Евгений Нетт – Лекс. Книга 3 (страница 15)

Мысли нынешняя картина вызывала не самые приятные, поднимая со дна воспоминания, которые я бы хотел забыть и никогда больше не вспоминать: первые годы обучения в первой жизни, масса проблем, компромиссов, конфликтов и поражений выковали того, кто после твёрдо встал на ноги в качестве полноценного, самостоятельного мага…

Но хороший результат не отменял ни сложностей на пройденном пути, ни изменений, порой негативных, вклинившихся из-за этого в мой характер.

До нужного кабинета мы добрались в течение минуты, после чего застряли в очереди на добрых полтора часа, коротая время за беседой и чередой расшаркиваний с теми, кто к нам подходил. А таковых было достаточно много для того, чтобы у меня замылился глаз, и на наступившее в какой-то момент затишье я не обратил ни малейшего внимания, продолжая объяснять Эльзе принципы масштабирования точных конструкций так, как понимал эти методы сам.

— Господа, леди, — «неожиданно» обнаружившийся рядом с нами Александр произнёс эти дежурные слова с не менее дежурной улыбкой, призванной скрыть усталость и раздражение, расчертившие лицо принца тонкими, едва видимыми тенями.

Такие разительные перемены, произошедшие за несколько часов, наглядно демонстрировали, что Его Высочество сейчас сдерживал в себе жгучее желание ради своего душевного спокойствия отправить львиную долю студентов копать котлованы вокруг академии от рассвета и до заката, лишь бы они не путались больше под ногами.

— Рад видеть, что временный регламент и нелицеприятные обстоятельства не отбили у вас стремления к знаниям… — продолжил он, сложив руки за спиной.

Двое гвардейцев, сопровождавших принца, остановились чуть в отдалении вместе с Поуком, целенаправленно демонстрирующим полнейшую незаинтересованность во всём происходящем.

— Скорее напротив, Ваше Высочество, — Виктор поклонился первым, соблюдя все гласные и негласные правила с безупречной точностью. — Чем больше вокруг запретов, тем сильнее хочется найти себе занятие, которое не запрещено. Для чистоты совести, по меньшей мере…

— Похвальная гибкость мышления, — Александр чуть склонил голову. — Действительно, чем меньше свободного времени, тем меньше сил для сожалений по недоступному.

Принц дождался, пока все покончат с полагающимися любезностями, после чего перевёл взгляд на меня.

И вот тогда его улыбка стала несколько менее «общей».

— Лександр, — принц выдержал небольшую паузу. — Сегодня вечером мне понадобится твой взгляд на ряд обстоятельств. После ужина. О точном времени тебя известят позже.

«Второй созыв назначили раньше ожидаемого. Неприятно, но терпимо».

— Принято, Ваше Высочество. Буду ждать сообщения.

— Надеюсь, без чрезмерного энтузиазма, — принц устало усмехнулся одними уголками губ. — В нынешних обстоятельствах оный лучше вообще оставить в стороне…

Эльза чуть сильнее сжала пальцы на моём предплечье. Не так, чтобы это было заметно со стороны, но достаточно, чтобы выразить свою обеспокоенность.

Ей определённо всё это не нравилось: ни то, что меня вновь привлекают к чему-то потенциально опасному, ни то, что делают это в коридоре, битком набитом студентами.

«Возможно даже, что она видит в этом куда больше просто за счёт лучшего понимания ситуации в Империи. Как ни крути, а прежде, чем я полноценно вникну в местные реалии, пройдут месяцы или даже годы. Поначалу я рассчитывал на то, что учёба в академии позволит мне подготовиться без чрезмерных рисков и в условиях „песочницы для детишек“, но какой-то уж больно недружелюбной эта песочница оказалась…».

— Я и не планировал проявлять неуместную инициативу, — я ответил максимально нейтрально, потому как ни один из других доступных мне, так скажем, вариантов ответа, не подходил для того, чтобы озвучить его в окружении десятков человек.

— В таком случае, не смею вас более задерживать, — Александр скользнул взглядом по нашей маленькой компании. — Не стоит давать администрации лишних поводов проявить творческий подход в вопросе составления ваших расписаний…

— Масштабы потенциальных разрушений от творческого подхода местного административного аппарата можно сравнить с… — Виктор начал было, но осёкся под прохладным взглядом принца, считавшим намерение блондина быстрее, чем тот сам успел осознать последствия своей шутки.

— С твоими же дурными шутками, Виктор, — заполнила образовавшуюся на секунду паузу Мариэлла. — Простите его, Ваше Высочество. Виктору порой свойственно говорить вперёд мысли…

— Пустое, — формальная улыбка и мягкость тона принца соседствовали со всё таким же прохладным, утратившим всякую фамильярность взглядом. — Всего хорошего, господа, дамы…

Александр Затворницкий плавно развернулся, и вместе со своим сопровождением покинул коридор, скрывшись за поворотом. А в моей голове промелькнула вдруг мысль, что принц, свой в разговоре «тет-а-тет», на людях становился ровно тем, кем и должен был являться — наследником огромной Империи, старающейся удержаться на своих двоих в преддверии шторма.

— После ужина, значит, — тихо произнесла Эльза, когда и студенты вокруг наконец отмерли, начав обсуждать или только что увиденное, или что-то своё.

— К сожалению, — я кивнул, развернувшись к друзьям и полноценно взяв девушку под руку. К счастью, Эльза считала этот толстый намёк на не менее толстые обстоятельства, и не стала развивать тему. Хотя ей, безусловно, было, о чём мне поведать. — Итак… что там с нашим местом в очереди?

— Почти подошла, — Громов кивнул на дверь, за которой только что скрылся очередной студент. Перед нами осталось всего с десяток человек.

— Это слова, способные согреть душу даже в тоскливых катакомбах сего учебного заведения, — доверительно заявил Виктор, бросив взгляд на очередь. — Ещё немного, и нашей относительной свободе будет положен конец. Благодать!..

— А ты оптимист, — хмыкнула Лиза, оперевшись на стену и скрестив руки на груди.

— Безделье хорошо лишь тогда, когда его выбираешь ты сам, а не тогда, когда тебя на него обрекают, — степенно ответил блондин. — Данное конкретное безделье в довесок сопряжено беспокойством на предмет сохранения жизни себя и близких, так что я совершенно не желаю называть его хоть сколь-нибудь приятным…

— Высказался всё-таки, — я покачал головой, с улыбкой глядя на парня и Мариэллу, недовольно насупившуюся.

— Если делать вид, что чего-то нет, то это что-то не пропадёт, даже если зажмурится весь город, — Виктор Шталь, паяц и балагур, развёл руками, не заметив или не захотев замечать, какой эффект на всех произвели эти его слова. — Хуже будет только если запретить говорить о том-чего-нет, начать наказывать за упоминание того-самого-придуманного, а всех несогласных отправить… куда-нибудь. На север…

Эльза тяжело и почти демонстративно вздохнула:

— Вот по этой причине отец и планировал отправить тебя в провинцию такую далёкую, чтобы даже твой язык без костей не накликал беду, Вик, — рыжеволосая аристократка посмотрела на кузена с таким выражением на лице, что тот аж просиял от удовольствия. По какой причине ему так нравилось собирать «комплименты» — никому ведомо не было. — Но раз за тобой присматривает Мариэлла, то я спокойна. Частично.

— Ты очень высокого обо мне мнения, Эльза, — отозвалась «герцогиня», на лице которой обозначилась мягкая, довольная улыбка. — Спасибо за это.

— Не спеши благодарить, — Виктор взял девушку под руку. — Леди Мариэлла пока ещё плохо осознаёт масштаб бедствия, с которым ей предстоит столкнуться…

— А к концу месяца она либо закалится, либо начнёт сожалеть о сказанном и сделанном, — Элизабет бросила на парочку взгляд, в котором на долю мгновения промелькнуло что-то, напоминающее сожаление.

Но юная леди Озмунд ничуть не смутилась, ответив улыбкой и всё тем же тихим, проникновенным голосом:

— Вы плохо представляете себе, с чем мне приходилось сталкиваться до знакомства с Виктором, — Мариэлла целенаправленно подтянула Виктора к себе, наплевав на явную разницу в габаритах. — Но я ценю вашу заботу о моём душевном равновесии, Элизабет.

— Я сделаю вид, что не видела и не слышала ничего из этого, — вздохнула Эльза, задрав голову и поймав мой взгляд. — Лекс, умоляю, скажи, что со стороны мы не выглядим так же глупо.

— Со стороны мы не выглядим так же глупо, Эльза, — послушно отозвался я, получив ощутимый тычок локотком в бок. — Что?

— Что? — Эльза вскинула бровь. — Ты издеваешься, Лександр Лазарь. Над бедной мной, оказавшейся в расстроенных чувствах из-за придурошности кузена и неясных обстоятельств…

— Разумеется, нет, — я ответил со всей серьёзностью, которую только смог из себя выдавить. — Я всего лишь беру пример с великих…

— Если ты будешь брать пример с Виктора, то я за себя не отвечаю, — проворчала Эльза, но пальцы на моём предплечье не разжала. Лишь прижалась плотнее, пропуская протискивающегося мимо бедолагу с забракованными администрацией бланками, да так и не отпрянула.

Очередь тем временем продвинулась ещё на несколько шагов, а в кабинет на наших глазах начали впускать студентов по двое.

И дело, как это обычно бывает, пошло вдвое быстрее, заставляя всех присутствующих посочувствовать организаторам процесса, до которых истина о необходимости выделить ещё одного человека для проверки бланков доходила несколько часов: им определённо очень тяжело жилось в современном мире.