Евгений Коваленко – VEROLIKI. История моих рукопожатий: бизнес-роман о силе коммуникации и настойчивости (страница 6)
АРМИЯ. НЕ ПРОГИБАЙСЯ И НЕ СДАВАЙСЯ
4
В юности я не отличался спокойным нравом: мне нравилось быть во всем первым, показывать силу. Период до службы в армии был наполнен не только спортом, но и драками и тусовками. Мы с друзьями любили ездить на дискотеки в соседние сёла и часто там ввязывались в потасовки. К тому моменту я умел, как герой боевиков, моментально укладывать противника на лопатки, а один раз умудрился уложить сразу двоих, прыгнув в шпагат! В те времена я был слегка безбашенным и мало о чем задумывался: больше всего мои мысли были заняты спортом и красивыми девушками.
После окончания училища я получил повестку. Призыв ожидался в ноябре. Во время разговора с матерью я окончательно принял решение пойти в армию. Осознание того, что я уеду на два года и не буду видеть друзей, близких и девушек, тяготило меня. Поэтому, чтобы скрасить грусть, я решил сделать день перед отъездом ярким и запоминающимся. Закатил совершенно сумасшедшую вечеринку, на которой гуляла вся сельская молодежь. Ночь я провел в компании нескольких прекрасных дам. А на следующий день схватил сумки и отправился служить на Северный флот.
Город Североморск, где предстояло провести два года, встретил меня неприветливо: непривычный холод щипал щеки, руки мерзли и немели, а снег шел круглые сутки. В первые дни мне отчаянно хотелось вернуться домой. Я вспоминал свою комнату, с тоской думал о сестре и маме, о друзьях, которые ждали меня дома.
На первом построении я чувствовал, как другие новобранцы тревожатся и смущаются. Будучи так далеко от дома, они нервно разминали замерзшие пальцы и, пытаясь скрыть смущение, разглядывали свои ботинки. Но у меня внутри почему-то было все спокойно. Чуть ежась от холода, я стоял и ждал, что же принесет мне эта история, предвкушая новый опыт, который получу в армии. К реальности меня то и дело возвращал высокий противный голос сержанта, который ходил перед строем и оценивающе смотрел на нас.
– Стройся! Смирно! Носки чтобы за линию не выходили. По линии стоять, я сказал!
Глядя на него, я думал о том, что оставаться простым рядовым мне совершенно не хочется. Мое рвение руководить, а не подчиняться, не давало мне покоя. После построения я подошел к сержанту и спросил:
– Товарищ сержант! Подскажите, а до какого самого высокого звания может дослужиться срочник?
Тот посмотрел на меня свысока, слегка ухмыляясь, и насмешливым тоном ответил:
– С какой целью интересуешься, солдат? Что, звание получить хочешь?
Его саркастичный ответ ни на секунду не смутил меня, и я без запинки, глядя прямо в глаза, отчеканил:
– Планирую закончить службу с высоким званием.
На секунду сержант опешил. По его лицу было видно, что он не привык сталкиваться с подобной уверенностью. Он откашлялся, а затем, не скрывая улыбки, сказал:
– Смело ты начал, конечно! До старшины можно, если сильно постараешься… Главное, старайся. А там видно будет.
Довольный ответом, я развернулся и зашагал в сторону мрачного серого здания, где располагалась наша казарма. Стоит ли говорить, что два года спустя я увольнялся уже в звании старшины? Но обо всем по порядку.
В армии спортзал стал моим любимым местом. Я ходил туда ежедневно. Однако так было не сразу. В начале службы я был вынужден отстоять право заниматься.
В первый же день я узнал, что в нашей части есть зал. Эта новость невероятно меня обрадовала. «Ура, я снова буду боксировать!» – подумал я и беззаботно отправился на тренировку. Войдя в зал, я отыскал взглядом боксерскую грушу и невольно улыбнулся: наличие этого снаряда гарантировало, что я сохраню форму и, вернувшись домой, смогу и дальше укладывать всех на лопатки.
Несмотря на то что в зале было просторно, воздух в нем был пропитан запахом пота, от которого стало тяжело дышать. Найдя боксерские перчатки, я натянул их и тут же начал боксировать, не обращая внимания на людей вокруг. Но уже через пару минут услышал голос одного из так называемых «дедов»:
– А ты чего тут забыл, боец? Не дорос еще! Вот полгода отслужишь, тогда и приходи.
Что? Внутри меня закипела смесь возмущения и острого желания отстоять право на тренировки. Четко, почти по слогам, я проговорил:
– А мне без ра-зни-цы. Хо-чу и бу-ду за-ни-ма-ться.
От такой дерзости в зале стало тихо. Слышно было, как скрипят перчатки и кто-то тяжело дышит. Все уставились на меня.
А дальше дело было за малым: пока «деды» приходили в себя после такой дерзости и готовились выгнать меня из зала, я устроил им небольшое шоу. Ловко сел на шпагат, пару раз покрутил вертушку, нанес несколько мастерских ударов по груше и с чувством морального удовлетворения улыбнулся, наблюдая, как у всех присутствующих отвисли челюсти.
– Если что-то не устраивает, берите перчатки, и будем выяснять, – с хитрой ухмылкой я стал разминаться и потирать перчатки перед вероятным боем.
К моему удивлению, «дед» не торопился вступать в поединок. Один из его компании одобрительно окинул меня взглядом и по-отечески произнес:
– Ого! Ну ты даешь, боец. Сто лет такого не видел, да уж. Ну что, сделаем для тебя исключение. Ходи, занимайся!
Все спортсмены, которые мне попадались в жизни, всегда поддерживали друг друга в занятии спортом. Спортивная солидарность и тут не прошла стороной, старослужащим важно было понимать, что я не просто так в зал забрел как любитель, а что я действительно буду тренироваться.
Так я и заработал репутацию спортсмена с самого начала службы. И в будущем, если возникали конфликтные ситуации, которые могли завершиться дракой, я предлагал взять перчатки и бороться в честном и справедливом спарринге.
В моей части все было гладко, по уставу, а потому сталкиваться с дедовщиной не приходилось. Но все же и у нас были так называемые «дýхи»: те ребята, которые не умели отстаивать свое мнение и позволяли себя использовать. Таких парней могли заставить убрать, стирать белье, их оскорбляли и унижали. А они в ответ молчали, ходили с покорным видом и опущенной головой, словно их ведут на казнь. Они сами выбрали такой путь и позволили так с собой обращаться. Насмотревшись на них, я разработал стратегию поведения, благодаря которой не просто не попал в низ иерархии, а дослужился до старшины. В первую очередь я не давал себя в обиду и отстаивал свое мнение. Но, так как в армии все же многое решает звание, я дипломатично со всеми договаривался.
В части была библиотека с большим столом и книгами, которую мы называли «читальной». Мне и двум моим товарищам очень хотелось туда попасть, но почти всегда «деды» ее занимали первыми и никого не пускали. Они заваривали там чай и часами пили его вприкуску с плюшками и печеньем, болтая о своем. Я долго думал, как можно пробраться туда, и наконец придумал. В моей голове возникла идея задобрить «дедов» сладостями. И уже на следующий день мы с товарищами купили печенье, а вечером аккуратно постучались в заветную дверь и вошли в комнату под недовольное ворчание:
– Не видите, тут занято! Что надо?
– Простите за беспокойство, мы к вам с печеньем, – спокойно сказал я, надеясь, что эта маленькая уловка сработает.
Такое сочетание дерзости и дипломатичности посчитали вполне уместным и нас впустили в комнату. Беседа с «дедами» проходила приятно и непринужденно, чаепитие позволило найти общий язык. А спустя время один из них подошел ко мне, хлопнул одобрительно по плечу и сказал:
– Правильно все делаешь, Коваленко. Так и надо.
С тех пор я научился находить подход к начальству, при этом не унижаясь. Диалоги выстраивались легко и непринужденно.
Служба в армии научила меня договариваться с людьми, старшими по званию, заводить новых друзей в незнакомой среде и завоевывать авторитет. Какое-то время я даже жил в отдельной комнате старшины, а договоренность с поварами привела к тому, что мне часто доставались самые вкусные блюда и самые большие порции. Мне удалось не просто сохранить занятия спортом, но и сделать их ежедневными. Увольняясь со службы со званием старшины, я чувствовал, что этот этап сильно повлиял на меня. Я окончательно стал взрослым самостоятельным мужчиной.
Армейская служба научила меня не плыть по течению, а проявлять характер и стойкость там, где это необходимо. Также она показала мне важность дипломатического общения, благодаря которому можно договариваться даже с самыми сложными людьми. В тот период я научился добиваться поставленной цели, при этом не теряя и не предавая себя.
БОЛЬШИЕ ГОРОДА, БОЛЬШИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ
5
Я вернулся из армии осенью 2001 года, наполненный надеждами на светлое и безоблачное будущее. Мама, друзья, красивые девушки – все ждали меня и искренне радовались встрече. Утопая в объятиях и теплых словах, я чувствовал разрастающуюся во мне радость. Близкие наперебой рассказывали о том, что без меня было как-то не так: кому-то не хватало тусовок, а кому-то надежного друга, который мог прийти на помощь в трудный момент. В селе во время моего отсутствия стало меньше интересных событий, и друзья ждали моего возвращения в надежде на то, что я не только устрою для них вечеринки, но и решу все проблемы. Эти слова отзывались теплом в моем сердце. Слушая их, я почувствовал, что какая-то важная и интересная миссия лежит на моих плечах. От этой мысли мурашки бегали по коже, и мне казалось, что я могу горы свернуть, если захочу!