Евгений Майоров – Жизнь с куклой (страница 4)
– Ну чего уставился, как в первый раз? Наливай уже.
– Да-да, конечно.
Я беру её за руки, вывожу из шкафчика и сажаю в кресло. Подкатываю небольшой стеклянный столик на колёсиках, достаю из серванта два рокс-бокала.
– Сейчас, сейчас всё будет, только за льдом сбегаю.
Ксюша заворачивает свой розовый сарафан, закидывает ногу на ногу так, что я замечаю её красные трусики в промежности, чарующе улыбаясь, отвечает мне:
– Давай, давай, Ромчик, ты же знаешь, я долго ждать не люблю.
Предпосылки.
Часть 1
Мы долго выбирали большой сосуд для Ксюши. Я не был уверен, что получится, но она настаивала, хотелось попробовать, запас денег позволял. Аж трое грузчиков с трудом затащили большой деревянный ящик на третий этаж, поставив посылку посреди комнаты, один из них попросил меня расписаться. Заказ был оплачен мною заранее, я просто поставил свою закорючку в бумажках и отпустил грузчиков. Усевшись в кресло, стал тревожно смотреть на ящик. Маленькая кукла Барби, сидевшая на подлокотнике, стала меня поторапливать:
– Давай уже открывай.
– Ксюх, подожди, дай моментом насладиться.
– Вот откроешь – и насладимся, не тормози, ну.
– А вдруг не получится?
– Всё получится, с маленькими же получалось, получится и с большой! Я уже со счёту сбилась, сколько тел сменила…
– Одиннадцать, если не ошибаюсь.
– Да неважно, давай уже, вскрывай этот долбаный ящик!
Похоже, что она была в предвкушении больше, чем я. Мы оба надеялись, что всё получится… Впервые, первый раз, когда мы должны были переспать с ней, первый раз, когда она должна была получить полноценное взрослое тело. Я пошёл в прихожую, открыл ящик: куча хлама и инструментов, пилы, болгарки, молотки, гвозди. Уже много раз я просил Марка забрать свои железки и освободить для меня шкафчики. Но он всё только обещал… Хорошо, что не забрал, некоторые инструменты оказались весьма кстати. Я достал небольшой ломик, вернулся в прихожую и вскрыл ящик. Кукла была надёжно упакована: цельное тело в мягкой выемке из поролона, пальцы рук и ног замотаны плёнкой, голова лежала отдельно, замотанная в пупырчатую плёнку, чтобы не повредилась. В качестве бонуса к кукле положили три парика разного цвета и длины, в отдельном пакетике лежал набор для чистки. Выбирая между силиконом и термопластичным эластомером, мы с Ксюшей всё же отдали предпочтение первому.
– Поднеси, поднеси меня скорее, я хочу посмотреть!
Я взял маленькую Ксюшу в руку и поднёс к лежавшему в ящике телу куклы.
– Ого-о! Ну и сиськи! На фотках они кажутся чуть меньше. Четвёртый всё-таки большой, говорила тебе, с третьим надо было брать!
– Ну, прости, мне эти показались прикольными.
– Так, ладно, давай, собирай её.
Я положил маленькую Ксюшу на подлокотник, с трудом вытащил тело силиконовой куклы из ящика и усадил её в кресло. Кукла весила 36 килограммов, но казалась довольно тяжёлой. Аккуратно достав голову, прикрутил её к телу. Нужно было выбрать парик и сделать небольшой макияж: тени, тушь и помаду я купил заранее.
– Ксюх, какой лучше парик? Какой тебе больше нравится? – Я достал из ящика три парика и показал ей.
– Хм, зелёный, чёрный, синий… Да они издеваются! Конечно, чёрный давай, хоть один цвет натуральный.
– Да, но это тёмно-чёрный, он не натуральный, такой цвет только при покраске можно получить.
– Давай чёрный, говорю. Всё, я выбрала.
– Хорошо, хорошо, как скажешь. Давай только сначала макияж сделаем.
Это был первый раз, когда я наносил ей макияж, ушло более получаса, мне казалось, что она уже уснула, но фигурка маленькой Ксюши сидела на подлокотнике кресла и терпеливо ожидала. Наконец, закончив, я взял её в руку и отошёл от тела силиконовой куклы на пару метров. Вытянул руку вперёд:
– Вот, всё, готово, смотри.
– Ну, неплохо, неплохо, думаю, со временем научишься ещё лучше.
Я смотрел на куклу: белая кожа, широкие бёдра, сиськи так и манили, чёрный парик и макияж, который я так долго ей наносил. Мой член начинал реагировать. До этого времени я так был увлечён процессом распаковки и нанесения макияжа, так волновался, что даже не понимал, не понимал, что этот момент вот-вот должен был наступить. Маленькая Ксюша прервала ход моих мыслей:
– Так, хорошо, всё, давай клади меня рядом с ней. Всё как и всегда.
– Слушай, по большому счёту это же будет наш первый раз.
– Значит, то, что ты дрочил раньше на меня сотни раз, – это не считается?
Я покраснел, но попытался себя как-то оправдать:
– Но… но ты же понимаешь, что это не полноценный секс… я… я просто… я же люблю тебя, ты же знаешь…
– Так, всё, лучше сосредоточься.
– А вдруг не получится?
– Всё получится, отбрось все мысли и сосредоточься.
– Хорошо-хорошо, я понял.
Встав на колени перед двумя телами, сидевшими в мягком кресле: маленькая кукла «Барби» и большая силиконовая секс-кукла, – закрыв глаза, я сложил руки в молитве, успокоился, замедлил дыхание и произнёс:
– О, душа, что томится в этой маленькой кукле, прими же своё новое вместилище – это тело я преподношу тебе. Прими его в дар, вселись в него, ощути новую плоть и дай жизнь этому телу.
Молитва не всегда была такой, с годами я её изменял, доводя до совершенства. Чем лучше ритуал – тем быстрее Ксюша переселялась в новые тела. Но куклы были маленькими, а эта большая, я действительно волновался, что могло не получиться… Но всё получилось, у нас получилось! Через минуту я открыл глаза… Передо мной сидела Ксюша… большая Ксюша, полностью нагая, она поглаживала себя по ноге, подмигнув мне, поманила указательным пальцем:
– Всё, мой дорогой, всё получилось, иди ко мне.
После этого ритуал больше не требовался, Ксюша сама могла перемещаться между телами маленькой и большой куклы, если они находились в одной комнате.
Нам было так хорошо, наш первый раз, это гораздо-гораздо лучше, чем секс с обычными женщинами! Мы с Ксюшей хотели бы провести так вечность. Но тем вечером в гости должен был прийти Марк – мой бывший коллега, мы оба попали под сокращение около года назад. Я за это время уже успел сменить две работы, а Марк перебивался мелкими подработками, сдавая мне в аренду одну из своих квартир. Человек, который почему-то считал себя моим другом. Ближе к вечеру я спрятал большое тело Ксюши в шкафу-купе, закрыв его на ключ, маленькую же Ксюшу оставил на кресле, прикрыл дверь в комнату и стал готовиться к приходу Марка.
Было начало одиннадцатого, уже третий час он сидел на моих ушах, которые давным-давно свернулись в трубочку от его нытья и причитаний. Обычно за арендную плату я рассчитывался безналичным расчётом, Марк приходил в гости за наличкой, когда у него что-то случалось, когда ему нужно было найти свободные уши, чтобы пожаловаться на свои проблемы. Это был как раз такой вечер. Уж лучше бы я провёл это время в объятиях Ксюши, чем выслушивал его жалобы и пустую болтовню. Мы были разных взглядов на жизнь, я считал Марка лицемером… в крайнем случае просто ленивым зомбированным идиотом. Не знаю и знать не хочу, что случилось с его матерью, но отец у него был при деньгах. Жил во Франции, поставлял вино в Россию, неоднократно говорил сыну перебираться в Европу и вместе заниматься бизнесом, но нет. Марк был патриотом своей страны, он искренне верил, что солдаты НАТО стоят у наших границ, что надо жить и работать на родине, он даже умудрялся осуждать отца, который восемь лет назад переехал за границу, чтобы развивать свой бизнес. Марк осуждал своего отца, который купил ему три квартиры: две однокомнатных и одну двухкомнатную. В двухкомнатной он жил с женой и годовалой дочкой, одну квартиру сдавал мне, а в другую при удобном случае водил любовниц, когда их не было, тоже сдавал однушку в аренду, чаще посуточно. В своих глазах Марк всегда мог себя оправдать, ссылаясь на то, что после родов Лариса, его жена, стала редко заниматься с ним сексом. Мне было начхать на его личную жизнь, на его проблемы и дела, но я вынужден был всё это выслушивать, ведь, как бывшему коллеге, он сдавал мне квартиру по низкой цене: пятнадцать тысяч в месяц. По крайней мере, хоть чипсы с пивом принёс на этот раз. Хотя и пивом это пойло было трудно назвать: четыре полторашки нефильтрованного, такие на нашем районе стоили около ста двадцати рублей. Но от этого дерьма мне было проще слушать Марка, главное – сдерживать себя и не ляпнуть лишнего. Разговоры о политике продолжались, Марк осуждал оппозиционеров:
– Этот Новиков точно из америкосов… ну или из Европы, говорю тебе, проплаченный, если не из Европы, то как минимум хохол, точно тебе говорю, хохлы ему платят! Они всех нас ненавидят, нас – русских! А эти дебилы подписываются на него, сколько там уже, более пяти миллионов на его канале, и ведь не переубедить их.
– Но ведь он правду говорит, документы все показывает, выписки. Судя по отчётам, чиновники воруют в масштабах всей страны.
– Ой, да прекрати. Кто сейчас не ворует?
– То есть ты признаёшь, что это нормально?
– Нет, я не признаю. Просто липовые все эти справки, документы, что он там показывает. Да, может, и воруют, а где не воруют?! Вон в Европе, отец говорит, тоже воруют, хохлы вообще больше всех воруют, бандеровцы. А эти америкосы – вообще гомосеки, лесбухи да феминистки. Ромчик, ты пойми, у нас страна – как последний оплот здравомыслия и стабильности.