18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Евгений Новицкий – Кино для взрослых (страница 59)

18

Но я этого не сказал. Не хотелось врать. Никогда я не вел себя так по-скотски, как некоторые мои коллеги, направо и налево разбрасывающиеся пустыми обещаниями кого-либо снять в следующем фильме или просто «пристроить в кино».

— Я слышала, что у каждого режиссера, — Жанна говорила все бойчее и увлеченнее, — есть излюбленный типаж актрисы. Именно актрисы, а не актера, потому что ведь режиссеры — почти все мужчины. И актеров они могут снимать самых разных, а на главные женские роли предпочитают брать схожие типажи. Это так?

— Отчасти так, — отвечал я. — А отчасти такое впечатление — от того, что многие режиссеры снимают в своих фильмах своих же жен. Вот и кажется, что у режиссера имярек есть излюбленный типаж. А на самом деле у него просто есть жена-актриса — может, даже не такая уж излюбленная…

— Интересно, — хмыкнула Жанна. — А вы женаты?.. То есть извините, это не мое дело, конечно…

— Я не женат, — спокойно ответил я.

— И у вас, значит, нет предпочитаемого женского типажа?

— У меня как раз есть, — вздохнул я.

— И что это за типаж? — продолжала выпытывать Жанна.

— Этому типажу на все сто соответствовала Варвара Армагерова, — печально изрек я.

— Ах, ну да. — Жанна несколько сконфузилась или изобразила конфуз. — Я могла бы и сама догадаться… К сожалению, на Варю я тоже совсем не похожа.

— Ну почему же «к сожалению»? — машинально возразил я.

Жанна моментально вернулась в свое оживленное состояние:

— Потому что тогда, может быть, и я у вас бы снялась…

115

— Ладно, я, пожалуй, пойду, — сделал я следующую попытку попрощаться. Однако со стула на этот раз не встал, Жанна вновь меня удержала.

— Ну побудьте еще немного, вы же не торопитесь. — Она даже умоляюще сложила ладони.

— Не тороплюсь, — подтвердил я, опять-таки извлекая из кармана сигареты.

Теперь Жанна даже отказалась курить со мной — настолько ее занял наш разговор. Вернее будет сказать, ее монолог. Впрочем, окончательно удалившись от темы моего визита к ней, Жанна, как ни странно, сумела заставить меня быть более словоохотливым.

— Знаете, я так люблю кино, а об этом совершенно не с кем поговорить… — произнесла вдруг она, заискивающе глядя мне в глаза.

Я заставил себя слегка рассмеяться:

— Ну что вы! Кто сейчас не любит кино? Покажите мне такого человека…

— Да нет, кино-то все любят, а вот поговорить о нем не с кем.

— Не соглашусь, — помотал я головой. — Это самая универсальная тема. И самая простейшая. Даже дети в состоянии толково рассуждать о кино. Так что это такая объединяющая всех вещь, подобной которой вообще еще никогда в истории не было…

— Ну хорошо, — сдалась Жанна. — Однако именно по этой причине люди, работающие в кино, вызывают всеобщий интерес. Уж с этим вы согласитесь?

— Вероятно, — вяло ответил я.

— Вы, конечно, и по себе это знаете…

— Да, особенно сейчас…

Жанна пропустила мимо ушей этот намек и, как ни в чем не бывало, продолжала:

— А вот вы не находите, что наш советский зритель сейчас очень растет?

— В каком то есть смысле?

— Ну, что люди, зрители становятся все умнее — и кинематографу подчас трудно за ними поспевать.

— Все может быть.

— Ну, а у вас в киносреде как-то решается этот вопрос? Вас подгоняют, чтобы вы успевали догонять зрителя?

— М-м, скорее, наоборот: нас заставляют относиться к зрителю как к очень ограниченному существу. Но мы, режиссеры, умеем этому противостоять. Не все, конечно. Некоторые.

— Да уж, — улыбнулась Жанна, — наверное, не те, которые снимают фильмы вроде… как же его, я тут недавно смотрела… а, да, «Женя, Женечка и “Катюша”»!

— Что вы, Жанна, это, по-моему, как раз очень неплохой фильм.

— Вы серьезно? — Девушка вытаращила на меня глаза. Кажется, она не сомневается, что я ее разыгрываю.

— Да нет, я вполне серьезно, — с какой-то досадой ответил я.

— А писали, что плохой, — голосом ребенка пробормотала она.

— Господи, Жанна, да вы больше читайте наших писак! Доверяйте лучше своему мнению.

— Но мое мнение почему-то почти всегда совпадает с мнением…

— Чьим же?

— …«Советского экрана», например, — робко закончила Жанна.

— Боюсь, зритель, взращенный на «Советском экране», если и растет, то вниз, — покачал я головой.

— А что же читать?

— А зачем вообще читать про кино? Кино надо смотреть.

— Неужели вы про свои фильмы не читаете? — с подозрением посмотрела на меня Жанна.

— Нет, — соврал я.

— Какая у вас воля, — завистливо резюмировала Жанна. — А я вот, если какой фильм посмотрю, не успокоюсь, пока не найду про него статью в журнале или газете…

116

Воспользовавшись тем, что девушка замолчала, я сделал еще одну попытку попрощаться.

— Жанна, я…

Но она тотчас меня перебила:

— Мне вот как-то один фильм очень понравился. «Дорога к морю». Вы не видели?

— Что-то не помню, — покачал я головой.

— Вот никто не видел, и нигде о нем не писали, — сокрушенно сказала Жанна. — А фильм хороший. Там Москва хорошо показана.

— Ну, это много где, — протянул я. — И все равно «Я шагаю по Москве» никто не переплюнул.

— Вот это я тоже смотрела, но вообще не запомнила почему-то, — призналась Жанна. — А «Дорога к морю» как-то вот запала прямо… Там, знаете, столько известных актеров, причем в самых маленьких ролях. Буквально в одной сцене каждый появляется. Просто удивительно. Обычно смотришь фильм, и там два-три актера, которых знаешь по фамилии, и еще два-три знакомых лица. А там — прямо все известные…

— Хм, а почему же такое название — «Дорога к морю»? — из вежливости поинтересовался я. — Вы говорите, там про Москву…

— Там не только про Москву. Но Москва в первой половине картины, и там много смешных сцен. Например, буквально на десять секунд появляется Мурзаева — знаете же ее?

— Как не знать…

— Кстати, на нее я как раз отчасти вроде бы похожа. На молодую, конечно, — смущенно заметила Жанна.

— Да нет, вы симпатичнее, — польстил я ей.

— В общем, там был один поэт, — увлеченно продолжила Жанна, — и вот Мурзаева подходит к нему и спрашивает: «Скажите, а вы разрабатываете в своем творчестве сексуальные проблемы?» Это так смешно было — весь зал просто грохнул…

— Ну да, есть такая мода, — согласился я. — Это многие режиссеры сейчас заметили. Достаточно вставить в картину слово «секс», по поводу или без повода, — и оживление в зале обеспечено…