Евгений Павлов – Чай в четыре (страница 7)
— Павел Андреевич вчера брал буханку, — она сказала, не спрашивая. — В десять пятнадцать. Я помню, потому что часы пробили. Обычно хлеб берут к девяти, но он взял ещё сахар и спички.
— Спички?
— Да, «Красная цена». Две коробки. Сказал: «На зиму запасся». Я сказала: «Павел Андреевич, зима через четыре месяца». А он ответил: «Зинаида Петровна, зима — это не время, это состояние».
Громов кивнул. Это было похоже на Павла Андреевича — всё в состояниях, в фазах, как вещество.
— Чек? — спросил Громов.
Зинаида Петровна достала чеков из ящика стола. Они были на тонкой бумаге с выцветшими печатными буквами. Она перебирала их с шуршанием, как крысы в подполе.
— Вот, — сказала она. — Хлеб — сорок копеек, сахар — рубль двадцать, спички — восемь копеек. Всего рубль шестьдесят восемь.
Громов взял чек. Бумага была тонкой, полупрозрачной, с фиолетовыми буквами, уже размазавшимися от влаги. Время было читаемо: 10:15. Дата: 12.08.1976. Покупателем был Семёнов П.А. Громов сложил чек вчетверо и положил в карман, к блокноту и чайному листу. Карман Громова был архивом, хотя и не систематизированным, но полным.
— Ещё что-нибудь? — спросила Зинаида Петровна.
— Нет, спасибо.
— Погода будет плохая, — вдруг сказала она. — Колено болит. Левое. Когда левое колено болит — к вечеру будет сильный дождь. Правое — тоже дождь, но другой.
Громов посмотрел на её колени, скрытые за прилавком, но знал, что они существуют. Как знал, что существуют атомы — невидимые, но реальные.
— Какое сегодня? — спросил он.
— Левое. Значит, вечером будет сильный дождь.
Громов кивнул. Он знал, что прогнозы Зинаиды Петровны совпадают с его дневником погоды в 70% случаев. Это была неплохая статистика, лучше, чем у Гидрометцентра. Он вышел из дома. Колокольчик, как всегда, звенел приглушённо. На улице было светло, но из-за слоя Stratus прямые лучи не проникали сквозь облака. Тени были мягкими и размытыми, словно мир нарисовали мокрой кистью.
Громов взял кусок хлеба. Корочка была твёрдой и сухой, с привкусом керосиновой печи, работавшей с 1960-х годов. Мякиш был серым, с дырочками, которые Громов называл «порами». Хлеб был сухим, как и всё в этом посёлке: воздух, дороги, разговоры.
Громов медленно жевал, стоя у столба с расписанием автобуса 47. Деревянный столб был смолистым, с корой, которую весной обдирали дети для лодочек. Расписание, напечатанное на жёлтой бумаге, было в рамке из стекла с разбитым правым верхним углом.
Громов посмотрел на часы. 11:47. Следующий автобус в 12:30, потом в 14:20. Он знал это расписание наизусть. Автобус 47 был единственной связью посёлка с городом. Последний автобус уходил в 14:20, потому что в воскресенье водители работали сокращённый день. Если кто-то хотел уехать днём в субботу, он должен был сесть на этот автобус или ждать до 16:50, либо идти пешком двенадцать километров по трассе, где не было тротуаров и где фуры ехали быстро.
Громов откусил ещё кусок хлеба. Сухой. Он смотрел на расписание и думал о Павле Андреевиче, который купил хлеб в 10:15 и был жив. Значит, он не собирался уезжать, иначе не стал бы покупать хлеб. Хлеб — это признак намерения остаться.
Громов вспомнил чек в кармане. Павел Андреевич был в магазине в 10:15, а сейчас 11:47. Интервал между рейсами — четыре часа пять минут. Куда мог пойти Павел Андреевич за это время? Он шёл домой, дорога от магазина до участка 7 занимала семь минут, значит, к 10:22 он уже был дома. У него было четыре часа. Это много времени.
Громов не знал, чем занимался Павел Андреевич, но тело нашли в 15:10. Если он сел на автобус в 14:20, он уехал бы. Но он не сел. Значит, не хотел или не мог. Или просто не знал, что должен был.
Громов доел последний кусок хлеба, самый сухой — кончик батона, который сохнет быстрее всего. Он жевал и смотрел на пустую дорогу. Посёлок дремал в понедельник, как старая собака, знающая, что день будет скучным.
Громов смотрел на расписание. Цифры были чёткими, неручными, не обманывали. Расписание — это закон. Автобус уходит в 14:20. Не в 14:19 и не в 14:21, а ровно в 14:20. Опоздал — опоздал. Второго шанса нет.
Громов думал о времени. Оно не течёт, а дискретно. Автобус уходит в 14:20 — это единица времени. Между 14:19 и 14:20 — пустота. Павел Андреевич стоял на границе одной из этих пустот и не перешёл.
Громов сложил бумажку от хлеба в карман, к чеку и блокноту. Архив рос. Он посмотрел на столб, кору, разбитое стекло рамки и цифры, которые не лгут. Потом пошёл домой по «красной» дороге мимо черёмухи, которая не цвела.
Мимо участка 5 выглянула старуха, но тут же спряталась. Она боялась Громова, считая его доктором наук, способным читать мысли. Но Громов не читал мысли. Он читал расписания, чеки, трещины на шкафах и капли на страницах.
Он шёл медленно, считая трещинки на дорожке. Спешить было некуда, а так можно заметить то, что упустишь, бегая. Он заметил надпись на столбе под расписанием: «Ваня + Лена = любовь», зачёркнутую и заменённую на «Ваня — дурак».
Громов смотрел на надпись и думал, что любовь — это тоже система с обратной связью, как в колебательном контуре. Сначала положительная, потом отрицательная, затем колебания и затухание. Он пошёл дальше, оставив позади столб, расписание, магазин и Зинаиду Петровну с её коленями. Хлеб был сухим, а чек говорил: «10:15. Павел Андреевич был здесь. Павел Андреевич покупал хлеб. Павел Андреевич не знал, что через четыре часа ему не понадобятся ни хлеб, ни спички, ни сахар». Громов понимал, что чеки не говорят, а фиксируют. Но иногда фиксация бывает громче слов.
Туман полностью рассеялся, и солнце пробивалось сквозь облака, создавая пятнистый свет, как в лесу, где кроны деревьев пропускают лучи. Громов шагал через эти световые пятна — то в тени, то на свету. Он был словно частица в камере Вильсона. Невидимый, но реальный.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.