователи цивилизации майя отказывают им в этом обязательном для выдающейся цивилизации элементе. Любая развитая цивилизация просто обязана заботиться и об обучении подрастающего поколения.
Исходя из всего выше сказанного, можно предположить, что сохранившиеся рукописи майя не может быть ничем иным, как ПРОПИСЯМИ для обучения детей письму!
Стоит только принять эту точку зрения, как все сразу встает на свои места…
Вот вам и ошибки в тексте, и графически некачественные иероглифы. Столбики календарных знаков вполне логично сравнить с записями даты в рабочих тетрадях и наших школьников.
Можно и дальше углубиться. Некоторые знаки прорисованы красным цветом. А уж не оценки ли это? Вполне возможно…
Но, несмотря ни на что, именно рукописи можно назвать лексической базой для изучения и перевода всей совокупности источников по истории и культуре древних майя.
Третья группа письменных источников доколониального периода настолько незначительна по историческому материалу, что, думаю, нет нужды останавливаться на ней более подробно.
Индейские письменные источники колониального периода.
После испанского завоевания (1541—1546) иероглифическое письмо было запрещено монахами, а древние книги сожжены. Однако литературная традиция не прервалась. Индейцы перешли на традиционный алфавит, созданный на основе латиницы. Уже в XVI в. были записаны тексты пророческого, исторического и мифологического характера. Такого рода рукописи принято условно называть «Книгами Чилам Балам»,25 которые написаны традиционным алфавитом на европейской бумаге. Первое упоминание о наличии у индейцев таких книг относится к XVII в. Первым собирателем и исследователем индейской литературы был Пио Перес. В конце XIX в. и в ХХ в. стали известны книги Чилам Балам из Чумайеля, Тисимина, Ишиля, К’ава, Тушк’а, Тек’ама и Теабо. Имеется указание на то, что аналогичные книги были в Пето, Набула, Тихосуко, Тишконоб, Хокаба и Ошкуцнаб, но они остались неизвестными. Целесообразно рассматривать не отдельные книги Чилам Балам, а группы текстов, связанные тематически.
Исторические тексты, восходящие к доиспанскому периоду, представлены в книгах Чилам Балам тремя хрониками, тремя событиями времен Хунака Кееля и текстом о странствии племени ица. Хроники представляют собой перечень «двадцатилетий» с кратким указанием о том, какие исторические события происходили в то или иное «двадцатилетие». «Двадцатилетия» перечисляются подряд, включая и те, о которых никаких сообщений не приводится. Таким образом хроники напоминают летописи. Хроники охватывают два полных круга «двадцатилетий» (т.е. «256-летних» цикла) и часть третьего. У составителей хроник была явная тенденция относить крупнейшие события к «возвращению двадцатилетий», т.е. к «двадцатилетию» 8 Ахав, первому по счету в круге. Эта тенденция связана с жреческими мистическими учениями о богах- покровителях «двадцатилетий». Полностью принимать на веру такого рода датировку событий невозможно.
Два исторических повествования, условно названных «Завоевание Юкатана» и «Приход к власти Хунак Кееля», тематически связаны друг с другом. Оба эти текста подразделяются на две части. В первой части речь идет о завоевании северного Юкатана и основании майя-тольтекского государства со столицей в Ичкаансихоо. Во второй части обоих текстов, механически соединенной с предыдущей, говорится о конце гегемонии Чич’ен-Ицы.
Третий текст, тематически связанный с предыдущим, условно называется «Исторические события в двадцатилетие 8 Ахав». В нем излагаются причины разрушения Чич’ен-Ицы – принесение в жертву жителей Ицмаля верховным жрецом Хапай-Каном, похищение невесты у правителя Ицмаля и т. д. в тексте упоминается об участии правителя Ушмаля Чак Ток’иля в войне против Чич’ен-Ицы.
Исторический текст, условно называемый «Странствия ица» перечисляет различные населенные пункты, в которых селились ица после завоевания. При этом объясняются названия селений и изредка упоминаются исторические события.
«Песнь о взятии города Чич’ен-Ица» является единственным сохранившимся образцом эпических текстов майя и имеется в одной версии (книга Чилам Балам из Чумайеля). Она была сложена во время похода ица на Чак’анпутун и, очевидно, должна была воодушевить воинов. Автор песни указывает, что он юношей очевидцем взятия Чич’ен-Ицы войсками коалиции Майяпана, Ицмаля и Ушмаля.
Наиболее обширно представлены в книгах Чилам Балам пророческие тексты. Среди них есть пророчества о «двадцатилетиях» и пророчества о «годах». Согласно жреческим мистическим учениям о богах-покровителях «двадцатилетий», предполагалось, что наступающем «двадцатилетии» будут происходить те же события, которые имели место в «двадцатилетии» того же названия. Поэтому обилие исторических реминисценций в пророчествах делает их очень важным источником.
Тексты мифического содержания дают сведения о космографических и космогонических представлениях майя.
Дидактические тексты составлены в форме вопросов и ответов. В этих текстах перечисляются вопросы и ответы, которые должен знать в начале нового «двадцатилетия» батаб, управляющий селением, когда проверялись его полномочия. На эти вопросы тут же даются ответы.
Не менее важным источником является древний сакральный эпос индейского народа киче из языковой группы майя-киче в Гватемале – «Пополь-Вух».26 Вариант, дошедший до нас, относится к времени испанской колонизации Гватемалы. В основе «Пополь-Вух» лежат древние майяские космогонические мифы, многочисленные мифические сказания и исторические предания киче, их смутные реминисценции о долгих миграциях, столкновениях с другими индейскими народами и внутренних раздорах, генеалогические списки знатных родов, пророческие и другие тексты. В «Пополь-Вух» отражено становление раннеклассового общества и быта киче до конкисты. В дошедшей до нас версии «Пополь-Вух» был записан неизвестным индейцем-киче на его родном языке, но испанской латиницей в середине XVI в.
«Летопись какчичелей», известная также под названием «Летопись из Сололы» или «Мемориал из Текслан-Атитлана», была создана вскоре после испанского завоевания. Какой-то его представитель знатного какчичельского рода Шахила записал на родном языке, но пользуясь уже латиницей, предания и историю своего народа. «Летопись из Сололы» – один из наиболее ценных письменных источников по истории киче и какчичелей. Сведения, содержащиеся в первой части, помогают понять как политическую историю нарда горной Гватемалы до испанского завоевания, так и их общественное устройство. Материалы второй части ярко освещают появление в стране испанцев, драматические события завоевания и постепенного укрепления колониальной системы.
Неизданная до сих пор летопись городского совета из города Сан-Хуан-Аматитлана представляет собой краткую запись событий колониального времени. Интересно отметить, что, хотя 18 листов ее написано на языке поком, а 14 – на пипиль, писал ее один и тот же человек – секретарь Франциско, сын правителя дона Хуана. Следовательно, этот представитель старой индейской знати, приспособившийся к новому режиму, владел свободно двумя языками.27
Важными документами являются так называемые «титуло» – история рода или селения, написанная представителем знатного рода на родном языке, но пользуясь латиницей. Среди всех документов этого рода, дошедших до нас, наиболее полными и интересными являются «Титуло из Тотоникапана» и «История киче» Хуана де Торреса. Кроме этих двух «титуло» существует и множество других («Происхождение сеньоров Сапотитлана», «Титулос древних наших предков, тех, кт о захватил эти земли Оцойя… в 1300 году», «Совместные войны киче и какчичелей» и т.д.).28
Глава 4. Этнографические источники
Начав изучать культуру майя, надо иметь в виду, что ни испанское завоевание, ни три века колониального господства, ни полтора столетия республиканской жизни не покончили с этой культурой.
При изучении племен и народов, естественно, следует учитывать все имеющиеся данные, часто противоречащие друг другу. Для самых ранних этапов этнической истории, уходящих в палеолит, можно привлечь только данные антропологии, археологии и отчасти смежных наук (палеографии, палеонтологии). На самых поздних этапах появляется возможность использовать легенды по происхождении и истории племен и народов. Во многих случаях об истории племен вообще нет никаких других источников, кроме легенд. При рассмотрении этногонических и исторических легенд прежде всего встает вопрос о том, насколько они являются достоверными. По общему мнению исследователей, языки появились в начале верхнего палеолита. Отсюда следует, что никакая легенда не может восходить ко времени до верхнего палеолита. Потому что человеческая память неразрывно связана с человеческим языком. Следовательно, появление человеческих языков в начале верхнего палеолита означает возможность сохранения устной традиции именно с этого времени.