Евгений Ильичев – Последний контакт (страница 55)

Мирская задумалась. А каковы были шансы на развитие именно такого сценария? Люди добровольно жертвуют собой, проводят несколько мучительных месяцев (а может, и лет) в ожидании собственной смерти и спокойно умирают. Всё — земляне молодцы, честь им и хвала, остальные могут быть свободны. Так, что ли? Валерия сомневалась, что условный Балычев, даже без учёта воздействия на его слабый ум нейроинтерфейса, смог бы такое выдержать. Её бы он уж точно грохнул — не сразу, так через пару месяцев. А наивный Медведев всё же верил в друзей, старался ради них, договаривался, предлагал провести эксперимент. Стоп! Что⁇ Точно, это же он предложил эту затею с нейроинтерфейсом! Вот же гадина!

Мирская отложила планшет и злобно посмотрела на заблокированную гермодверь. Минут десять назад она даже симпатизировала Медведеву, прониклась его попытками дать шанс команде. Но после того как она полностью прочла эту переписку с ихтиандрами, угрызения совести перестали её мучить.

Ну что же, в таком случае правы оказались ихтиандры: не вынесла человеческая сущность таких испытаний. А раз так, то и ждать от этих тварей благосклонности было глупой затеей. Да и к чему она, эта их благосклонность? Зачем дарить им шанс поглумиться над самыми стойкими подопытными крысками? Рано или поздно эти паразиты всё равно найдут слабину и у Медведева, и у неё. Заставят сцепиться, глотки друг другу рвать. Уже заставили, по сути. Нет, на такое Валерия была не согласна. Нужно было ставить палки в колёса. И крыса может укусить, да так, что мало не покажется.

Валерия порылась в настройках и открыла вкладку коммуникаций с ИИ. Оказалось, что все параметры были выключены. То есть Медведев по их приказу вырубил связь с главным компьютером «Осириса». Видимо, это было основным условием договора, чтобы никто не мог напрямую общаться с кораблём, не мог получить доступа к данным, проливающим свет на суть этого бесчеловечного эксперимента.

Мирская сбросила все настройки и откатила их к заводским. Так, посмотрим, что из этого получится.

— «Осирис», — голосом обратилась она к кораблю.

— Да, Валерия, — ответил приятный мужской баритон. У девушки ёкнуло сердце. Получилось!

— Знаешь, как меня зовут?

— Да, доктор. Вы Валерия Мирская, идентификационный полётный номер космонавта ПМ-7321.

— Откуда информация?

— В моём распоряжении базы данных Министерства работников космической отрасли.

— Ясно. Какой у меня доступ?

— Приоритет низшей категории.

— Мой статус?

— Пассажир.

— Статус корабля?

— В доступе отказано.

— Статус полёта?

— В доступе отказано.

— Текущий исполнительный протокол?

— В настоящее время задействован протокол «Контакт».

— На кого он распространяется?

— Любая форма внеземной жизни.

— Я отношусь к таким формам?

— Нет, доктор, вы идентифицированы как человек.

— Моё звание согласно базе данных Министерства?

— Майор медицинской службы.

— На борту есть ещё пассажиры?

— Да, Валерия. На борту присутствуют ещё двое пассажиров.

А это уже было новостью.

— Их статусы и звания?

— Виктор Медведев, оператор буровой установки первой квалификационной категории. Гражданский служащий. Идентификационный полётный номер космонавта ГС-1232. Статус — пассажир. Состояние — тяжело ранен. Владимир Ильин, физик. Гражданский служащий. Идентификационный полётный номер космонавта ГС-1376. Статус — пассажир. Состояние — тяжело ранен.

Значит, Ильин всё-таки выжил. Стоп, тут что-то не вязалось.

— «Осирис», ты сжигал по капсуле за каждого убитого на борту человека, эта команда прописана в логах. Почему же тогда ты сжёг последнюю капсулу, если Ильин выжил?

— В доступе отказано.

Да чтоб тебя, железяка чёртова. Ладно, попробуем иначе.

— «Осирис», кто руководит полётом?

— Всеми системами корабля управляю я. Работа ведётся согласно прописанным на Земле протоколам. Общее руководство программой осуществляется корпорацией Роскосмос.

— Связь с Землёй есть?

— Все системы дальней связи отключены.

— Есть протоколы единоначалия на такой случай?

— В случае утраты связи с Землёй управление передаётся старшему по званию.

— «Осирис», напомни, кто на данный момент старший по званию на корабле?

— Вы, майор.

— Отлично. Тогда беру управление на себя.

— Внимание. Сбой системы. Сброс настроек. Возврат к заводским протоколам. Внимание, управление передано старшему офицеру корабля.

То-то же. Всё как всегда. Прав был Медведев — алгоритмы протоколов писались на коленке, практически «на отвали». Ввести в когнитивный диссонанс не самый сообразительный ИИ не составило большого труда, Валерия даже удивилась.

— «Осирис», у тебя есть доступ к двигателям?

— Да, майор.

— Расстояние до ближайшего объекта?

— Ближайший объект находится в Солнечной системе. Майор, уточните вопрос.

— Расстояние до ближайшего к нам звездолёта?

— Семнадцать тысяч километров. Объект прямо по курсу, майор.

— Статус объекта?

— Не опознан.

— Протокол «Контакт» запущен из-за него?

— Да, майор.

— Ты с ним взаимодействовал? Расскажи подробнее.

— Да, майор. Контакт с объектом произошел двести восемьдесят пять дней назад. Согласно протоколам были включены тормозные двигатели. За время нашего сотрудничества был произведён обмен данными и налажена коммуникация. Также была проведена серия интеграций культурного кода и вычислены реперные точки цивилизационного развития наших создателей. Произведен обмен биологическим материалом.

— Как и когда осуществлялся обмен биологическим материалом?

— Сорок восемь дней назад была произведена стыковка корабля с челноком ваэрров. Представитель их цивилизации был передан в дар человечеству в качестве жеста доброй воли.

«Добряки (непечатно)», — подумала Валерия.

— Кто производил исследования?

— Я.

— Каким образом?