Евгений Лебедев – Обратный отсчет (страница 5)

— Обязательно передам. До встречи на Мальорке.

Мы крепко обнялись, после чего я проводил его до открытых дверей автобуса. Двери закрылись, автобус аккуратно развернулся и покатил в сторону аэропорта. Там команду ждал чартер, организованный нашим правительством. Пять с половиной часов, и они уже будут в Москве. Надеюсь, в аэропорту их встретят многочисленные фанаты с плакатами и баннерами и организуют им тёплый и радужный приём. Ведь мы находимся в одном шаге от выхода на Олимпиаду, куда не попадали аж с 1988 года. А это почти двадцать лет. В истории России такого ещё точно не было.

Проводив автобус с командой, я посмотрел на время. До моего рейса оставалось ещё около четырёх часов. Я вернулся в номер, принял контрастный душ, чтобы взбодриться и избавить организм от остатков хмеля, завалился на кровать и задумался. Мне нужно было побыть наедине со своими мыслями и прийти к какому-то решению. И чем больше я думал, тем становилось всё хреновей и хреновей. Перед глазами постоянно стояла картинка запотевшего зеркала, на котором была отображена дата — 23 августа. Скорее всего, это дата моей смерти.

В какой-то момент я не смог сдержать эмоции и громко закричал:

— Сука!!! За что⁈… За что это мне всё⁈… Что я сделал плохого⁈… Ответь мне! Ты слышишь меня⁈ Ответь!

Я обращался к Высшим силам, но так и не получил никакого ответа.

Уже не было сил орать. Я лежал на кровати, уставившись в белоснежный потолок. В голове крутилась лишь одна мысль: «Как жить дальше?». И я не мог найти ответа на этот вопрос. Непроизвольно потекли слёзы, и через некоторое время я разрыдался и погрузился в глубокую прострацию.

Одно дело понимать, что мы не вечны и рано или поздно уйдем в мир иной, и совсем другое — знать точную дату своей скорой смерти. Это было очень больно и жестоко…

Меня разбудил звонок моего мобильного телефона. Это был мой друг Дюша. Я долго не отвечал на звонок, но он продолжал настойчиво звонить. После третьего звонка я не выдержал, сглотнул слюну и поднёс телефон к уху, нажав на кнопку.

— Здорово, чемпион! Ты чё там усрался? Звоню тебе, звоню, а ты трубку не берёшь. Чё за фигня? — безбожно картавил некоторые слова Ещенко.

Услышав его весёлый, жизнерадостный голос, я слегка улыбнулся.

— Привет, картавый! Был в душе и не слышал звонка. Скоро начну собираться в аэропорт. Что ты хотел?

— Ну ты и собакин! Во-первых, я не картавый, а человек, который уважает букву «эр», а во-вторых, хочу тебя поздравить с победой. Саму игру не смотрел, только обзор по новостям. Но ты просто красавчик. Вышел в нужный момент и сделал результат. Кстати, привет тебе от пацанов и многих сотрудников команды. Они говорят, что весной ждут тебя в команде. Нужно выручать нас и Палыча. Ты же знаешь, какая критика собралась вокруг команды?

— Слышал, конечно. Об этом даже английская королева за завтраком говорит со своей семьёй, — решил я немного пошутить.

— Хорош гнать. Сдались мы этой старухе и её семейству, — хихикнул Дюша. — Сам-то ты как? Какие планы? К свадьбе готов?

— Бывало и лучше. А насчёт свадьбы я не переживаю. Там Ленок с Олей и мамой всем заправляют. Нам нужно будет только нарядиться и встать под венец. А остальное они сделают за нас.

— Это ты точно подметил. Ольга часами болтает то с мамой, то с Ленкой. Всё переживает, чтобы ничего не забыть и не упустить. Кстати, ты из команды кого приглашать будешь?

— Пока не решил. Но твоего дружка Шрека обязательно приглашу. Какая же русская свадьба без Руни! Ты лучше скажи, во сколько у вас игра с болгарами? — спросил я, чтобы сменить тему. После сегодняшних событий праздновать своё бракосочетание у меня не было никакого желания. Будь моя воля, просто поставил бы штамп в паспорт и скромно отметил бы это событие с родными и близкими людьми.

— По-местному в девять. Ты уже наверняка дома будешь?

— Насколько я знаю, разница между Софией и Манчестером — два часа. Поэтому должен успеть…

— Саня, привет! — услышал я звонкий голос Лёхи Смертина. — Нам тебя не хватает. Весной, на мартовские матчи, чтобы был в строю. Понял!

— Привет, Лёха. Я постараюсь.

— Блин, Саня, времени нет поболтать, — снова вклинился в разговор Дюша. — Выезжаем на тренировку. Вечером перед игрой ещё созвонимся. Пока-пока. Ленке привет!

— Удачи вам. Передавай всем парням привет от меня. И запомни, я жду от вас только победы. Буду болеть за вас с экрана телевизора. Пока.

Поговорил с другом, и настроение немного поднялось. Теперь нужно найти в себе силы и заставить себя отрешиться от всех этих дурных мыслей. Будем считать, что сегодня утром мне поставили неутешительный диагноз, и я должен скрывать его от родных и близких. Они не должны узнать эту горькую правду и страдать вместе со мной. Просто в один из августовских дней я внезапно умру, и всё. У меня ещё впереди десять месяцев. И за это время я успею обеспечить их всем необходимым. С этими мыслями я встал с постели, умылся, заказал себе небольшой обед в номер, а также такси.

Ожидая заказа, я набрал номер своей самой любимой женщины.

— Привет, телепузик! Как себя чувствуешь? Как наш малыш поживает в аквариуме? — спросил я как можно нежнее и растворился в голосе любимого человека. Мы говорили, шутили, обсуждали ближайшие планы, а у меня по лицу текли слёзы…

Глава 3

Анг лия, город Манчестер. 11–12 октября 2006 года.

Полёт в Англию прошёл спокойно, без каких-либо инцидентов. Меня, конечно, узнавали. Иначе и быть не могло: теперь я известная личность не только в мире спорта, но и далеко за его пределами. Откровенно говоря, раньше я пытался скрыть свою личность и свести к минимуму общение с фанатами и просто любопытными людьми. Но теперь я не видел смысла в этом. После встречи с Проводником я перестал обращать внимание на всё, что происходит вокруг, кроме событий, связанных с моими близкими и друзьями. Вся эта идолопоклонническая суета под названием «О боже, это же Алекс Граф!», которая, надо признаться, меня изрядно забавляла и была приятна, моментально отошла на второй план.

В аэропорту Дублина, у меня образовалось полуторачасовое «окно» между рейсами. Чтобы скоротать время, я решил прогуляться по терминалу. Заглянул в несколько магазинов и посетил кафе, чем немало удивил сотрудников и посетителей этих мест, когда они меня узнавали. Наплевав на всевозможные ограничения, связанные с моей диетой, я съел в кафе восхитительное пирожное с нежным бисквитом, заварным кремом и молочным суфле, запив его вкуснейшим эспрессо. Не удивлюсь, если владельцы этого заведения захотят разместить мои фотографии на входе или внутри их помещения. Дело в том, что, пока я уплетал за обе щеки десерт, одна миловидная сотрудница кафе, принимавшая мой заказ, незаметно фотографировала меня на телефон. Я внутренне усмехнулся и сделал вид, будто ничего не замечаю. С меня не убудет, а у них появится возможность привлечь как можно больше посетителей в своё кафе. Это отличный маркетинговый ход, и ничего личного. Бизнес есть бизнес. Клиентов же нужно как-то заманивать к себе. Надеюсь, что при следующем моём посещении этой кафешки мне удастся полакомиться пирожным за счёт заведения, оплатив только стоимость кофе. Шучу… Навряд ли я там уже появлюсь.

Что касается моих преданных фанатов и просто любителей футбола, то при встрече со мной они вели себя корректно и с уважением. Как обычно, они восхищались моей игрой, брали автографы, просили сфотографироваться с ними на память. Также они задавали вопросы о недавно вышедшей и уже успевшей нашуметь песне «Sex», о моих творческих планах и личной жизни. Особенно многих интересовала моя предстоящая свадьба. Но тут я сам виноват: не стоило делиться такой информацией со всем миром на своём YouTube-канале. Но теперь уже поздно об этом сожалеть, и, как сказал мой друг и руководитель моего видеоконтента Санька Романов: «Нам придётся сделать отдельный выпуск, посвященный твоему бракосочетанию. Привыкай быть в центре внимания. Теперь ты — известная мультимедийная личность, и твои фанаты хотят знать о тебе всё!». Он прав, и с этим нельзя не согласиться. Я бы даже сказал, что больше не принадлежу себе. Это обратная сторона жизни публичной личности: каждый твой шаг или действие непременно становятся предметом обсуждения мировой общественности. Но это был мой жизненный путь, и я его выбрал сам.

В аэропорту Манчестера меня встретила радостная Лена и всего зацеловала. Я тоже был очень рад её видеть и, несмотря на то, что вокруг нас было много людей, не остался в долгу: тепло обнимал, страстно целовал, нежно гладил, шептал на ушко ласковые слова и даже позволил себе некоторую вольность, запустив руки под её расстёгнутую толстовку. Мы не виделись всего десять ночей, но за это короткое время успели очень сильно соскучиться друг по другу. Мы никуда не спешили и наслаждались каждой секундой долгожданной встречи, которая вскружила нам голову и немного опьянила. Неохотно оторвавшись от сладких губ жены, я быстро посмотрел по сторонам и поймал завистливые взгляды и улыбки прохожих. Лена тоже обратила на это внимание. Она немного покраснела, опустила голову и тихо попросила: «Пойдём уже отсюда». Я подхватил свои вещи с пола, свободной рукой приобнял её за талию, и мы быстрым шагом направились к выходу, не обращая внимания на всевозможные просьбы моих фанатов, встречающие нам на пути. Извините, народ, но мне очень хотелось домой.