Евгений Леонов – Тайна Кораллового города (страница 16)

– Неужели решились на сегодняшнюю ночь? – ахнул Гастон и прикрыл ладонью рот.

– Да, всё случится сегодня, – Сюркуф кивнул, прищурив глаза. – Теперь ступай и приготовь мой адмиральский мундир. Детали обсудим позже.

– Господин, ещё нужно поговорить про очередную партию «Утренней звезды». Она задерживается с прибытием, потому что…

– Тихо! Старый дурак! – зашипел мышак и замахал лапами. – Нашёл место и время! Не мешкай, иди, мне надо обсудить кое-что с нашими гостями.

Когда за слугой закрылась дверь, Сюркуф быстро успокоился и вежливо спросил хмурого пирата:

– Гунтур, желаешь ли чая или кофе?

– Желаю поговорить о делах, – ответил тот.

– Правильно! Нет ничего лучше, чем узнать правду, – француз хлопнул в ладоши и уселся в кресло во главе стола. – Скажи мне, друг Гунтур, отчего ты так зол на меня? Ты говорил, что есть причина.

– Есть причина, – кивнул пират, усаживаясь напротив Сюркуфа. – Я слышал от других капитанов, которых ты нанимал для поручений, что они несут много потерь среди моряков. Похоже, ты специально даёшь самые опасные задания и не сообщаешь всех подробностей. От незнания гибнут наши товарищи, а ты экономишь деньги!

– У пиратов опасная работа, разве не так? – заёрзал Сюркуф.

– Опасная, но не безрассудная. Для тебя эти моряки – никто, а для нас – соседи, друзья, родичи, – лапы Гунтура сжались в кулаки. – Я тебя раскусил. Ты скрываешь важные детали, ведь иначе капитан не согласится на твою цену. А потом удерживаешь часть денег, потому что моряков вернулось меньше и кое-кто не нуждается в оплате. Ты мошенник, Сюркуф!

– Но-но, я бы попросил! – мышак попытался спрятать страх за показной злостью. – Это серьёзное обвинение, Гунтур.

– Готов ответить за свои слова! И другие капитаны тоже. Если продолжишь в том же духе, никто из нас больше не будет работать с тобой. Мы так решили. Дальше думай сам.

– Ладно, – Сюркуф поднял ладони в жесте примирения. – Что было, то было. Только несправедливо обвинять меня в гибели каждого моряка, не вернувшегося из плавания. Есть же не зависящие от меня причины. Например, штормы, болезни, морские чудовища.

– Не все погибшие в море на твоей совести, – согласился Гунтур. – Хотя каждый капитан может привести факты, когда именно твой умысел привёл к трагедии.

– Хорошо, Гунтур, я всё понял, – закивал Сюркуф. – Давай так. Чтобы унять твою боль, я куплю этого пленника по любой цене, которую назовёшь. И ты получишь для своей команды простое задание, за которое я заплачу вдвое больше обычного. Что скажешь?

Гунтур подумал с минуту, а потом кивнул:

– Ещё заплатишь на каждого погибшего моряка единоразовую компенсацию. Список есть у капитана Коразола.

– Без ножа режешь! – схватился за голову Сюркуф. – Меня же акционеры съедят прямо с шерстью! Как я обосную им дополнительные расходы?!

– Это твои проблемы! Сам думай, что им скажешь. Пойми, у моряков остались жёны и дети. Они осиротели.

– Да чтоб тебя морской дьявол забрал! – брякнул в сердцах Сюркуф. – Ладно, твоя взяла. Заплачу всем компенсацию.

– А пленник?

– И его куплю. Доставай бумаги, – Сюркуф, ещё пылая ушами от злости, полез под стол и достал оттуда небольшой сундучок. – Купчую сделаем в упрощённой форме. Согласен? Дикарь без особых талантов, не будем страховать сделку.

Гунтур не возражал. Вот так документы о рабстве Мауи перешли из лап в лапы, деньги перекочевали в обратную сторону, а несчастного рыбака никто не спросил – его продали как бессловесную вещь.

– К вечеру собирай своих ребят, – приказал Сюркуф. – Есть для вас несложное, но ответственное поручение. Ты можешь пообедать, а после поговорим о деталях.

– Ещё кое-что, – Гунтур достал из заплечного мешка крис и положил на стол. Сердце рыбака защемило, и он едва удержался, чтобы не броситься вперёд и не схватить отцовское оружие.

– О, Гунтур, что же ты не начал с него! – воскликнул Сюркуф. – Отличная работа, туземный колорит. Покупаю без всякого торга. Отличное прибавление в мою коллекцию.

Он достал из сундучка ещё пригоршню монет и отдал пирату.

Покончив с обменом, Сюркуф обратился к пленнику. После спора с Гунтуром он совершенно успокоился, и прежний ехидный вид вернулся к нему.

– Что ж, отныне ты мой раб! Как там тебя зовут? Я забыл.

– Мауи, рыбак с острова Араутака.

– Ах, Араутака! Прекрасное место! – воскликнул Сюркуф. – Как я люблю тропические острова. В моём родном городе Сен-Мало на побережье Атлантического океана всё по-другому. Знал бы ты, какие там отливы! Вода совершенно уходит, заставляя яхты лечь на дно.

Мауи неуверенно кивнул, не понимая, куда клонит француз.

– Ты, конечно, хотел бы вернуться домой? И поскорее? – уточнил Сюркуф.

– А как же! – согласился Мауи, впрочем, уже не надеясь, что его просто так отпустят.

– Выслушай моё предложение. Мне понадобится твоя помощь в деле, которое я хочу провернуть сегодня ночью. Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Честная сделка! Приходилось ли тебе бывать в Коралловом городе? Разумеется, нет. Вас туда не пускают. Матриарх Вирсавия и богатейшие граждане считают, что островитянам не место внутри городских стен. Вы им привозите пищу – и они охотно её берут. А потом дают вам от ворот поворот. Правильно я говорю?

– Так, – кивнул Мауи. – Я ни разу там не был. Слышал только дядин рассказ.

– Вот видишь, – Сюркуф театрально развёл лапами. – Вы для них чужие. Мыши второго сорта. А мне довелось однажды там побывать. Торговый дом отправил делегацию для установления деловых отношений.

За городскими стенами нам открылись богатые улицы с тенистыми двориками, которые накрывают тканью от палящего солнца. Там проводят дни зажиточные граждане, чиновники, купцы, окружённые заботой своих слуг. Всюду дорогие статуи. Да что там! Они вмуровывают жемчуг в мостовую и стены домов. Как тебе такое? Впору Коралловый город переименовать в Жемчужный. Словом, денег у них девать некуда.

Мауи качал головой, слушая удивительный рассказ. В его душе заворочался червь сомнения. Почему горожане требуют столь великую дань каждый год, если у самих ломятся закрома? Лучше бы рыбаки оставили припасы себе. Штормы и наводнения сокрушают мышиные дома и рыбьи заводи. Их чинят всем миром, а потом приходят мытари и требуют оброк. Несчастья племени для них пустой звук. Как прожить рыбаку? В море его поджидают пираты, а на суше – местные чиновники-кровопийцы. 27 28

– Пришло время восстановить справедливость! – провозгласил Сюркуф. – Отомстим богачам за прошлые обиды и заберем то, что причитается нам по праву. Ты со мной?

От неожиданного вопроса Мауи растерялся.

– Чего ты от меня хочешь? – спотыкаясь, спросил он.

– У Города удобная гавань, но просто так туда не попасть. Два мола защищают её от незваных гостей, словно обнимая лапами. На них оборонительные башни «Слон» и «Тигр». Когда нет войны, огни на башнях указывают путь кораблям. Между молами крепкие ворота. Их на ночь запирают.

На башнях дежурит стража. Но есть кое-что похуже: крабовая кавалерия. Да, крабов там дрессируют как ездовых животных. Они ловко бегают, неся на спине двух седоков.

Словом, башни хорошо защищены, а их защитники могут надеяться на подкрепление. Наш единственный шанс – это внезапная атака! После захвата «Слона» и «Тигра» мы откроем ворота, и десантные суда войдут в порт.

– Как же я могу помочь? – Мауи развёл лапами в недоумении. – Я не воин.

– Зато у тебя есть эти рисунки на шерсти, – кивнул Сюркуф. Его распирала гордость за самого себя, и не терпелось поважничать перед дочерью и Гунтуром. – Вот послушай мой хитроумный замысел! Два каноэ ночью подойдут к молам. Ты и твои сородичи сядете первыми, а мы за вами. Стража увидит рисунки на ваших мордах и примет вас за ополченцев, которые задержались в пути и не успели добраться в Город засветло. Тут-то мои славные парни выскочат из лодок и повяжут гарнизон. А потом отпустим вас по домам. Ну как, согласен?

Сзади зашипел Гунтур:

– Соглашайся, дурак! Сегодня же будешь дома!

Мауи мешкал с ответом. Говорил Сюркуф складно, и предложение выглядело разумным, но…

Богачи Кораллового города – кто они для Мауи? Обуза? Нахлебники? Мучители? Или же родичи, которым в жизни повезло немного больше?

Да, они собирают налоги, порой отнимают силой. Зато обменивают собранное на заморские товары. Кое-что перепадает и рыбакам. Уже который год им обещают открыть школу – и однажды непременно откроют. А самое главное – они молятся великому Тангароа о процветании мышиных племён. Как прожить без жрецов? Бог разгневается и пошлёт ураган, который смоет деревню Мауи.

Да, Город берёт много, но и даёт немало. Он часть родного атолла, а эти пираты – стервятники моря – прибыли сюда пограбить, поживиться чужим добром. А ещё прикрываются напыщенными словами о справедливости! Если пустить их в Коралловый город, то они не принесут ничего, кроме убийств, слёз и разорения.

– Послушай меня, ты, меховой мешок! – Мауи, наконец, разобрала злость на двуличного француза. – Думал, раз я неграмотный рыбак, а ты образованный, то обманешь меня в два счёта? Думал, я отдам мой собственный народ в твои жадные лапы? Убирался бы ты восвояси на своей плавучей помойке!

Уши Сюркуфа покраснели от ярости, рот задёргался.

– Вивьен! – он взвизгнул так громко, что девушка подпрыгнула в кресле. – Сведёшь эту дикарскую морду в тюрьму, в компанию к той мыши-гордячке. Пусть вместе посидят и подумают над своими словами. И без него справимся!