Евгений Именитов – Война в принципах стратегии и тактики управления войсками с древнейших времен до наших дней (страница 3)

Военная практика и теория давно не согласны с таким подходом.

«Мобилизация есть война, и иного понимания ее мы не мыслим» – заявляет маршал Б. М. Шапошников в своей работе «Мозг армии»¹⁴. Мобилизация наших дней – одиум войны. Мобилизация на пороге мировой войны являлась преддверием войны, фактическим ее объявлением и только в таком смысле и могла быть понимаема¹⁵:

«Начальник австро-венгерского генерального штаба не отделял от войны мобилизацию, а Мольтке-младший считал, что после объявления мобилизации официальное объявление войны было пустой формальностью, совершенно не нужной с военной точки зрения, известной данью дипломатической вежливости и международному праву. Если вспомним, то в Германии мобилизация была объявлена тогда, когда был послан в Петербург ультиматум, то есть война предрешена; во Франции так же указ о мобилизации был подписан после твердой решимости правительства на войну. Об Австро-Венгрии говорить не приходится, ибо там мобилизация, не считая частных призывов под знамена резервистов, всегда сочеталась с войной. Иными словами, в понимании как дипломатов, так и генеральных штабов западных государств мобилизация означала собой войну…

Стратегия сокрушения требовала быстрого изготовления возможно большего числа боевых сил, быстрого их сосредоточения и почти одновременного введения в дело для достижения столь же быстрого и решительного успеха. Иными словами, стратегия молниеносного действия требовала и крайнего напряжения в развертывании вооруженных сил для войны. Эти требования служили отправными для мобилизации и клались в основу всех работ в этой области. Характер будущей войны определяет и характер самой мобилизации…

Мобилизация тех времен (прим. – Первой мировой войны) знаменовала собою переход от кадров мирного времени к армии, необходимой для войны, путем развертывания кадров и пополнения их людьми, конским составом, снабжения вооружением и всеми другими видами довольствия для войны. Одновременно производилась мобилизация железнодорожного транспорта, на обязанности которого лежало быстрое доставление мобилизационной армии на театр военных действий».

План войны

Современная война, как правило, является ожидаемым явлением как для нападающей, так и для обороняющейся стороны. В условиях работы разведок, а также дипломатических служб скрыть намерение начать войну сложно. Можно ввести противника в заблуждение относительно места начала войны, её формы, задействованных сил, повода, времени и других деталей. Главный вывод из этого состоит в том, что современная война, как правило, неспонтанное явление, а результат реализации военного плана.

Военный план должен содержать в себе указание главных противников, главного театра войны, военную цель, предложения способов достижения поставленных политических и военных целей, то есть применение стратегии измора или сокрушения, наступления или обороны, распределение сил и средств, установление срока их готовности к началу операций и план первых операций (Б. М. Шапошников, «Мозг армии»¹⁶).

Мы не будем подробно рассматривать большинство военных составляющих плана, так как они отражены в остальных разделах, посвященных военной стратегии. Но подробнее остановимся на экономических аспектах.

Если внимательно ознакомиться с мемуарами большинства немецких генералов Второй мировой войны, таких как Э. фон Манштейн, Х. Гудериан, А. Кессельринг, то все они отмечают отличное тыловое обеспечение советских войск, постоянно поступление на Восточный фронт резервов, новой техники, отличную работу советских железных дорог. Особенно интересно читать воспоминания генерала немецких бронетанковых войск Х. Гудериана, который сравнивает отличную тыловую работу советского командования с буквально отвратительной немецкого, когда только одна пятая часть вверенных ему войск была обеспечена зимним обмундированием зимой 1941 года. Как организатору этими оценками мы, безусловно, обязаны И. В. Сталину и его коллективу, именно он смог выиграть тыловую войну, войну военных экономик. Поэтому выступления современных политиков, упрекающих СССР в том, что «ничего, кроме калош» производить не умели, как минимум безграмотны и, более того, недальновидны, поскольку опускают собственный позитивный опыт.

Экономический и операционный план войны

В своей работе «Мозг армии» Б. М. Шапошников пишет¹⁷:

«Экономический план войны должен не только предусматривать подготовку к войне армии и театра военных действий, не только содержать в себе «военную сторону», в смысле питания армии всем необходимым, но и затрагивать вообще «экономическую линию поведения» государства во время войны. В плане должно быть предусмотрено развитие народного хозяйства страны, должны быть продуманы и подготовлены финансовая и экономическая мобилизация и транспорт».

«Война не возникает внезапно, – говорит Клаузевиц, – подготовка ее не может быть делом мгновения». Война стоит денег, подготовка к ней не может быть осуществлена без огромного напряжения экономической силы государства в короткий срок. В этих видах все военные планы, те или иные программы рассчитываются в своем выполнении на годы, а в военный бюджет вносится лишь часть общего плана военного строительства¹⁸.

Планы экономической мобилизации и подготовки в войне должны включать в себя точно следующие сектора: экономику (финансы, «военные деньги» – государственные резервы, защита сбережений населения, накоплений и денежных расчетов внутри страны и международных в военное время); транспорт; вопросы мобилизации гражданской промышленности.

Б. М. Шапошников продолжает: «Мобилизация гражданской промышленности и подготовка к ней в наши дни является столь необходимой и столь важной работой, что ее основные принципы и даже детали должны быть хорошо известны каждому государственному деятелю и ответственному военному работнику, независимо от того, является ли он частицей «мозга армии» или нет. Необходимо знать продолжительность промышленной мобилизации, способы ее проведения, обеспечения необходимыми чертежами, лекалами для постановки нового производства и обеспечения соответствующей рабочей силой вообще, а квалифицированной в частности, и т.д.

Кроме мобилизации гражданской промышленности должна быть проведена вообще экономическая мобилизация во всей стране.

Обращаясь к вопросу мобилизации гражданской промышленности для целей войны, ныне можно сказать, что ни одно государство перед мировой войной не учло всю важность такой подготовки страны…

Ныне, конечно, хорошо известно, что такой способ питания войны обеспечивает лишь на 10–15% ее нужды, а остальное должно быть перенесено на гражданскую промышленность, мобилизующуюся с первых дней войны».

Мы видим, что уже по результатам Первой мировой войны, которая, безусловно, была войной на истощение воюющих держав, когда поражение Германии было достигнуто именно таким способом, выяснилось, что вопросы военной и гражданской мобилизации на случай войны не были проработаны должным образом ни в одной стране-участнице.

Б. М. Шапошников в своей работе подробно рассматривает опыт Австро-Венгрии, но мы должны помнить «снарядный и патронный голод» русской армии на Восточном фронте в 1914–1916 гг. – всё это последствия плохого экономического планирования. Что уже говорить о проигрыше России в Русско-японской войне 1904–1905 гг., который более чем на половину был связан именно с вопросами экономического и военного планирования.

Продолжая свои размышления, Б. М. Шапошников пишет¹⁹: «в деле материального обеспечения армии генеральный штаб должен проявлять инициативу, участвовать в установлении общих основ этого обеспечения и вообще быть всегда в курсе военного снабжения, являясь по-прежнему в этом «мозгом армии». Слов нет, нельзя здесь строить «карточные домики», нельзя задаваться неосуществимыми идеями – все они должны быть подчинены закону развития экономической силы страны, строго сообразны с действительностью и быть «реальными»…

Чтобы покончить с промышленной мобилизацией, мы остановим внимание на ее оперативном прикрытии от ударов противника. Должны быть приняты меры:

1. к отнесению вглубь территории страны фабрик и заводов, которые будут работать на оборону, не говоря уже о чисто военных заводах;

2. по прикрытию индустрии и предприятий добывающей промышленности, если таковые находятся вблизи границы (нами отмечалось, что Мольтке (младшему) пришлось пойти на изменение идеи плана Шлиффена, учитывая возможность вторжения французов в промышленные районы Германии);

3. к защите таких центров от воздушных налетов противника, меры химической обороны и меры внутреннего охранения. Все это должно быть продумано генеральным штабом…»

Интегральным обобщающим показателем современных армий, который не дает, однако, полной качественной оценки, является «бюджетная численность» армии или вооруженных сил.

По словам Б. М. Шапошникова, до Первой мировой войны нормальная бюджетная численность армии (вооруженных сил) определялась в 1 % (один процент) от численности населения государства. Считалось, что государство в состоянии содержать в мирное время по своей экономической мощи вооруженные силы такой численности²⁰.

В современных условиях степень милитаризации стран по-прежнему можно оценивать этим показателем. Для «нормально милитаризированных» стран такой показатель определяется сейчас примерно до 0,5% численности вооруженных сил в мирное время от общей численности населения страны.