Евгений Павлов – Атомный лёд (страница 3)
Попутчик говорит беззвучно, жестикулирует. Денис кивает в такт своим мыслям.
КРУПНО: ГЛАЗА ДЕНИСА.
В них отражается мелькание сосен за окном. Бесконечное, утомительное, застывшее время.
СЦЕНА 3
ИНТ. ПЛАЦКАРТНЫЙ ВАГОН – ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Вагон погружён в полумрак. Синий свет ночников. Кто-то храпит. Кто-то ворочается.
Денис не спит. Сидит в той же позе у окна. Наушники сняты. Он смотрит в темноту за стеклом. Там ничего не видно – только собственное отражение, наложенное на чёрную пустоту.
Он смотрит на своё отражение. Худое лицо, щетина, усталые глаза.
Рука сама тянется к рюкзаку. Расстёгивает молнию. Нащупывает тряпку, разворачивает.
В руках – «Зенит-Е». Старый, потёртый, с царапинами на корпусе. Объектив поблёскивает в синем свете.
Денис крутит колёсико выдержки. Чувствует пальцами механику – тугую, надёжную, живую.
Подносит фотоаппарат к глазам. Смотрит в видоискатель. В нём – только мутное стекло и темнота.
ДЕНИС
(шёпотом, сам себе)
Не возьмёт…
Он убирает «Зенит» обратно в рюкзак. Пальцы натыкаются на что-то холодное, металлическое.
Он достаёт это. Фигурка космодесантника. Недокрашенная. Половина брони в цвете, половина – серая грунтовка.
Денис смотрит на неё. Проводит пальцем по неокрашенному наплечнику.
Поезд вздрагивает на стыке. Фигурка падает на столик. Денис не поднимает её.
Он снова смотрит в окно. На своё отражение.
ЗАТЕМНЕНИЕ.
СЦЕНА 4
НАТ. ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ ВОКЗАЛ, МУРМАНСК – УТРО
Денис выходит из вагона на платформу.
ВЕТЕР. Такой силы, что перехватывает дыхание. Он бьёт в лицо, выжимает слёзы, проникает под куртку, под свитер, под кожу.
Денис застывает на секунду, ослепнув от ветра. Делает вдох – и воздух обжигает лёгкие.
Вокзал. Сталинская архитектура, тёмный камень. На привокзальной площади – памятник: женщина с ребёнком, всматривающаяся в море. «Ждущая». Вся в снегу.
За ней – сопки. Чёрные, с белыми шапками. А между ними – море. Серое, тяжёлое, с чёрной водой.
Крики ЧАЕК. Резкие, пронзительные, как сигнал тревоги.
Пахнет солярой, рыбой, железом и чем-то ещё, неуловимым – Севером.
Денис стоит на платформе один. Пассажиры быстро расходятся, садятся в такси, в автобусы. А он стоит.
В руке – банка тушёнки. Он даже не заметил, как достал её из рюкзака.
Смотрит на банку. Потом на сопки. Потом на море.
КРУПНО: ЛИЦО ДЕНИСА.
Ветер треплет волосы. Глаза щурятся. В них – не цинизм уже. И не отчуждение. В них – вопрос.
Он здесь. Он доехал.
МЕДЛЕННЫЙ НАЕЗД на памятник «Ждущей». Женщина смотрит в море. Ждёт.
Где-то в порту ГУДИТ ледокол. Низко, протяжно, тревожно.
Денис оборачивается на звук.
ЗАТЕМНЕНИЕ.
Глава 2. Кольский залив
СЦЕНА 1
НАТ. ПРИВОКЗАЛЬНАЯ ПЛОЩАДЬ, МУРМАНСК – УТРО
Денис стоит на том же месте, где мы его оставили. Ветер продолжает испытывать его на прочность.
Он наконец прячет банку тушёнки в рюкзак, застёгивает молнию. Оглядывается.
Площадь живёт своей жизнью. Люди в тёплых куртках, с жёсткими, обветренными лицами, быстро проходят мимо, не глядя по сторонам. Они знают, куда идут. Здесь никто не глазеет по сторонам.
К нему подруливают старые «Жигули» с шашечками на боку – ржавые, но на ходу. Из приоткрытого окна валит пар.
ТАКСИСТ (50 лет, усталые глаза, шапка-ушанка набекрень)
(кричит сквозь ветер)
Куда, командир?
Денис подходит, садится на переднее сиденье. Хлопает дверью.
В машине тепло. Пахнет бензином, сигаретами и самим таксистом.
ТАКСИСТ
(не оборачиваясь, трогаясь с места)
Куда едем?
ДЕНИС
«Атомфлот». Проходная.
Таксист бросает быстрый взгляд на Дениса. Окидывает его тонкую куртку, наушники на шее, городские ботинки.
ТАКСИСТ
(коротко хмыкает)
Практикант?
ДЕНИС
Ага.
ТАКСИСТ
Много вас таких едет. Весной обратно меньше возвращается.