Евгений Никитин – Честь офицера. Роман (страница 10)
Он чуть ослабил руку вертлявому, и тот истошно закричал:
– Мочи его братва!
Все четверо набросились на Виктора, он освободил руку главного и несколькими ударами уложил всю ватагу. Потом опять вывернул запястье вертлявому, и тихо предупредил:
– Я, же тебе сказал гадёныш, чтобы все притихли. Ты что – то не понял. Может, хочешь без руки ходить? Я, тебе её сейчас просто выломаю, чтобы больше не приклеили.
– Не надо, не надо! – закричал вертлявый, – мы просто не поняли.
– Не поняли щенки? – пнув, двоих медленно просыпавшихся после отключки.
Вовка смотрел восхищёнными глазами на отца и не мог даже слово произнести.
– Ну, ты даёшь! Папка! Ты, когда приехал?
– Недавно, мама мне сказала про твои приключения. Больше они к тебе не подойдут и вообще в школе больше балагурить не будут.
– Ты осторожнее пап. У них взрослые бандиты крышуют. А их много.
– Ничего разберёмся, главное не бойся. А ты, молодец, не забоялся, ведь могли избить.
– Я, мужчина!
– Вот и хорошо мужчина, а сейчас пойдём домой. Мамка то уже заждалась, наверное.
Увидев, обоих мужчин в проёме палатки, Катя обрадовалась и пригласила к столу обедать.
Время медленно отсчитывало начало службы на новом месте. Виктор уже несколько раз ходил к комбригу и просил решить вопрос с заработной платой, но уже третий месяц, деньги с Министерства обороны так и не присылали. Офицеры и солдаты, уже чуть ли не каждый день батрачили у местных предпринимателей, за копейки, иначе выжить было просто нереально.
У солдат после переезда половина постельного белья промокло под дырявыми тентами, и сгнило. Не было денег, чтобы его заменить, поэтому солдаты спали просто на матрасах. Уныние и неверие в лучшую обстановку постепенно завладевали всеми военнослужащими. Дисциплина резко упала, солдаты перестали слушаться офицеров. Начались перебранки и даже случались драки. Армия постепенно разлагалась. Горбачёву и его свите было совершенно всё равно, что будет с ней. Главное, чтобы были партнёрские отношения с бывшим противником. Сокращались армейские подразделения, открывались границы. На предприятиях оборонного ведомства шатались сотрудники ЦРУ, в виде сомнительных советников, утаскивая за рубеж, секреты нашего вооружения. Страна погружалась в хаос, так называемой перестройки.
Наконец, в телевизорах, появился перестроечный лидер либералов Ельцин, объявивший себя Президентом, и все с затаённым чувством перемен к лучшему продолжали их ждать. Думая, что горлохват поднимет страну, однако очень скоро все увидели, что лидер явно не тянет. На первое его выступление в Берлине раньше, мало кто обратил внимание. Алкоголь являлся реформами Ельцина и, держа его на подпитии, либералы, во главе с дочкой Президента, делали бабки. В конечном счёте, эти временщики, так спокойно стали себя чувствовать, что просто наплевали и на армию и на народ. Думая, что запад развернёт им свои объятия и предоставит все условия. Однако западу от России необходимость была только в освоении всех природных ресурсов и вывозе их за границу. Им не нужна была сильная Россия, поэтому все крупные предприятия пошли под нож. Оборудование в виде металлолома, ещё рабочее, вывозилось эшелонами на запад в Германию, где была европейская промышленная барахолка. Оставшись без оборудования корпуса промышленных предприятий медленно, но верно приводились в упадок.
Действовала директива либералов, страну полностью лишить промышленности, и рабочий класс уничтожить, ибо от него много проблем. Гораздо лучше качать нефть и газ и отправлять его в Европу. К власти пришли алчные и глупые управляющие, у которых был только один стимул – наворовать и смыться за границу. Для того чтобы замылить глаза населению, были созданы четыре партии, которые делали вид, что борются за права народа, на самом деле, это были оппортунистические течения внутри самой главной партии, которая, якобы консолидировала весь народ. По крайней мере, таким образом, строилась статистическая отчётность, перед избирателями. Формы выборов деградировали и превратились в фарс для населения.
Прощай Армия
За 1991 – 1994 годы с военной службы уволено свыше 270 000 офицеров (среди них около половины без права на пенсию), в 1995 году – 74,5 тысяч офицеров (из них 27,7 тысяч человек без права на пенсию). В 1996 – 1997 годах ежегодно увольнялось примерно такое же количество кадровых военнослужащих.
Быстротечность и недостаточная организованность этих процессов породили ряд серьезных проблем экономического, социального и личного характера. Уволенные в запас военнослужащие и их семьи оказались в сложном положении. Социальная и профессиональная невостребованность, потеря рабочих мест, отсутствие опыта и навыков работы в условиях рыночной экономики, невнимание местной администрации к их нуждам, острая жилищная проблема – все это делало положение уволенных в запас кадровых военнослужащих близким к критическому, и одновременно создавало серьезные препятствия для притока в народное хозяйство высококвалифицированных кадров.
Кроме того, увольнение с военной службы несет для человека отрицательный психологический заряд. Это связано с тем, что служба в армии выступала для него как фактор гарантированной занятости, получения приличного денежного содержания, социальных льгот и гарантий. Кроме этого, она нередко рассматривалась как постоянный служебный рост, карьера, повышение социального статуса, что в гражданских условиях не всегда является обязательным элементом профессиональной деятельности. Отсутствие возможностей для реализации своих возможностей в этих направлениях приводит к нарастанию ощущения уязвимости, беспокойства в настоящем и высоком уровне неуверенности в будущем.
После увольнения болезни преследуют большое количество офицеров не только из-за возраста и часто экстремальных условий службы, но и вследствие психологических факторов. С уходом из Вооруженных сил многие теряются в непривычной для них обстановке. Под влиянием общего стрессового состояния и изменения жизненного ритма обостряются хронические болезни, ухудшается физическое самочувствие.
Не все смогли преодолеть себя и устроиться в жизни. Ни какой поддержки, должностные лица в органах местного самоуправления не оказывали. Часть уволенных офицеров, в запас, так и не нашло работы, перебивалось случайными заработками или жили на пенсию. Не случайно, в этой группе наименьшее количество оптимистов и более высокий процент растерявшихся и озлобленных на нынешнюю ситуацию.
В 1996—1998 годах из малопродуктивных, хотя и очень яростных офицерских собраний выросло знаменитое резко оппозиционное Кремлю «Движение в поддержку армии и флота», которое возглавил чрезвычайно популярный в армии генерал-лейтенант Лев Рохлин. Разговоры о грядущем военном перевороте усилились. Но потом последовала прогнозируемая гибель генерала Рохлина и тревога властей потихоньку улеглась.
Однако во избежание новых подобных безобразий все возрастающую протестную стихию бывших военных Кремль попытался взять под контроль. Последнее подобное Всероссийское собрание офицеров запаса, состоявшееся в ноябре 2009 года, прошло под эгидой Общественной палаты РФ. На нем присутствовали представители администрации президента, правительства и, естественно, Минобороны. Но уровень представительства военного ведомства был нижайший. Самой значимой фигурой из действующего генералитета оказался первый заместитель начальника Главного управления воспитательной работы ВС РФ генерал-майор Юрий Дашкин. Никаких видимых последствий то собрание не имело. Но стравить пар недовольства начальству в очередной раз удалось.
…..После очередного совещания у комбрига, Виктор пришёл домой поздно и был сильно навеселе. Катя, встретила мужа, укоризненно:
– И что сегодня за повод, чтобы напиться?
– А, Котёнок! Давай завтра, всё завтра. Потому, что сегодня я, очень хочу спать.
Утром Катя проснулась как обычно рано и готовила на кухне, время подошло к завтраку, и она хотела разбудить Виктора, но в палатке никого не было. Она прошла к дневальному, спросила:
– Солдат, а капитан Кремлин не проходил?
– Проходил, минут пять назад, пошёл в штаб.
– Странно, – подумала Катя, – ничего не сказал, не позавтракал.
Через час Виктор подошёл опустошённо сел перед женой.
– Что – то случилось, – спросила она.
– Всё Катька! Я, гражданский человек теперь.
– В каком смысле, гражданский?
– Уволен в запас, со всеми вытекающими последствиями.
– То есть, как уволен? А, как мы теперь, как дети, на что будем жить?
– Правительство вот посчитало, что так будет выгоднее для государства, чтобы 270 тысяч офицеров были уволены. Говорят нас много и мы объедаем их.
– А, ты сам то, что думаешь, как будем дальше?
– Пока не знаю. Через месяц, приказано палатки освободить.
– А где будем жить, ведь обещали же жильё?
– Они и обещают дальше, не отказываются, только конкретно время не указывают. Завтра пойду искать работу. Все свои обязанности я передал, все документы сдал. Сколько у нас денег на питание?
– На неделю хватит, а что потом?
– А потом суп с котом Катька! Не чахни, пробьёмся.
Утром Виктор поднялся очень рано и, поцеловав жену, отправился на поиски работы. Однако всё оказалось не так просто. Везде требовали паспорт при трудоустройстве, а он его поменять не успел. После многочасовой очереди, наконец, сдал документы и спросил: