Евгений Ильичев – Последний контакт (страница 53)

— Думаю, у нас ещё есть шансы, — пожав плечами, сказал Медведев.

— Шансы на что?

— Не подвергнуться тотальному геноциду.

— То есть, — сделала вывод Мирская, — изучив нашу склонность к агрессии, они поняли, что убивать нас нет резона?

— Не совсем так. Думаю, им нет резона уничтожать всех поголовно, хотя мы и были в шаге от провала. Вспомни, Сопкин в своём приступе гуманности убил Васильева. Балычев голыми руками придушил бедную Аллу Марр, и, кстати, в этом ему помогли именно они, отключив систему вентиляции в отсеке, где мы спали. Затем он заколол Корнеева, пытался и тебя убить. Я, в свою очередь, без малейшего сожаления убил собственного отца. Стоило только поместить нас в неблагоприятные условия и немного подтолкнуть, как из нас всех полезло наружу всё наше говно. Да, мы провалили тест. К тому моменту нас уже списали со счетов.

— Так и в чем же суть твоего договора с ними?

— Прости, что?

— Ты сказал, что договорился с ними о чём-то, — напомнила Валерия.

— Ах, это… Всё просто. Я выторговал для нас ещё один шанс. И в этом мне помогли наш физик и ты, Валерия.

— Что ты имеешь в виду? — не поняла Мирская.

— Всё просто. Я напомнил нашим будущим колонизаторам о том, что Ильин не поддался на провокации со стороны нейроинтерфейса и добровольно отказался от своего места в капсуле. Он отказался от борьбы, был готов умереть ради спасения части экипажа. Они со мной согласились и решили посмотреть, что будет дальше.

— И что они увидели?

— А увидели они тебя, Валерия. Вернее, твои колебания в отношении мести Балычеву. В итоге ты и убила его не из-за мести — ты убила его, защищаясь. Именно поэтому они оставили нам с тобой жизнь. Я полагаю, нас и дальше будут изучать.

— Как? Мы тут скоро сдохнем.

— Ну, во-первых, не так уж и скоро, — улыбнулся Медведев, — а во-вторых, не тут, а там.

Он кивнул на смотровое окно. Мирская проследила за его взглядом, но ничего примечательного так и не увидела.

— Нет? — улыбнулся Медведев. — Не видишь?

— Не вижу что? — смутилась Валерия и, уже не боясь Медведева, медленно подошла к смотровому окну. — Что, что я должна увидеть?

— Ты астрономию изучала?

— Конечно, — кивнула Валерия. — Но как это мне поможет?

— Что ты видишь? — повторил Медведев.

— Да ничего я не вижу. Звёзды, созвездия, Млечный Путь.

— Отлично. А теперь скажи, куда летел «Осирис»?

— К Проксима Центавра, насколько я знаю. Только причём тут это?

— А теперь включай логику. Что дальше от центра галактики — Земля или Проксима Центавра?

— Проксима, если мне память не изменяет.

— Значит, по логике, «Осирис» удалялся от центра Млечного Пути?

— Значит… — тут до Мирской дошло наконец. — Значит, мы не можем видеть Млечный Путь.

— Правильно. А теперь приглядись внимательнее и скажи, что ты видишь?

Валерия подошла вплотную к смотровому стеклу и только сейчас заметила то, на что раньше не обращала внимания. Все видимые звёзды были слегка размытыми, нечёткими и чем дальше от центра обзора они находились, тем хуже были видны. Да и сам изгиб Млечного Пути был несколько иным, не таким, каким привыкли видеть его земляне. Но самое странное было не в этом. Девушка пригляделась и увидела прямо по центру небольшую светящуюся точку.

— А это что?

Медведев улыбнулся.

— Заметила теперь?

Он ввёл какие-то команды у себя на планшете, и точка вдруг стала приближаться. Она увеличивалась в размерах ровно до того момента, пока Валерия не ахнула — прямо из космоса на них летел огромный корабль, точная копия «Осириса-3».

— Но как такое возможно? — в недоумении вскрикнула Валерия, когда корабль замер в нескольких километрах от них.

Медведев закатил глаза, громко выдохнул и сказал:

— Господи, да неужели ты ещё не поняла? Если мы летим в сторону Проксима Центавра, мы не можем видеть Млечный Путь. Он должен оставаться у нас за кормой. Корабль, который ты видишь, — наше отражение. Я просто приблизил изображение.

У девушки закружилась голова. Её слегка повело, пришлось даже руками вцепиться в кресло, на котором сидел Медведев. Она посмотрела на него в ужасе.

— Если это наше отражение, — прошептала она, — то каких тогда размеров объект, в котором мы отражаемся?

Медведев усмехнулся.

— Теперь понимаешь, во что мы с тобой вляпались?

Виктор пояснил, что всё это время гигантский инопланетный корабль находился прямо у них перед носом. Из-за особых свойств его силового поля ни системы «Осириса», ни тем более слабенькие радары «Марка» засечь его не смогли. Более того, в данный момент этот гигант приближался к ним на малом ходу.

— А зачем он летит к нам?

— Полагаю, чтобы взять «Осирис» на абордаж, — спокойно ответил Медведев.

— А потом что?

— Тут, дорогая, моя фантазия пасует, — признался он. — Вероятно, они хотят познакомиться с нами поближе. Будут изучать нас.

Виктор увидел, как девушку накрывает паника, и поспешил успокоить её:

— Спокойно, без паники. Как мы устроены изнутри, они уже знают. Анальное зондирование никому из нас не грозит.

— Как ты можешь так спокойно говорить обо всём этом? — возмутилась Валерия. — Неужели тебе ни капельки не страшно?

— Нет, не страшно. Во-первых, они всё ещё воздействуют на нас нейроинтерфейсом «Осириса». Так сказать, нашим же салом нам же по сусалам. Да у них и своих методов наверняка полно. А во-вторых, чего волноваться-то? Мы в любом случае ничего изменить уже не сможем. Связи у нас по-прежнему нет, улететь мы тоже не в состоянии. Остаётся одно — пойти на контакт и постараться понять их. Возможно, там, у Земли, мы сможем быть им полезными, и они оставят нам наши жизни.

— Полезными? В качестве кого?

— Ну, допустим, в качестве переговорщиков.

— Но кому с кем вести переговоры? Ты же говорил, там только ИИ.

— Я говорил, что мне сказали, что там нет экипажа. И потом, мы понятия не имеем, откуда они прилетели и какими технологиями обладают. Вполне возможно, этот огромный корабль может общаться со своим домом без задержки во времени. У нас же есть такая технология. Если честно, мы даже заинтересованы в более тесном контакте с ними. Представь, мы будем первыми, кто установил межрасовую связь с иной космической цивилизацией. Наши знания будут бесценны для Земли.

— Бесценны, ага, — не своим голосом повторила Валерия, оседая на пол. — Это если мы вообще выживем.

Медведев поднялся с кресла, бросил свой планшет на приборную панель и бережно поднял Валерию с пола. Усадив девушку в кресло капитана, он спокойно сказал:

— Валерия, пойми, если бы они хотели, мы бы уже занимались с тобой любовью прямо на этой приборной панели или душили бы друг друга. Им стоит только дать команду ИИ «Осириса», и я вынесу мозги вот из этого самого пистолета тебе, а может, и себе, — он вытащил ствол и небрежно повертел им перед девушкой. — Пойми, ни я, ни ты сейчас в полной мере не владеем собой. Мы можем лишь принять свою участь и попытаться извлечь из этой ситуации максимум выгоды. Сейчас нам дарована относительная свобода, и дар этот нужно оправдать своей лояльностью.

— То есть просто сидим и ждём, когда прилетит эта огромная штуковина и сожрёт нас?

— Ну, — Медведев развёл руками, — в целом, да. Хотя и я бы не отказался перекусить что-нибудь. Тебе принести?

— Почему ты убил Ильина? — вдруг спросила Валерия, заставив Медведева остановиться у самого выхода.

Мужчина покривился, но ответил:

— Они приказали.

— Почему? Они ведь уже победили. Что им со смерти старого физика?

— Видишь ли, — осторожно начал Медведев, — они стараются просчитать все возможные варианты. Мы для них вид новый и, как показала практика, довольно агрессивный. Им нужны живые представители нашей цивилизации. А ещё им нужен «Осирис». Там, у себя, они будут его препарировать, изучать наши технологии, накапливать знания о нас. Сразу после моего возвращения с «Марка» мы с Ильиным заметили гравитационное воздействие на «Осирис», именно поэтому мы оба пошли не к вам, а на капитанский мостик. Ильин первым заметил то, что только что увидела ты. Он понял, к чему всё идёт, и хотел помешать их планам.

— Каким образом?