Евгений Гущин – Главное меню (страница 14)
— Отдыхай, герой! Набирайся сил! Ведь тебя ждет почетная церемония награждения перед всеми горожанами! — сказал мэр. — Если тебе что-то нужно, только скажи.
Я вяло покачал головой, и мэр дал журналисткам знак, что пора закругляться. Они быстро сложили аппаратуру и выбежали из палаты.
Улыбка сразу сошла с лица мэра, он переглянулся с молчаливым сероглазым спутником.
— Мое дело сделано, теперь побеседуй с ним, — услышал я приглушенный голос мэра. — Только порть ему личико. Завтра он должен стоять на ногах. Все-таки, у меня скоро выборы.
Сероглазый кивнул и хрустнул пальцами. Мэр и священник вышли.
Мы остались одни в палате. Сероглазый стоял молча у окна и смотрел мне в глаза. Я почувствовал, как по всему телу бегут мурашки.
Он взял стул, со скрипом подвинул к кушетке и сел, сложив руки на груди.
— Давайте знакомиться.
Говорил он так тихо, что приходилось прислушиваться, но от этого становилось еще страшнее.
— Меня зовут Дастин Хорн, я возглавляю местную ячейку Службы безопасности Нового Вавилона. Говоря проще — я местный шериф. Поскольку Тайгер-сити — верный вассал Нового Вавилона на протяжении десятилетий и никогда не создавал проблем, Царь царей давно уже не уделяет внимания этому отдаленному уголку. Моим агентам достаются второсортные или вообще списанные импланты, нас обделяют Желчью, на мои рапорты не отвечают месяцами. Дальний форпост для неудачников. Но меня не волнуют все эти материи: я человек долга и думаю лишь о том, чтобы поймать как можно больше врагов Нового Вавилона.
Он поднял глаза на мое напряженное лицо и захохотал.
— Я вас совсем запугал? Не бойтесь. У меня лишь пара вопросов. Это формальная процедура, которую проходит каждый, кого приставляют к официальной награде. Итак, не будете ли вы столь любезны, чтобы побеседовать со мной?
Я молча кивнул.
— Прекрасно, — улыбнулся следователь.
Он достал из внутреннего кармана карандаш, записную книжку и замер, ожидая моей реакции. Я натянуто улыбнулся.
— Это бумага и графитовое перо, — пояснил Хорн, видимо, не дождавшись той реакции, на которую рассчитывал. — Знаю, вы можете сказать, что это слишком расточительно, почти роскошно, но я позволяю себе такую слабость. Как и все дети, я вырос на планшетах и очках дополненной реальности, и совсем недавно попробовал записывать вручную, как до войны. И представляете, теперь не могу по-другому! Это особое удовольствие — совсем иначе работают мозги. Потратил целое состояние на учителя по письму.
Хорн пододвинул к себе столик, с особым тщанием разложил на нем развернутый блокнот и медленно, чуть ли не высунув кончик языка, вывел на листке какое-то слово.
— Итак, я готов вести протокол, — гордо сказал он. — Для начала, давайте познакомимся. Я уже представился. Расскажите немного о себе? Как вас зовут, откуда вы, как оказались здесь?
Он очень хорошо изображал доброжелательность, участие, в общем, отыгрывал "хорошего полицейского". Но я видел, что, когда он улыбался, уголки его холодных глаз совсем не двигались, и зрачки продолжали недоверчиво и цепко буравить собеседника.
— Вы не поверите, потому что это звучит невероятно, — ответил я. — Но меня сильно контузило во время боя. Я… я не могу вспомнить ничего до сегодняшнего дня. Полная амнезия, наверное…
— Какой ужас! — сочувственно присвистнул Хорн. — Я обязательно поговорю с врачом, чтобы вас обследовали как можно внимательнее. Ведь это может быть признаком серьезного поражения мозга. А мне бы очень не хотелось, чтобы герой нашего города получил повреждение мозга.
По нему было видно, что он не поверил ни единому моему слову. Но отыграл замечательно. Кажется, я попал в цепкие лапы профессионала.
"Вот и нагнала меня кровавая гэбня" — нервно усмехнулся я.
Смешного было мало, хотя на данный момент ситуация не выглядела угрожающей.
Хорн сделал пару пометок в блокноте.
— Я почему спрашиваю… Обычно в этом нет необходимости. Ведь есть база данных. Но вы… вы человек-невидимка. Ваша внешность не распознана ни одним сканером. Образцы ДНК, которые мы позволили себе взять из ваших ран, не имеют соответствий. А такого в нашем просто не бывает, ведь каждый младенец регистрируется чипом его матери сразу, как выходит из утробы. Тем более вы не клон, не суррогат, и не андроид. Будь я религиозен, то сказал бы, что вы появились из ниоткуда, из воздуха. К счастью, я ставлю рациональное мышление превыше всего. Поэтому у меня к вам один вопрос.
Он привстал, подвинул стул поближе ко мне и внимательно посмотрел в глаза.
— Кто вы такой и откуда взялись?
Я не выдержал и отвел глаза.
— Я же сказал… Что не знаю. То есть, не помню…
Хорн чуть заметно улыбнулся, встал и медленно подошел к двери палаты. Взялся за ручку.
— Точно не помните? — спросил он, растягивая напряжение.
Вот падла.
— Точно.
Он открыл дверь.
— Сержант Кальвин, прошу войти.
В палате появился молодой парень с загипсованной рукой, висящей на перевязи. На его лице было много свежих ран, промытых совсем недавно и еще кровящих под кусочками пластыря.
Это был Андрис, паренек с атакованного блокпоста, с которым я заключил сделку.
— Сержант Кальвин, вы узнаете этого человека?
Андрис внимательно осмотрел меня и кивнул.
— Расскажите все, что вы знаете о нем.
Андрис неуверенно переступил с ноги на ногу и почесал в затылке.
— Ну… Я видел, как он вышел на блокпост из степи. Сказал, что идет с ранчо Джонсонов, чтобы подзаработать, купить еды и передохнуть. Представился Джереми Джонсоном. Потом капитан Мэллроу просканировал его чип, и началась заварушка.
— Это все, что вы запомнили?
— Относительно личности мистера Джонсона — да.
— Как развивались события дальше?
— Капитана убили, а мистер Джонсон успел чудом увернуться, добежал до наших укрытий и спрятался. Затем, он вступил со мной в коммуникацию и убедил, что готов помочь в обороне города взамен на то, что мы его не тронем. Я оценил ситуацию и понял, что у меня нет выбор: все бойцы были либо убиты, либо прижаты плотным огнем. Пулеметчик на вышке сбежал, так как его подкупили прямо перед атакой. Добраться до вышки под огнем снайперов не рискнул бы никто, кроме мистера Джонсона. Тогда я поверил ему, и мы заключили сделку. После чего мистер Джонсон совершил незабываемый подвиг.
— Благодарю, сержант. Вы свободны.
Андрис с сочувствием посмотрел на меня, еле заметно кивнул, отдал честь и вышел.
Я услышал хлопки, доносящиеся со стороны Хорна. Он демонстративно аплодировал в мою сторону.
— Невероятный рассказ. Полностью согласен с сержантом Кальвином, что вы совершили… как он сказал?.. незабываемый подвиг. Тем не менее, я услышал в нем несколько фактов, на первый взгляд малозначительных, но для меня крайне любопытных. Например, вы представились Джереми Джонсоном с ранчо Джонсонов. Я решил проверить эти данные, исключительно по формальным соображениям. И знаете, что оказалось? Джереми Джонсона там уже несколько месяцев, как нет. Его профиль изъят из базы. А делается это только в одном случае — при вступлении в почетные ряды Чистильщиков Нового Вавилона. Интересно, правда? Вы не похожи на Чистильщика, при всем уважении к вашим боевым способностям. Но, раз память утеряна, этот вопрос нам пока не прояснить.
Хорн явно наслаждался своим положением и своей работой. Говорил он неторопливо, с ухмылочкой, расслабленно развалившись в кресле.
— Двинемся дальше. Андрис видел, как капитан проверил ваш чип. Из этого я могу предположить, что вы все-таки не Чистильщик, поскольку им дарована привилегия не носить чипы. Но этот вопрос требовал дополнительной проверки, поэтому я отправил дрона-разведчика на ранчо Джонсонов. Увиденное повергло меня в шок! Джонсоны были убиты, а на стене их ранчо обнаружилась метка Чистильщика. Лишь нарушение самых важных законов могло повлечь за собой такое страшное наказание. Один из таких законов — активация чужого чипа. Простите, можно я смочу горло?
Хорн указал на пачку из-под сока, которую я нервно мял в руке, совершенно позабыв о ней.
Несмотря на пронесшийся внутри ураган эмоций, внешне мне удалось остаться совершенно бесстрастным. Скорее всего, из-за смертельной усталости, а вовсе не благодаря мастерскому владению собой. Я заглянул в пачку, в которой поблескивал чип, и как можно более дружелюбно ответил:
— Рад бы угостить, но здесь не осталось ни капли.
Хорн вздохнул.
— Как жаль! Обожаю апельсиновый сок. Тогда придется потерпеть.
Он встал, потянулся и подошел к окну, завешанному плотно закрытым жалюзи, оттянул пальцем одну из пластин и выглянул в окно. Я же постарался как можно незаметнее сунуть пакетик сока в прикроватную тумбочку.
— О чем я говорил? Ах да, чужой чип… Моя гипотеза заключается в следующем: на ранчо Джонсонов пришел некто без своего чипа, что само по себе карается смертной казнью. Сердобольные фермеры пожалели его и дали воспользоваться чипом, оставшимся от своего сына Джереми, ушедшего в Чистильщики. Чип издал сигнал, который был зафиксирован Службой безопасности Нового Вавилона, после чего на ранчо заявился Чистильщик и… кхм, привел закон в исполнение. Но гостя там уже не оказалось. Куда же он делся?
Я молчал, но Хорн, очевидно, и не ожидал ответа на свой риторический вопрос. Он все еще стоял спиной ко мне, разглядывая город сквозь жалюзи. Его лицо перечеркивала узкая полоска дневного света.