Евгений Орлов – Период шестой. Сельские студенты (во все тяжкие) (страница 9)

Галя поражалась тому, что в сельской местности, в частном доме можно создать совершенно городские условия. Алисе даже зимой не приходилось печку топить, потому, что в обеих комнатах и в кухне, и в ванной были установлены батареи водяного отопления, которые обогревались за счёт котла, расположенного в пристроенной сзади котельной. На потолке котельной был установлен бойлер с такой теплоизоляцией, что в нём даже в сильные морозы вода не остывала. Рядом с котельной был просторный дровяной сарай со штабелями колотых дубовых дров. Но Алисе даже котёл не приходилось топить. Этим занимался, живущий на их улице пожилой сторож сельпо. Он топил котёл зимою в течении всего дня, и даже ночью, приходил подбросить дровишек. А летом разжигал котёл всего на несколько часов, чтобы вода в бойлере была горячей.

В домике на кухне, тоже была устроена печка с плитой. Но её топили, только если зимой, приехавшая на выходной мама Алисы, хотела что-то приготовить на плите или в духовке. Алиса же и зимой и летом готовила и разогревала себе еду на электроплитке. Зато у неё прямо на кухне из крана можно было набрать холодной воды, и в раковине помыть посуду горячей водой. В домике был оборудован санузел, в котором стоял настоящий унитаз со смывом и чугунная эмалированная ванна.

Погода установилась тёплая, Гале и дома не хотелось готовить есть на плите. Уговорила тоже купить электрическую плитку. Хозяйка вначале стала возражать. Но когда я объяснил, что за электричество мы будем платить полностью и за дом и за её кухню, потому что счётчик всё равно общий, так она тоже стала брать у Гали плитку и чтобы себе еду разогревать.

Зато с благоустройством тех домов, которые предназначались под наши квартиры, возникли проблемы. Там где собирались построить очистные сооружения, чтобы проложить канализацию от самой больницы и до конца нашей улицы – район, согласно решению крайкома об увеличении посевов риса, утвердил строительство рисовой системы. И котельную угольную не разрешили строить, там, где совхоз планировал. Галя пояснила, что директор поручил их отделу добиваться изменений в проект, с тем, чтобы можно было использовать в них печное отопление. И возмущалась этим до истерики. Твердила, что люди могли в частном доме устроить городские условия, а совхоз в двухэтажных домах, не может обеспечить обогрев без печек. В связи с этой неопределённостью, затягивалось и строительство нашей будущей квартиры.

А Галя, благодаря подруге, по возможности наслаждалась городским комфортом. Она даже в баню по субботам не ходила, а в любой день могла принимать ванну у Алисы. Они и меня не раз приглашали прийти на помывку. Но я любил парную и предпочитал баню. Они и в Краснодар часто ездили к родителям Алисы. На коммутаторе работало всего два оператора. И пожилая напарница с готовностью соглашалась поменяться сменами если её молодой сменщице предстояла поездка, или другие мероприятия. Она даже соглашалась дежурить несколько дней кряду в две смены, при условии, что Алиса с зарплаты вернёт ей деньги, за замещённые смены.

Поэтому почти каждую субботу, после работы подруги уезжали в Краснодар, а возвращались в воскресенье вечером. Ходили в кино, на спектакли и в рестораны. Они и меня настойчиво приглашали с собой, особенно когда собирались провести вечер в ресторане. Но мне не хотелось ночевать у чужих людей, которые по словам Гали, считали себя очень важными. И к тому же почти каждую субботу происходили сборы нашей мужской компании, участие в которых мне не хотелось пропускать. А рано утром я обычно уезжал на рынок, в поиске блока на двигатель.

Заметив такую закономерность, Гучипс обратился ко мне с неожиданной просьбой. Рассказал, что в городе у него, есть как он сказал, вторая жена. Я пытался поправить его, что у русских это называется любовницей, потому, жена положена человеку одна. Но он долго объяснял, что у них не запрещается иметь и две жены, если в состоянии обеспечивать им достойные условия жизни. Что он находит много способов дополнительного заработка, и мог обеспечивать достойную жизни и Фатиме, и детям, и второй жене. А теперь она уехала из аула, и он почти не имеет возможности видеться с ней. Поэтому он просит, чтобы я сказал Михайленко, что в субботу и в воскресенье я хочу, чтобы он помог моей жене носит, те громоздкие вещи, которые она якобы собирается купить в Краснодаре. А лошадей, если буду куда-то ездить, он попросит распрячь, дежурного конюха. И в воскресенье, если решу куда ехать, дежурный запряжёт наших коней в линейку.

Я пояснил, что сам успешно справлюсь с такими делами. А в воскресенье уеду на рынок. Михайленко не возражал, но сказал, что не поставит Гучипсу, в субботу рабочий день. Пришлось заступиться, и объяснять, что ездовой с утра будет со мною, а после обеда я поезжу один. Так, что его функции будут исполнены в полной мере, и бригадир согласился со мною. Показалось, что он и не собирался лишать ездового заработка, а высказался, чтобы продемонстрировать свою формальную строгость и наличие дисциплины в гужтранспортной бригаде.

Договорились с ездовым, что он поспешит на двухчасовый автобус, чтобы демонстративно уехать в город, в одном автобусе с Галей. Обедал я в этот день в столовой, и чтобы не заставлять Гучипса, который дома переодевался в чистое, ехать ко мне, решил зайти к нему. Лошади были привязаны во дворе их дома, но я зашёл в квартиру, предупредить его, что уеду на них. Не успел, переступить порог, как Фатима, кинулась собирать на стол угощение. С огромным трудом убедил её, что я только, что из столовой и не смогу даже притронуться к еде. А она искренне переживала, что нарушает их обычаи, по которым гостя непременно следует угощать самой лучшей едой. Хотел как-то обеспечить алиби своему ездовому, но сразу же выяснилось, что Фатима, знает о любовнице мужа, и о том, что помощь Гале, является формальным оправданием перед бригадиром, за его поездку. При этом меня поразило, что Фатима, переживала не опоздает, ли муж на автобус. Потому, что сама настояла, чтобы он помылся перед поездкой, и сейчас спешно гладила ему рубашку.

Я не выдержал и спросил у неё:

– А ты что, даже не ревнуешь мужа? Выходит тебе не обидно, что он едет встречаться с другой женщиной, если заставила его искупаться и рубашку ему гладишь.

– Почему не обидно? Обидно. Но не хочется и чтобы она думала, будто у Гучипса жена плохая, если он приедет грязный и в мятой одежде.

Галя демонстративно наслаждалась той свободой, которая нам представилась в отсутствии родителей. Мы собирались забрать их когда получим квартиру в новом доме. Но крёестна неожиданно нарушила наши планы. Получили телеграмму, чтобы встречал родителей в шестнадцать часов на вокзале в Краснодаре. Когда приехал на вокзал и дождался поезда, увидел маму и бабушку с помощью пассажиров пытающуюся спуститься по ступенькам на низенькую платформу. Пока шли к автовокзалу мама успела мне по секрету пошептать, что сестра настояла чтобы они ехали к нам, пообещав рассказать подробности позже.

Бабушка плохо перенесла поездку и я вернулся к вокзалу, чтобы не ждать автобуса и взять такси. На квартире, почти всё пространство кухни было загромождено теми домашними вещами, которые пришли в контейнере и в спальне тоже много вещей было сложено у стенки. Быстро собрали, с трудом разместили койки родителей и достали их постельные принадлежности. Галя предложила вынести нашу кровать, во двор и спать под тёплым одеялом, чтобы родителям было просторней.

Так и сделали. А на следующий день, я договорился с заведующей током взять во временное пользование большой брезент и мы с Гучипсом соорудили из него подобие небольшой палатки над кроватью. Мама рассказала что сестра, как-то в разговоре, спросила у неё, не было ли у неё подозрений в том, что бабушка изменяла дедушке. Потому что бабушка была признанной красавицей, а дедушка хромой. Но она заявляла, что родители жили дружно. А потом вспомнила, что однажды, когда уже родился я, ей показалось странным, что придя на обед, обнаружила как не пошедшая на работу в колхоз бабушка, выходила из сарая вместе с Петром Ильичём и они выглядели смущёнными.

Неожиданно этот рассказ взбесил сестру. Она заявила что не может простить матери измену. Что ей до слёз обидно за покойного отца. Что ненависть настолько сильна, что ей стало противно даже разговаривать с бабушкой и смотреть на неё. Мама пробовала образумить её. Напоминала что бабушка всегда и во всём защищала её. Что бабушка и Пётр Ильич раньше вместе служили в церкви, и славились своею набожностью, и скорее всего, их встреча была вызвана религиозными делами. Но сестра была непреклонной и почти насильно отправила их на Кубань.

С приездом родителей наша жизнь поменялась. Появились приятные моменты. По утрам нас всегда ждал горячий завтрак. И отпала необходимость заниматься огородом, на который у меня не хватало времени, а у Гали желания. Мама с удовольствием, занялась прополкой, раздёргиванием и окучиванием. Нашла что посадить на не занятой части огорода. Даже бабушка с удовольствием проводила время на нашем участке. Появились поручения по хозяйству и для Гали и для меня. Но я постоянно оправдывался, что в разгар полевых работ, в светлое время суток у меня совершенно нет свободного времени.