Евгений Лебедев – Реджиста (страница 4)

— Джина, извини, но у меня сейчас мочевой лопнет, — перебил я поток слов одиннадцатилетней сестры, и вырвавшись из объятий, юркнул в уборную, на ходу добавляя, — за завтраком всё расскажу. — Хотя, что мне рассказывать? Я сам толком ничего не знаю. Очнулся посреди дороги и через пяток минут моё сознание отключилось.

Я так спешил к унитазу, что забыл прикрыть дверь. Когда счёт идёт на секунды, уже не до стеснения. Открыв крышку толчка, с блаженным видом спустил скопившуюся за ночь ненужную организму жидкость. «Какой же это кайф! И жить сразу стало легче» — подумал я, нажимая на сливной рычаг старенького бачка.

Оглядев совмещённую ванную комнату, я искренне поразился тому в каком убогом состоянии она находится, как, впрочем, и вся квартира. Запаха ремонта тут не было давно.

Помыв руки, уставился в небольшое овальное зеркало, висящее над раковиной. Выглядел я немного старше своего биологического возраста. Мне смело можно было дать лет девятнадцать-двадцать. Ну что сказать о себе новом? В зеркале отразилось молодое красивое лицо, созданное сводить женщин с ума и покрытое безупречным загаром. Небольшая щетина и малозаметный шрам на левой щеке придавали ему мужественности, а его глубокие голубые глаза смотрели пронзительным взглядом уверенного в себе человека. Причёски как таковой не было. Я ополоснул лицо и мокрыми руками уложил светло-русые волнистые волосы средней длины назад. Затем широко открыв рот, внимательно осмотрел идеально ровные белые зубы. В общем, внешностью я остался доволен, как и спортивным телосложением, приближённым к идеальному. Спасибо Джованни, что несмотря на свой паразитический образ жизни, ты не забывал заходить в тренажёрный зал и брать уроки бокса у дяди своего лучшего друга Тони. Стоило мне подумать о своём росте, как в подсознании моментально всплыла нужная информация — метр семьдесят девять.

— Ты ещё долго будешь любоваться собой, красавчик? — услышал насмешливый голос Джины. — Я так в школу опоздаю.

Повернув голову, увидел довольное лицо сестры. Прислонившись плечом к дверному косяку, она накручивала длинный локон своих тёмных волос и добродушно улыбалась.

— Извини, малая, конечно проходи, — с улыбкой ответил я и, выходя из туалета, легонько потрепал её мягкие волосы на затылке.

Судя по звону посуды бабуля уже суетилась на кухне. Заглянув туда, удивился её маленьким размерам. В дальнем углу возле окна гудел небольшой старенький холодильник. В центре стоял средних размеров круглый стол, накрытый светло-зелёной скатертью. Шаг вправо, шаг влево от него — вот и всё пространство кухни. Зато в квартире были высокие потолки. Попытался достать его рукой и даже встал на носочки, но не хватило каких-то считанных сантиметров.

— Джио, — так звали меня родные. — Завтракать будешь? — спросила бабушка, ставя на стол большую тарелку с аппетитными на вид круассанами. Увидев эту красоту, я чуть слюной не подавился.

— Обязательно, бабуль. Только штаны надену. А то дома как-то прохладно.

«Интересно, почему такая видная и статная женщина живёт одна?» — покидая кухню, неожиданно прилетела ко мне мысль. Но тут же память Джованни подсказала, что у неё имеется «тайный» друг сердца, муж её покойной подруги, скончавшейся почти десять лет назад. Его зовут синьор Сержио. Свои отношения они особо не афишируют и встречаются на его территории. Но несколько раз он заходил к нам в гости. Вроде, дядька он неплохой. Знаю, что он бывший военный, всю жизнь отдал службе на флоте и сейчас работает на китайском торговом судне, поставляющем в наш порт товары из Азии.

Спустя двадцать минут, откинувшись на спинку стула, я поглаживал свой выпирающий живот, мысленно ругая себя за прожорливость. Из-за сильного чувства голода я не смог устоять перед вкусняшками. Рассудок просто выключился. Сам не понял, как умудрился влить в себя две большие кружки какао с молоком, а также схомячить пару бутербродов с ветчиной и пять огромных круассанов с шоколадной начинкой, чем изрядно удивил своих родных. Давно я так не объедался. В прошлой жизни мог себе позволить такое только находясь в отпуске и то нечасто.

Минуту назад сестрёнка ушла в школу. Она практически весь завтрак не замолкала. Сначала рассказывала о том, как Большой Вито, Тони и Пино принесли меня домой, как их ругала бабушка, как в подъезде шушукалась с Пино, пытаясь выведать у него подробности дорожной аварии. Потом она делилась школьными новостями и в конце высказала недовольство своим стареньким мобильным телефоном, который, как она выразилась: «В последнее время он постоянно глючит. И вообще, модель уже устаревшая и мне стыдно с ним ходить». На самом деле, она разводила меня на покупку нового мобильника, так как знала, что деньги у меня водились и я мог позволить себе такую покупку. Пришлось пообещать этой маленькой вымогательнице подумать над этим вопросом.

— Даже не вздумай покупать ей новый мобильник, — бабушка, проводившая Джину в школу, обратилась ко мне. — Нормальный у неё телефон. Звонит и это главное. Зачем ты её балуешь? Как по мне, рановато ей ещё носить дорогие телефоны. Не дай бог ещё разобьёт или потеряет.

— Бабуль, да всё нормально, — возразил я, запихивая в себя последний кусочек выпечки и, быстро прожевав, продолжил. — Куплю ей бюджетный вариант. Тем более у неё через месяц днюха. Так что нам по любому пришлось бы покупать ей подарок.

— Ладно, только не дорогой, — согласилась с доводами родственница и, забрав со стола грязную посуду, с улыбкой спросила. — Наелся? А то доедал бы оставшуюся выпечку. Я на ужин твою любимую пиццу приготовлю.

— Не, бабуль. Не соблазняй, — посмотрел я на тарелку с двумя аппетитными круассанами. — Я уже не осилю. Да и вообще, с завтрашнего дня начну следить за питанием. Хочу профессионально спортом заняться.

— Боксом что ли? — спросила она и, включив воду, начала мыть посуду.

— Нет, не угадала. Футболом, — с улыбкой заявил я, тарабаня пальцами по столешнице.

Женщина выключила воду и, вытерев руки об полотенце, присела на ближайший стул и с удивлённым выражением лица уточнила:

— Футболом⁈ Я не ослышалась⁈

Я смотрел на изумлённую бабушку, улыбаясь во все тридцать два зуба и слегка кивая головой, как бы подтверждая этим жестом свои слова. Секунд десять она молча не сводила с меня глаз. В какой-то момент мне показалось, что она смотрит на меня с откровенным подозрением, словно увидела во мне чужого человека, и скоро из её уст я услышу резонный вопрос: «Где мой внук?». В эти секунды я подумал, что не надо было спешить со своими заявлениями. Но после того как на её лице появилась милая улыбка, я с облегчением выдохнул и расслабился.

— Что-то я раньше не замечала за тобой особой любви к этой игре, — продолжила она. — Да и не поздновато ли ты начинаешь? Дети вон с юных лет занимаются и не каждый из них становится футболистом. Ты точно этого хочешь?

— Да. У меня всё получится. Я в этом уверен. Но поговорить я хотел о другом…

Если бы не бабушкина работа, то мы могли болтать до самого обеда. Но время поджимало, ей нужно было бежать в свою прачечную, которую она открыла неподалёку от площади Данте. Раньше там была химчистка. Бывшие её владельцы, пожилые братья Эспозито, передали помещение за чисто символическую арендную плату. С тех пор уже прошло восемь лет. Братья умерли, но бабуля продолжила свой бизнес, платя за аренду их наследникам. Бабушка в молодости работала в ателье и умела шить, так что её прачечная предлагала ещё услугу по починке одежды. Она всегда говорила: «Здесь, в Неаполе, очень много пожилых мужчин и всем им нужно постирать, погладить и зашить. Поэтому мой маленький бизнес никогда не умрёт». Больших денег она не зарабатывала, но на жизнь всегда хватало. Правда, четыре года назад, после смерти матери Джованни, семья ощутила нехватку финансов. Ситуацию исправил Джанни, начавший в пятнадцать лет неплохо зарабатывать на продажи албанской «дури», не забывая подкидывать деньжат бабушке, а также обеспечивая себя и сестру всем необходимым.

Вместе с бабушкой Лаурой трудились наёмные рабочие из Перу — семейная пара и их старшая двадцатилетняя дочь, толстушка Аламеда с грудью четвёртого размера, с которой у Джованни периодически был секс за деньги. Всех всё устраивало: Джанни удовлетворял свои подростковые потребности, а девушка была счастлива от внимания красивого парня и стабильного пополнения бюджета семьи эмигрантов. Но в один неподходящий момент поздно вечером их застукали в прачечной. Парень так «раскочегарился», что не услышал, как его бабушка неожиданно вернулась на работу и застала его с голой задницей. Она не стала поднимать скандал. Хорошенько отругала внука и поговорила по душам с Аламедой, у которой в скором времени поднялась заработная плата. На этом дело было замято, и родители перуанки так ничего и не узнали.

— Всё, Джио. Я побежала. Вечером ещё пообщаемся. Как же я рада за тебя. Даже не верится, что ты взялся за ум, — сказала она, крепко меня обнимая и целуя в щеку.

Бабушка покинула квартиру и бодро понеслась по ступенькам, а я, прикрыв дверь, побрёл в свою комнату. Прилёг на кровать и сам того не заметил, как уснул. Разбудил меня громкий телефонный звонок. Мобильник, словно пританцовывая, весело вибрировал по поверхности прикроватной тумбочки. На всю комнату звучал модный рингтон песни «Right Round». Джованни обожал этот сингл рэпера Флоу Райды и певицы Кеши, и знал его текст наизусть.