Евгений Лыков – Я назову её — Земля (страница 35)

Младший устало проговорил: — Прости меня брат. То, во что ты превратился... Это моя вина.

— Не нужны мне твои оправдания! Просто... Когда она довольна, она делится силой. Невероятной силой. Дэвы закостенели в своих традициях. Перестали развиваться. Вы сидите в своих ковчегах как в норах! И в тот бред про равновесие, законы вселенной, который вам вдалбливают с рождения, вы верите! Вы исполняете всякую прихоть разумных, о чём бы они ни попросили! Вы служите им! Хотя должно быть наоборот. Низшие должны служить высшим! И исполнять любые их желания! Потому что они высшие! Мы высшие! Нам всегда врали! А мы могли бы, имели право быть богами для этих животных!

— Это называется ответственность, Сат. Сила и власть дается тому, кто не позволяет им превратиться во вседозволенность, — голос Яра ослабел, каждое слово давалось с трудом. Но Сат его не слушал.

— Ты думаешь, что ты сам решил стать демиургом. И я когда-то в это верил! И это тоже ложь! Ложь, которой нас кормят с детства! Нет никакого выбора! Всё решили за нас! Ты не мог стать архангелом, даже если бы очень захотел, потому что у тебя нет способностей для этого! У вас нет никакого выбора! У низших есть, а у вас нет! И кто после этого низший? Нам с детства говорили, что мы обязаны подчиняться каким-то законам. Это ложь! Мы ничего и никому не обязаны. Мы высшие! Как вы этого не поймёте?! Вы построили себе клетки из дурацких законов и боитесь высунуть головы из этих решёток. А Тьма не соблюдает никаких законов. Потому что она сама — закон. Ей плевать на равновесие, потому что там, где она царствует, нет никакого равновесия. И своим помощникам она позволяет делать всё. Всё, что хочется! Хочешь разрушать планеты? Пожалуйста! Убить в одно мгновение миллиарды? Да! Повелевать цивилизациями! Быть для них богом! Всё это она приветствует! И дает огромную силу. Дэвы такую силу даже представить не могут. А своим адептам она даёт эту силу. Но, чтобы быть другом тьмы, нужно её кормить. В принципе, ей сгодился бы любой дэв. Но тебя поймать было проще всего.

Яр слабо рассмеялся: — А что будет, если ты не накормишь её? Она тебя накажет? Отберёт силу? Так кто ты ей? Друг или раб?

— Смейся, братик. Пока можешь. А я понаблюдаю. Как тебя будут высасывать. Давно об этом мечтал. Да и вообще, обожаю это зрелище.

Затем, словно вспомнив что-то, с видимым удовольствием сказал: — Да, забыл сказать, мои арахниды обнаружили твоих любимцев. Прямо сейчас они загоняют всё их племя, как дичь на охоте. Да, я высадил своих паучков на острове, где ты их спрятал от меня. И очень скоро им придёт конец. А ведь Ас тебя предупреждал на мой счёт. Но ты ему не поверил. «Этого не может быть. Он мой брат, я его всю жизнь знаю!» Получается, ты меня совсем не знаешь. Нужно было поверить своему приятелю. Может, тогда он остался бы жив? Хотя о чём это я? Они же всё равно умрут. Пусть от старости, но умрут. Я просто не смог отказать себе в удовольствии сделать это более... Как бы это сказать? Зрелищно. Да, подходящее слово — зрелищно. Да, это будет настоящее представление. А потом, когда я их истреблю, а ты отправишься на бесконечный ужин, я заберу твой мир себе. Он мне очень понравился. Твои зверушки такие смешные. И такие слабые. Ты ведь уже знаешь, что я периодически навещаю твоих двуногих. Некоторые из них считают меня богом! Представляешь, они называют меня — Сатана! Тупые твари! Исковеркали моё имя. Приносят мне в жертву своих врагов. А иногда и соплеменников. Молятся мне. Просят, чтобы я помогал им убивать врагов. Но ты же знаешь, мы обязаны исполнять просьбы разумных. Ха-ха. Хотя... Не скажу, что мне это не нравится.

Сказав это, Сат захохотал всё тем же каркающим смехом.

2

Лея предусмотрительно вышла из портала на некотором расстоянии от обнаруженного Сата, ожидая от него любой пакости, и сразу же увидела Яра, безвольное тело которого, погружалось в чернильную бездну. Она, не мешкая, тут же отправила сообщение отцу: «Я нашла Яра».

Едва Сат увидел её, его лицо исказила злобная ухмылка. — Сегодня мне просто везёт. Такой отличный улов.

Первой мыслью девушки было — ударить в ухмыляющуюся рожу Сата мощным пучком энергии, пока тот не ударил первым.

Но, посмотрев на побелевшего Яра, приняла другое решение. Лея понимала, что она не архангел и в схватке с Сатом не выстоит и минуты, поэтому она не стала бить Падшего. Она сделала то, что подсказало ей чутьё. В одно мгновение девушка сгенерировала самый мощный выплеск энергии, на который была способна, вложив в него все свои силы, все счастливые воспоминания, всю свою любовь, выдавила из себя последние крохи без остатка и направила этот силовой сгусток Яру. Каркающий смех Сата она услышала, уже теряя сознание: — Дура, и чего ты добилась этим?

Появившийся мгновением позже рядом с девушкой Зеус отразил удар чёрной молнии, направленный в неё. В тот же момент, рядом с ними из портала вышел Свар и своими глазами увидел то, во что никогда бы не поверил, если бы не увидел сам: выплеск энергии Леи достиг Яра, и тот вспыхнул, будто звезда. В мозгу старого демиурга раздался страшный, оглушающий вой. Тьма получила такое количество светлой и чистой энергии, которое просто не смогла переварить. Извивающиеся чёрные щупальца вспыхнули, задёргались в конвульсиях, но ещё более судорожно вцепились в своего узника.

А Яр, неожиданно получивший порцию сил, уже пришёл в себя. И первое, что он увидел, — спину брата в нескольких метрах от себя. Моментально, не теряя драгоценных мгновений, повинуясь скорее наитию, чем рассудку, он выпустил из себя силовые жгуты и сделал первое, что пришло на ум, — обхватил ими Сата. Тот почувствовал, что сзади его схватили и тянут назад, и инстинктивно стал вырываться. Попытался телепортироваться, но не смог, жгуты сработали как якорные канаты. Попробовал улететь, но Яр ещё плотнее опутал его жгутами. В панике Сат стал ещё сильнее вырываться, дёргаясь во все стороны. И, наконец, с хриплым воплем вырвал Яра из объятий тьмы. Как только Свар увидел, что младший сын свободен, он ухватил всех троих, заключив в силовой кокон, и мгновенно переместился вместе с ними в главный зал ковчега. Выстрелившие из тумана вслед за ускользнувшей добычей чернильные щупальца поймали лишь пустоту и космический холод.

Уже в ковчеге Свара очнувшаяся, но очень слабая Лея обнаружила, что она лежит на полу главного зала. Её голова покоится на колене мужа, и Яр ласково гладит её волосы. Ей всегда нравилось, когда он гладит её своими сильными и в то же время мягкими пальцами по волосам.

По сигналу Зеуса в ковчег прибыл отряд архангелов, и двое воинов уже держали Сата за руки. Что, впрочем, нисколько не мешало ему орать на неё, брызгая слюной и вращая глазами: — Что ты такое сделала? Это невозможно! Как ты смогла! Никому ещё не удавалось победить Тьму! Что ты сделала?!

Зеус повелительным жестом пресёк словесные излияния адепта тьмы, приказал архангелам увести арестованного. Свар посмотрел как воины уводят того, кто когда-то был его сыном, и ответил на вопрос, заданный Падшим: — Она сделала то, чего так давно не хватало нашему народу. Она подарила нам надежду.

Лея непонимающе взглянула на него: — Надежду на что?

— Надежду на возвращение наших братьев и сестёр из плена Тьмы. Ты сделала то, что не удавалось ещё никому. Ты спасла дэва из тёмного тумана. Ты показала всем нам, что Тьма уязвима. Что её можно победить.

Глава 19. Возвращение домой.

1

Сата увели архангелы, не обращая внимания на его крики и проклятия. Его, как и всех Падших до него, ждал Тартар. Вечное заточение в древней мрачной тюрьме, в компании таких же, как он. Отец руководил отправкой, раздавал указания, делая вид, что у него всё под контролем. Но Яр прекрасно понимал, как тяжело даётся Свару это создание видимости рабочей обстановки. Да и не только он. Все близкие чувствовали, насколько подавлен старый демиург. Но Свар всегда оставался Сваром, и ни один мускул на лице не выдавал окружающим, какая буря бушевала у него в душе и каких усилий стоило ему внешнее спокойствие.

Яр помогал целителям перенести Лею в медицинский зал, когда к нему подошла мама.

— Как ты, сынок?

Ладе необязательно было задавать этот вопрос. Великой провидице были открыты души всех живущих. И только души Падших, не живых и не мёртвых одновременно, были для неё наглухо закрыты. Поэтому и не разглядела она, кем стал её второй сын. А может быть, всему виной слепая материнская любовь. В то же время младшего, Яра, она видела насквозь, но ей хотелось услышать его собственный ответ. Без всяких сверх- и суперспособностей. Просто поговорить, как мать и сын. Как в давние времена.

— Я в порядке, мам. Теперь точно в порядке. Только Лея вот...

— Лея поправится. Обязательно поправится. Нужно время.

Яр задумался на секунду, затем произнес: — Когда я был там... Тьма... Она пыталась меня обратить. Чтобы я стал как Сат.

— Я знаю.

— Я слышал твой голос. Это ты помешала ей? И она не смогла.

— Нет сынок. Это ты. Ты не позволил Тьме завладеть тобой. Она обнаружила в тебе то, что не в силах вынести. То, что закрыло тебя лучшим в мире щитом.

— Что это?

— Это любовь. Тьма не выносит ее. Огонь в твоем сердце сжег последние следы Тьмы. Это ты прогнал ее. А я... Я всего лишь напомнила тебе о нас. О том, что ты не один.