Евгений Нетт – Лекс. Книга 3 (страница 2)

Александр чуть склонил голову, поправив очки на переносице и посмотрев на меня взглядом, застывшим на грани между инстинктивным стремлением руководствоваться холодным расчётом — и желанием сохранить искренность.

— Посильная помощь, — повторил принц задумчиво, словно пробуя фразу на вкус. — Лександр, ты ведь понимаешь, что сейчас балансируешь на острие ножа? С одной стороны — твоё желание защитить близких, которое я разделяю всецело. А с другой… Ты — мишень, и твоё участие во всём этом вполне может быть ровно тем, чего наши недоброжелатели и добиваются. Любой шаг может привести к фатальным последствиям.

— Я это понимаю, — мой голос не дрогнул. — Но бездействие — тоже шаг, Александр. И, возможно, именно тот, который им и нужен. Лично я совсем не уверен в том, что прямо сейчас «Те, Кому Повезло Зреть в Будущее» не занимаются вербовкой других студентов, используя те же методы. Где одна угроза — там и вторая…

Александр вздохнул, бросив взгляд сначала на Рихта, а затем — на Поука. Он цокнул языком приподнял очки и устало потёр переносицу:

— Хорошо, — бросил он тихо. — Тогда начнём с того, что уже было сделано. Стоит признать, что я и сам пока не в курсе всего. Рихт?

Старший следователь шагнул вперёд, выудив из папки копию листка-послания. Очевидно, что оригинал уже ушёл к специалистам — Имперская Безопасность действовала по горячим следам в надежде сходу выйти на составителя записки.

— В интересах следствия я хочу уточнить несколько моментов, господин Лазарь. Вы обнаружили записку в своей комнате. Дверь была заперта?

— Да, — я кивнул. — Я запираю её даже тогда, когда ухожу ненадолго. Это привычка.

— Следы взлома, на ваш взгляд?

— Отсутствовали. Замок был цел, окно закрыто изнутри, все вещи остались на своих местах. Сам листок лежал на полу, в метре от порога. Лично я склонен считать, что его протолкнули под дверью — щель позволяет это провернуть даже первокурснику, минимально владеющему эрикс-искусствами…

— Учтём. Более вы ничего не видели? Ни с кем не пересекались по пути в комнату?

— Я возвращался вместе с основным потоком студентов, господин Рихт, — я покачал головой. — Проще сказать, с кем я не пересекался, нежели наоборот.

— Что ж… это звучит разумно, — нехотя признал мужчина. — К сожалению, камер в коридорах общежития крайне мало. Аристократы не любят, когда за ними следят. Даже если это вопрос безопасности…

Я проследил за взглядом следователя, направленным на Александра. Принц же старательно делал вид, что тонкий намёк на весьма толстые обстоятельства прошёл мимо него: даже Его Высочество не собирался вступать в конфронтацию со всей знатью, пытаясь заставить тех пожертвовать приватностью в пользу безопасности.

— Господин Рихт, могу я уточнить один момент? Оригинал послания. Ранее я сообщил вам, что сама бумажка была вырвана из тетради Алисии Фольт…

— Девушку уже проверяют, господин Лазарь, — начал он, и тут же поспешно поправился: — Проверяют, что она в безопасности, и что ей никто не успел навредить. Пока удалось установить лишь, что конспекты студентки Фольт хранились в её комнате, и в последние дни наружу она их не выносила.

— Следовательно, или записка была подготовлена сильно заранее, что невозможно с учётом её содержания, или у террористов есть доступ и к женскому общежитию тоже, — подытожил я, нахмурившись. — Это всё усложняет.

«Я наивно полагал, что листок у Алисии позаимствовали, пока она была в, скажем, библиотеке… но общежитие? Один умелый диверсант — это много, хоть и терпимо. Но два разнополых, или вообще один эксперт высочайшего класса, действующий на территории, битком набитой безопасниками, гвардейцами и охраной?..».

— Существенно усложняет, — Александр кивнул, вновь поправив очки. — Рихт, чем ещё мы располагаем?

— К сожалению, Ваше Высочество, — следователь развёл руками, — на текущий момент это всё. Господин Лександр пришёл ко мне не больше часа тому назад, и специалисты из Управления должны были только-только взяться за дело. У нас будет на порядки больше информации к утру, но сейчас мы располагаем только самыми общими сведениями…

— Что автоматически делает дальнейшее обсуждение почти бессмысленным, — принц поджал губы, в несвойственной ему манере дав волю эмоциям, прорвавшимся в голосе. — Лександр, я предлагаю закончить на этом на сегодня. Как и сказал Рихт, разумно будет дождаться итогов работы специалистов и выводов аналитиков прежде, чем принимать значимые решения. А ещё нам следует отдохнуть…

— Определённо стоит, — согласился я, выдержав паузу в несколько секунд. — Завтра будет тяжёлый день.

Александр хмыкнул:

— Необычайно тяжёлый. Лександр, — он чуть прищурился, протянув мне руку, — могу ли я считать, что так или иначе, но ты принимаешь то моё предложение?

«Вот же… Аристократ, одним словом. Но этот союз теперь нужен не столько ему, сколько мне. Потому как своими силами защититься со всех сторон я не смогу».

— По сути своей, да, — я крепко сжал его ладонь. — Ты можешь так считать, Александр.

— Превосходно, — Его Высочество широко улыбнулся, а усталость в его взгляде на миг сменилась промелькнувшим в нём триумфом. — Тебя сопроводят до общежития, а завтра выдадут коммуникатор, адаптированный для работы в ныне «закрытой» сети Академии…

— Не сейчас? — я вздел бровь.

— Сейчас их ещё нет, — принц развёл руками. — Никто не ожидал того, что когда-либо вообще потребуется отрезать Академию ото внешнего мира и даже от сообщения внутри периметра. До завтра, Лександр.

— До завтра, Александр…

Дальше меня вывели в коридор, передав «на руки» всё тому же капитану гвардии, и сопроводили в общежитие. Правда, в мою же комнату меня не пустили, сопроводив в другую: чтобы не мешал специалистам искать хоть какие-то зацепки «на месте преступления».

Но за этот непозволительно долгий день я вымотался вполне достаточно для того, чтобы без проблем уснуть на любой хоть сколь-нибудь горизонтальной поверхности.

«И всё-таки этот мир смог втянуть меня туда, куда я так не хотел лезть. Но не хотел ли на самом деле?» — промелькнула последняя мысль перед тем, как я погрузился в сон.

Глава 2

Ближний круг

Для того, чтобы проснуться вовремя, будильник мне не был нужен уже давно. Вот только сегодня побудка оказалась сопряжена с крайне неприятным ощущением: словно ночью тело вроде бы спало и отдыхало, а вот сознание напротив, пыталось побить все мыслимые и немыслимые рекорды в отчаянных попытках проанализировать и систематизировать всю доступную мне информацию.

— Иными словами, — бросил я хрипло, глядя в зеркало над раковиной, — в гробу я видал такой отдых. Можно было и не ложиться вовсе…

Я умылся, материализовал бритву и расчёску, по-быстрому привёл себя в порядок и вернулся в комнату.

Незнакомую, но как две капли воды похожую на мою собственную.

Задёрнутые шторы обеспечивали приятный полумрак, а в ноздри первым делом бил запах приторно-чистого постельного белья. Пустой стол, не менее пустой шкаф, сложенная на стуле форма — я просыпался в чужих комнатах не впервые, но обычно это происходило при куда более приятных обстоятельствах, нежели выселение из своего жилища из-за «криминального» расследования.

«Но если быть честным, то я бы уснул и на подоконнике. И совсем не факт, что меня бы легко там разбудили…» — промелькнула заставившая меня шумно выдохнуть мысль.

Письмо, угроза близким, союз — всё это свалилось на голову на манер снежной лавины, перечеркнув последние надежды на спокойную жизнь в этом мире.

«Отставить, Лександр Лазарь. Могло быть хуже. Всегда может быть хуже».

С такой жизнеутверждающей мыслью я оделся, распахнул шторы и поморщился: утро выдалось пасмурным, идеально подходящим для дознаний, похорон и занятий по истории эрикс-искусств.

Последние ныне не грозили никому из студентов, но вот первые два пункта оставались до омерзения актуальными.

В последний раз окинув себя взглядом, я сверился с часами, — без десяти семь — самое то для того, чтобы нагрянуть на завтрак одним из первых, — и толкнул дверь своей временной комнаты, выйдя в коридор.

Тут было пустовато, но не безлюдно. Вдалеке слышались голоса и хлопали двери, кто-то даже смеялся. Академия уже просыпалась, а лишённые необходимости посещать занятия студенты искали приключений с самого утра.

Но вместо того, чтобы напрямик двинуться на завтрак в центральный зал, я сделал небольшой крюк до по-настоящему моей комнаты — всего два поворота и лестничный пролёт отделяли меня от запечатанной двери, перед которой Имперская Безопасность заботливо натянула алые ленты, выставив постовых из числа охраны Первой Академии.

Бойцы были собранными, но невыспавшимися и пребывающими в том состоянии, когда им уже не было никакого дела до небольших раздражающих факторов…

Например, студентов, толпящихся в коридоре.

«Разумеется, тут соберутся любопытствующие» — в своих мыслях цыкнул я, издалека окинув взглядом могучую кучку из семи человек, тихонько что-то обсуждавших. — «Хотя, почему „что-то“? Судя по их взглядам, обсуждают они вполне конкретный объект интереса. Мою комнату, тобишь».

Так или иначе, но я, вздохнув, двинулся в сторону сплетников, весь обратившись в слух. Потому что с одной стороны подслушивать было, конечно, неправильно, но с другой — я должен был как-то понимать, о чём болтают в академии, когда разговор заходит об одной не в меру выдающейся личности, тело которой я занял.