Евгений Миненко – Сатанизм настоящий (страница 21)
которая не продаётся ни за безопасность, ни за одобрение, ни за иллюзию контроля.
Как это делается —
об этом будут следующие главы.
Сейчас достаточно одного:
увидеть,
что сатанизм – это не чья-то тень вне тебя,
а режим, в котором ты сам живёшь,
когда внешняя дуга и внутренняя паника принимают решения за тебя.
Что такое божественность, если снять с неё нимб
Когда слышишь слово «божественность»,
в голове сразу поднимается рой чужих картинок:
– правильный, безупречный человек без ошибок;
– святой, который никогда не злится и никого не обижает;
– «просветлённый», который улыбается, как рекламный баннер и говорит: «всё – любовь».
Если честно, от этих образов хочется не идти к свету,
а сбежать в подвал.
Потому что ты точно знаешь:
ты не такой.
И, скорее всего, таким становиться не хочешь.
Поэтому давай начнём с самого жёсткого:
божественность – это не удобство и не совершенство.
Это способность не капитулировать внутри,
когда жизнь делает всё, чтобы ты сдался.
1. Божественность – это не про «выше боли»
Вам часто продавали это так:
– «надо подняться над страданиями»,
– «нужно выйти из дуальности»,
– «нужно отпустить привязанности».
Звучит красиво.
На практике часто означает:
«перестань чувствовать то, что делаeт тебя настоящим».
Но божественность не отменяет:
боль,
смерть,
потери,
провалы,
одиночество,
старость,
расставания.
Божественность не выдаёт тебе броню,
в которой ничего не пробивает.
Божественность – это когда:
умирает близкий – и тебе всё так же больно,
но в этой боли ты не превращаешься в камень,
рушится то, во что ты вкладывал годы —
и ты проходишь через отчаяние,
но не делаешь из себя труп при жизни,
тебя не выбирают, бросают, предают —
и это режет,
но ты не снимаешь с себя ответственность за то, кем остаёшься.
Божественность – не «над болью».
Она – «в боли, но не под ней».
Не наверху, не внизу.
В самом сердце.
2. Не раб дуальности – не значит «вне мира»
Сознание, переставшее быть рабом дуальности,
не вылетает в космос и не отказывается от человеческого.
Оно остаётся в самых обычных вещах:
– в очереди в поликлинике,
– в разговоре с ребёнком,
– в увольнении,
– в постели,
– в супермаркете,
– в пустой комнате вечером.
Но перестаёт жить так,