Евгений Миненко – Жизнь на краю (страница 2)

А тебе – нет.

Никогда не было достаточно.

И снова поднимается это:

«Что со мной не так, если меня не устраивает то, в чём другие находят смысл и покой?

Почему то, что даёт им опору, для меня – как медленная смерть?»

Ты привык думать, что проблема в тебе.

Что ты слишком:

чувствительный,

требовательный,

сложный,

нестабильный,

эмоциональный,

нормальный-но-«что-то-с-головой».

Сколько раз ты говорил себе:

«Соберись.

Успокойся.

Будь проще.

Делай, как все.

Прекрати придумывать.

Не драматизируй».

Ты пытался.

Годами.

Ты шёл в то, что «правильно».

Ты брал на себя то, что «положено».

Ты соглашался там, где внутри всё кричало «нет».

Ты тащил там, где давно всё умерло.

Ты тёрся до крови о роль, которая не сидела на тебе.

Ты заставлял себя считать нормальным то, что тебя же и разрушало.

Но чем сильнее ты пытался быть «адекватным»,

тем глубже внутри тебя росла трещина.

Сейчас я скажу то, чего тебе почти никто никогда не говорил.

Дело не в том, что с тобой что-то не так.

Дело в том, что ты не создан для жизни в безопасной, предсказуемой тьме,

где все ходы известны и все чувства дозированы.

Ты создан для другого места.

Ты не сбой.

Ты – функция.

Твой внутренний протест – не каприз.

Твоя неспособность смириться – не поломка.

Твоя непереносимость «как у всех» – не баг.

Это всё – признаки одной, очень особенной настройки:

ты – человек Края.

Край – это не метафора.

Это не красивое слово,

не романтический образ,

не «психологический кризис».

Край – это конкретное состояние сознания и тела,

в котором жизнь подходит к той точке,

где старое уже не держит,

а новое ещё не родилось.

Там, где:

твои прежние ответы перестают работать;

привычные опоры размываются;

всё, на чём стояла твоя личность, начинает трещать;

и никакой внешний авторитет не может сказать тебе, что делать дальше.

Это не просто «сложно».

Это место, где ты впервые остаёшься наедине с собой по-настоящему.

Без инструкций.

Без гарантий.

Без сценария.

Без страховки.

Там, где нет уже старого «я»,

но ещё нет нового.

Там, где по-честному страшно.

Там, где по-честному живо.