Евгений Косенков – Шинни (страница 32)

Опять зазвонил телефон. Лейтенант взял трубку, выслушал что-то.

– Да, здесь он, у меня. Так ведь…

Лейтенант резко встал из-за стола и подобрался.

– Есть. Понял, – положил трубку. – Идём к полковнику.

Костик вошёл в кабинет начальника районного отдела милиции и сразу понял, что его переживаниям пришёл конец. Кроме полковника в кабинете был майор из окружного Дома офицеров. Виделись несколько раз, но знакомы не были.

– Лейтенант, показания Александрова проверили? – спросил полковник.

– Наши сотрудники взрывчатого вещества не нашли, а сапёры ещё не прибыли, – вытянулся в струнку лейтенант.

– Товарищ Александров, обязательно надо было обзывать члена райкома и угрожать ему?

– Хм. Угрожать начал он, даже не выслушав, для чего мне нужен телефон, – ответил Костик.

– Тут пусть разбирается комсомольская организация. Не вижу причин возбуждать дело. Товарищ майор, можете забирать вашего бойца. Александров, рад, что вы вернулись в Новосибирск. Пусть и ненадолго. Надеюсь, что в футбол вы играете тоже здорово, как и в хоккей, – полковник вышел из-за стола и пожал Костику руку под удивлённый взгляд лейтенанта. – На игры приду, если будет возможность. И ещё. Автограф не оставите?

Костик расписался на блокнотном листе перьевой ручкой, посадив небольшую чернильную кляксу.

– Вы уж извините нас, что немного грубо обошлись с вами, но ситуация у нас в городе непростая. Много несознательных элементов из воровской среды пакостят.

– Товарищ полковник, а зачем им понадобилось взрывать трактор? – спросил Костик.

– Если бы знать, – неопределённо ответил полковник.

На «Виллисе» Костика и его спутницу привезли к дому Светика. У трактора копались сапёры. Взрывчатку уже нашли и обезвредили. Майор дал пять минут на сборы и закурил вместе с водителем.

Светик улыбнулась и поцеловала Костика.

– Будет время, заходи.

Костик кивнул в ответ, подхватил чемодан и загрузился в машину. Пока ехали по городу, молчал и смотрел вокруг. На душе было муторно и отчего-то противно. Оказалось, что вчера за ним была выслана машина, но до аэродрома не добралась. Причину выясняют. Ни машины, ни шофёра найти не могут.

Происшествие в начале командировки начало забываться уже на второй день, как только Костик окунулся в спортивный процесс. Знакомые игроки и тренер способствовали быстрому вливанию в коллектив. Вздохнуть было некогда, родных навестить некогда. В свободное время приходилось болтаться по кабакам и забегаловкам, чтобы его смог срисовать нужный объект, согласно задания. Нервное напряжение в плюсе с физическими нагрузками оставляло свой след на здоровье Костика.

Рясной не скрывал, что видит его в основе футбольной команды Окружного Дома офицеров – ДКА (так называлась команда по футболу на тот момент), но пока не готов ставить на предстоящие игры. Веня Быстров был рад возвращению Костика больше всех и пытался вовлечь в свою компанию. Костик не мог рассказывать о задании и сказал, что дополнительно занимается физикой и хочет после выхода в отставку поступить в политехнический институт.

Рясной, как главный тренер команды, нагружал игроков «физикой», тактикой и играми в дыр-дыр. Команда придерживалась распространённой в СССР тактике 4-2-4. Костика определили в защиту. Тактика особо не отличалась изящностью, но всегда что-нибудь тренером придумывалось новое. «Физику» качали в спортзале. Приседали с блинами от штанги на плечах. Тягали штангу. Поднимали друг друга, стоя спина к спине. И множество других упражнений, которые придумывал для игроков Илья Сидорович.

Нагрузка дала о себе знать уже на третий день. Кости не сумел нормально встать утром с кровати. Прострел в позвоночнике и прощай тренировка.

Надо сказать, что поселили Костика в общежитии при ОДО для командировочных. Соседа не было и вся комната оказалась в его распоряжении. После окончания тренировки забежал Веня Быстров и после ахов и охов быстро нашёл доктора.

Седовласый доктор некоторое время после осмотра сидел неподвижно, глядя в глаза Костику. Тому от пристального взгляда стало не по себе. Доктор играл губами, хмурил брови и молчал.

– Доктор как? – не вытерпел Веня и коснулся ладонью плеча.

Доктор встрепенулся, встал.

– Вот что молодой человек. После таких тяжёлых ранений вам спорт противопоказан. Только физкультура в лечебных целях. Даже от массажа спины придётся отказаться.

– Не выйдет, доктор, – усмехнулся Костик. – Без спорта и меня нет.

Доктор пошамкал губами, потёр пальцем переносицу. Затем достал платок из кармана медицинского халата, вытер лоб.

– Я не могу вас допустить к футболу! Я врач и я вам запрещаю!

– А в хоккей? – Костик зажмурил один глаз.

– Что в хоккей?

– В футбол играть не смогу, а в хоккей?

– Никакого хоккея!

– То есть мяч не погонять, шар не покатать, слонов не подвигать, – хмыкнул Костик.

– Никаких слонов! – повысил голос доктор.

– Вот Веня, я даже в шахматы играть не могу. Доктор запрещает. Слона поднимать нельзя.

Быстров улыбнулся, а доктор не понял шутки.

– Александров, я выпишу мазь, а вам постельный режим неделю. Никаких тренировок! Я прослежу! Вам надо вообще на операцию ложиться! Позвоночник это вам…

Доктор замялся, подбирая слова.

– Не то, а это. Так доктор? – закончил за него Костик.

Быстров прыснул со смеху, а доктор сердито посмотрел на него, а потом на Костика.

– Илье Сидоровичу всё расскажу. Смехуны. Потом посмотрим, кто будет смеяться.

– Доктор, – Веня заступил дорогу эскулапу, пытавшемуся покинуть комнату. – Неужели ничего нельзя сделать? Ему ведь ещё с девушками танцевать, жениться. Как без спорта?

Доктор глянул на Быстрова исподлобья, и одним движением отодвинул в сторону.

– Всё потом. Будем обследоваться, – буркнул он и исчез в коридоре.

– Все надежды Сидорыча на тебя коту под хвост. Так получается? – Веня взъерошил на своей голове волосы.

– Мы ещё посмотрим, что к чему, – улыбнулся Костик. – Ещё не вечер.

А ближе к вечеру в гости заявился следователь.

– Товарищ Александров, я задам несколько вопросов, – начал он и остановил Костика движением руки. – Вы лежите, лежите.

– Я так понимаю, последовало продолжение после трактора?

– Да, так и есть. Не получилось с трактором, взорвали полуторку в другом конце района. И опять далеко от участка. В общем, мне сказали, что вам можно доверять, – вдруг понизил голос следователь. – Взрыв – отвлекающий манёвр. Главная цель – участок. После нападения исчезли два дела. Вот для чего им нужен был взрыв. Постарайтесь вспомнить. В ту ночь не называли они друг друга по именам или по прозвищам? Это очень важно. Возможно, удастся что-то сопоставить. Фрагментик к фрагментику и картина цельная.

Костик вспомнил разговор взрывников.

– Третьего, который стоял на шухере, они называли Павло.

– Павло, – повторил следователь. – Особенности голосов или ещё что?

– Голоса как голоса. Тем более они старались говорить тихо.

– Хорошо, товарищ младший лейтенант, если что вспомните, позвоните по этому номеру телефона, – следователь протянул кусочек тетрадного листа.

Костик прочёл номер телефона и фамилию следователя – Харитонов.

– Поправляйтесь, – он пожал руку Костику и ушёл.

Рясной появился тут же. Прошёлся от двери до окна, потом обратно, и снова к окну.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил он, остановившись напротив кровати.

– Нормально. Спина немного ноет, но завтра уже встану. Первый раз, что ли.

– Лежи. Лучше поберегись. Подлечись. А там посмотрим.

Костик улыбнулся.

– Чего вы трагедию разыгрываете? Нормально всё со мной. У каждого может спину заклинить. Физическую нагрузку немного уменьшить. И всё будет в порядке.