Евгений Нетт – Эй, Всевышний! Я научился ценить. Том III (страница 27)

— И это сработает?

— Посмотрим. Я не изучала элементалей, и точно сказать могу совсем немного… — Вбитый в каменный пол посох замер перед демонессой, а та, плавно разведя руки в стороны, начала тихо зачитывать заклинание, формируя перед нами внушительное, очерченное золотистыми линиями пространство, охватившее коридор перед нами на длину около двенадцати метров. И сразу после окончания его формирования, все элементали, оказавшиеся в этом пространстве, были поражены золотыми линиями, сорвавшимися со своих мест, выполнившими работу и вернувшимися обратно. — Идеально.

— Это… заклинание для ловли мух, но усиленное и растянутое на весь коридор?

— Если говорить языком магов, коим ты, Золан, тоже являешься, то это масштабированное заклинание для уничтожения мелких насекомых. И всё-таки я была права, когда решила, что элементали стремятся равномерно расползтись по подходящей им территории.

Несчастные шарики действительно толпами влетали в заклинание, там же и развоплощаясь. При этом следом идущие не обращали на гибель товарищей внимания, продолжая следовать вперёд. Как и говорила Гесса, ни крупицы интеллекта у этих магических существ не было.

— Итак… сколько маны эта конструкция потребляет в конечном итоге?

— Пока сложно сказать, но при такой плотности потока элементалей около четырёх процентов моего резерва в час. — Главным минусом магической системы этого мира было то, что одинаковые заклинания у разных людей потребляли разные объёмы силы, и сказать, что, например, светлячок жрёт сотню единиц маны, было нельзя. Определить талант по тому, сколько простейших заклинаний может использовать маг — это пожалуйста, но ни о каком точном сравнении не могло идти и речи. «Метод накопителей» также был неточен из-за разных размеров камней, плюс потерях при передаче маны от мага к цели. То сооружение Седрика могло исправить ситуацию, но для этого нужно настраивать артефакт конкретно под каждого человека. Ну а уникальные таланты, доступные единицам, мы в учёт, конечно же, не берём, а то так можно будет окончательно протечь крышей. — Попробуй усилить пламя.

Я кивнул и впятеро увеличил подачу маны в разведённый позади костёр, отчего тот взвился до самого потолка. Пять минут, десять, пятнадцать — и вот, наконец, поток огненных элементалей увеличился, в то время как водных стало немного меньше. Интереса ради я начал активно парить, испаряя тут же создаваемую воду, но Гесса довольно быстро меня остановила:

— Сначала закончим с огненными. Элементали равномерно распределяются по всему своему пространству, так что их поток будет примерно одинаков независимо от того, что ты тут устроишь.

— А если я превращу этот тоннель в гигантские горячие источники? — Гессе достаточно было хмуро блеснуть глазами, да пыхнуть эмоциями, чтобы я поднял руки: — Шучу-шучу. Экономлю силы и сижу тихо. Сколько уже?

— Семь тысяч с небольшим. Быстрее, чем я ожидала.

— Значит, или их там больше, чем должно быть, или их территория не столь огромна. Так?

— Именно…

Потянулось то, что я любил меньше всего — ожидание, во время которого нельзя заниматься ничем иным, ведь враг мог объявиться в любую секунду.

Час, второй, и только к исходу третьего Гесса удовлетворилась результатами своей работы, отразившейся в снижении потока элементалей до минимальных значений. Только тогда она свернула заклинание, устало выдохнула, — а поддерживать такой конвейер дорогого стоило, — и, после непродолжительного отдыха, дала отмашку на продолжение пути.

С каждой сотней метров температура воздуха заметно возрастала, и вскоре сначала Гессе, а после и мне пришлось завернуться в поддерживающий комфортную температуру кокон. А потом, когда мана начала уж совсем активно уходить на поддержание защиты от жара, мы вышли во внушительных размеров зал, разделённый на сегменты и от края до края заполненный соседствующей с водой лавой.

Пустив в её недра щуп из маны и вскоре утратив с ним связь, я удивлённо качнул головой.

— Минимум пятнадцать метров глубины. И лава содержит в себе агрессивную ману. — А вход, между тем, располагался на противоположной стороне зала, на что намекала виднеющаяся отсюда арка. — Вода даже не кипит, да и элементалей почти не осталось, но остынет это всё ещё нескоро.

— Должен быть контур, поддерживающий температуру. Иначе элементали здесь и не прижились бы. — Девушка подошла к берегу — и ткнула кончиком посоха в лаву, отчего по той побежала светящаяся дорожка, быстро потерявшаяся на общем фоне. Но судя по тому, как Гесса шевелила посохом, её заклинание распадаться не спешило. — Половина зала. Пока ничего необычного.

Я же, чтобы не тратить время зря, создал коготь из своей маны, на несколько секунд погрузив его в лаву и отслеживая затраты сил на его восстановление. По всему выходило, что регенерировать панцирь я мог несколько часов, но вот незадача — накопленное тепло никуда не девалось, а моя защита не боевой мех из космической фантастики, и тепловых катапульт как-то не предвидится. Умру я не сразу, но двадцать минут в лаве — тот самый предел.

Плохо. Если этот зал создало само разумное подземелье, то элементалями всё и должно было ограничиться, но если руку приложил наш главный враг…

— Золан, приготовься. Что бы там ни пряталось, но оно среагировало на моё заклинание… — Лава вдалеке от нас вздыбилась — и на какие-то доли секунды из-под неё показалось нечто, обладающее чешуёй тёмно-красного оттенка. Подходящих под этот критерий существ, которые были бы столь же велики и могли плавать в лаве, я сходу припомнил с полтора десятка, из которых доставить проблемы могли только два весьма редких вида. — Если станет опасно, то я отступлю назад и замурую вход, оставив петляющий лаз в твой рост у правой стены.

— Лучше сделай это сразу. Варианта, при котором в бою понадобится помощь, я просто не вижу, а вот твоё присутствие может сильно меня отвлечь.

— Хорошо.

Гесса послушно и быстро принялась возводить в туннеле пробку, призванную остановить нашего врага, а я, не выпуская крыльев и не снижаясь ниже десяти метров, двинулся вперёд. Из-за того, что лава — это не какая-то там водица, было невозможно увидеть даже силуэта моего нынешнего противника, и потому оставалось только ждать, пытаясь предсказать, откуда вынырнет это порождение подземелья…

Первым на поверхности показался длинный, продолговатый плавник из чёрной кости, и мне многого стоило остановить пару мечей, уже ринувшихся в только показавшуюся цель.

Фактически, на то, чтобы отразить собственную атаку, у меня ушло ещё столько же сил и времени, но в противном случае я рисковал попасть в преотвратнейшую ситуацию — и, как показала следующая же секунда, осторожность вновь меня спасла.

Ведь из лавы показалась оскаленная морда древнего змея, «Цветения Альма», одного из далёких потомков мифических драконов, и из его пасти вырвалась струя пламени, ударившая в потолок и заставившая расплавленный камень рухнуть вниз.

Устояла лишь плоть подземелья, и я этому был очень, очень рад. Ведь в противном случае уже через минуту боя на нас рухнул бы потолок, расчерченный дыханием этого монстра, которого только формально относили к S-классу, как и многих авантюристов, незаинтересованных в переходе на внеранговую ступень.

Красная, крупная чешуя, налитые тьмой глаза, большой чёрный плавник на спине и два поменьше — на брюхе, и, наконец, пара вьющихся усов, так и норовящих прикоснуться ко мне… или к мане, представленной в нетвёрдой форме. Как говорится — и на том спасибо, ведь если бы Цветение Альма мог поглощать вообще любые заклинания, то он стал бы непобедимым для любого мага.

А так — лёд в очередной раз выручит меня, сразив и эту зверюгу.

Бросив взгляд в сторону тоннеля, я убедился в том, что Гесса уже укрылась — и, избежав очередного луча пламени, после которого последовал мощный удар хвостом, пролетел в непосредственной близости от созданной девушкой преграды, создав дополнительный слой изо льда. Не хотелось бы, чтобы случайный плевок этого крайне опасного родственничка дракона превратил демонессу в пыль.

— Говорят, что подобные тебе змеи обладают разумом. Если это так — то знай, ты почти мёртв!

Хищный, чем-то похожий на шипение рёв стал мне ответом, но с дыханием зверя в этот раз столкнулся сплошной поток льда, пересиливший его и порядком подморозивший прекрасную в своей монструозности морду.

И всё-таки, я попал в уязвимое место — распахнутую пасть, и вложил силу, которой S-ранговой паучихе хватило с, так скажем, запасом, но результатом стала не смерть змея, а всего лишь обморожение. Ну и кусочек морды откололся, что, впрочем, лишь слегка повлияло на боеспособность моего противника — пламя летело не только вперёд, но и в сторону, проходя через свежую дыру.

И именно эта частичка его дыхания скользнула по моей части защищающей Гессу преграды, разом растопив половину созданного там льда.

Зарядив по туше вынырнувшего из лавы монстра сотканным изо льда кулаком, я подлатал барьер и собирался уже продолжить битву, вновь набрав высоту…

Но прищуренный взгляд гигантского чёрного глаза и тот факт, что смотрел он не на меня, а в сторону тоннеля, дёрнул меня в обратную сторону не хуже натянувшейся до предела резинки. Чтение мощного заклинания стихий воды и воздуха, которое я начал формировать секунд так десять назад пришлось бросить, и вместо этого встретить дыхание монстра ледяным потоком, кое-как придав тому чуть больше сил наспех составленной формулой, ведь ничего из того, что я готовил заранее, сейчас не подходило.