Евгений Голенцов – Записки мобилизованного. Очерки и рассказы (страница 11)

Пока все, слава богу, хорошо. За два дня жутко все устали от физической работы. Но это ерунда. На передке нашим тяжелее. Парни работают по врагу почти круглосуточно. Бабахи не прекращаются. Мы к ним почти привыкли. Когда будем на переднем крае, все изменится. Впрочем, мы от него недалеко. Перед нашим приездом, пацаны говорили, по посадкам прилетало.

Разрывы километрах в 5–10 от нас. Уже распознаем, когда лупят по нашим. Вечером по противнику выпустили половину пакета «Града». Минут через двадцать от врага пришла ответка. Надеюсь, у пацанов все хорошо.

Часто видим пролетающие вертолеты и самолеты. Днем над нами прошла пара «грачей» – штурмовиков Су–25. Низко, чуть выше макушек деревьев.

Каждый день ходим в караул, высматриваем чужих и пролетающие «птички». Не наши. Летят вдоль посадок. Стараемся быть незаметными.

Все мы теперь в Божьих руках. Кого чем обидел, простите. Мечтаю вернуться домой. Нет, хотя бы увидеть родные лица в телефоне. Позвонил отцу и жене перед границей. Затем все отключили телефоны. Пишу в режиме «В полете», симку вытащил.

На сегодня все. Надеюсь, завтра продолжу писать заметки.

Я лежу в блиндаже. Ноги блаженно отдыхают после тяжелого дня. Впервые за пять суток сплю в тепле. До этого ночевал в спальнике прямо под открытым небом. То еще удовольствие в декабре. А тут еще музычку в телефоне в наушниках включил, увидел знакомые любимые лица на фотках в галерее.

Сегодня практически достроили второй блиндаж. Завтра, надеюсь, закончим и его. Выкопали землю, установили в три ряда ящики с землей, спилили и наносили из посадок бревна для крыши, нарезали камыша. Он прекрасный кровельный материал. Сверху уложим и засыплем землей.

На словах все просто, но надо учесть, что из орудий труда у нас только бензопила. Все остальное делаем вручную. Камыш рубим саперными лопатками, а кто и руками рвет, ибо МСЛ выдали не всем.

Бревна нужно еще дотащить, а землю выкопать. Земля промерзла сантиметров на пятнадцать. Первый слой брали киркой, потом – лопатами. Нас приехало сюда 36 человек. Рук много. Тяжело, но получается.

Круглыми сутками громыхает фронт. Он тут рядом. «Грачи» и «крокодилы»[3] каждый день проносятся мимо на бреющем, едва не задевая подсолнечное поле. Мера предосторожности. Отстреливают теплушки – защиту от вражеских ПВО, чтоб не сбили. Враг недалеко. За сопкой.

Повара – Женек и Серега – большие молодцы. Небольшая полевая кухня кормит нас обедом и ужином. На завтрак разводим костер и греем чай. Первые двое суток ели сухпаи, затем, когда привезли эту чудную печку на три блюда, жизнь улучшилась. Воду привозят, но пьем и из болота. Кипятим, а кто и сырую пробовал.

Сегодня наши шесть пацанов уехали на Большую землю. Должны вернуться послезавтра. О цели, естественно, умалчиваю. Мало ли что.

Снятся дурацкие сны. То ли от холода, то ли кашель во сне забивает.

Очень скучаю по родным. Хоть бы одним глазком увидеть. Скинулись на тарелку для Интернета. Неужели дождемся сеанса видеосвязи с родными? Глаза от усталости закрываются. Хочется спать.

Вначале расскажу, как попал в нашу батарею. К нам в «Чернобыль» (так называется посадка, в районе которой стоял резерв нашего полка) 8 декабря приезжали купцы. Набирали экипаж. Нужен был наводчик, командир орудия и механик-водитель. Серега Рыбак пошел командиром, Саня Молчан – механом, а наводчик все не находился. Желающих не было. В лесу была некая стабильность, а тут решительный шаг, сразу на линию боевого столкновения. Многие не торопились.

И тут я подал голос. Мол, не владею матчастью. На что получил ответ, что всему научат. И я согласился. На сборы дали пятнадцать минут. И вот мы уже на окраине поселка в Кременском районе, располагаемся, распаковываем вещи. А на следующее утро уже отправляемся на огневую в качестве учеников.

Дорога к огневой

На точку добирались сначала на машине, потом пешком. Грязища жуткая. Сапоги засасывает по самое голенище. Все перемазались как хрюшки, пока дошли до огневой. Отдышались – и вперед.

Пока нет команды «К бою!», идем в колодец за водой, пилим и колем дрова из ближайшей посадки. Печку топим, хотя на улице и плюс шесть днем. Иначе одежду не высушить. Я сегодня вообще снял носки и в сапогах полез по лужам. В прошлый раз промочил шерстяные. За плечами – вещмешок с продуктами и автомат. Все это килограммов пятнадцать весит. Стоит хоть на секунду замешкаться, как начинает засасывать в грязь. Поэтому нужно практически бежать, а это непросто, учитывая такую грязь.

Все же есть где просушиться и отдохнуть. Это придает сил. Да и пацанов менять на ближайшие двое суток надо. Их дежурство кончилось.

Скоро Новый год. Доживем, будем встречать на отдыхе. Если смены, конечно, не поменяют. Посылки должны как раз дойти, так что, возможно, на праздничном столе будет не только тушенка с хлебом и чай. Мы тут ребята опытные, большинство семейные. Салатики накрошим. Было бы из чего.

Ночь с 10 на 11 декабря. Осталось часов восемь до конца дежурства. Двое суток почти пролетели.

Утром вновь штурмовать грязевые залежи. Вчера выдался свободный час. Таскали пустые ящики от БК, устилали ими сложные участки. Завтра будет идти немного легче.

Если получится вздремнуть несколько часов, то хорошо. Ночи непредсказуемы.

Слушал радио. Оказывается, недавно по нашим позициям лупили «хаймарсами», но сработали пэвэошники. Слава Богу, что не подвели мужики. Но «огурцы» оттуда долетают регулярно. С ними ничего не поделаешь. Остается молиться и вовремя по команде бежать в укрытие, авось пронесет.

На ночь просматриваю фотографии. Взгляд родного человека поддерживает. Сравниваю фотки полугодовой давности и свежие. Сейчас глаза грустные, хотя Настя и силится улыбаться.

Господи, когда же все это закончится? Как же хочется не ехать на курорты и не идти в рестораны и магазины, а просто быть рядом с любимой, с детьми. Как же мало надо для счастья человеку! Просто видеть рядом самых родных.

Ждем Нового года. Он всегда вселяет надежды на лучшее. Все будет хорошо. Я в это верю. А мечты, как говорит мое Солнышко любимое, материальны…

«Солнышко, здравствуй. У нас все хорошо. Старый покосившийся домик с печкой приютил нас. Отработаем здесь и вернемся.

На днях у Сереги днюха. Будем отмечать. Со спиртным здесь строго, в магазинах не продают. У местных покупать не будем, желания нет. Отпразднуем более чем скромно. Тут у ребят в ходу энергетики. Честно, не понимаю, в чем смысл… По мне, так лучше крепкого чайку.

Ночью шел дождь, а сейчас просто пасмурно. Брошенные дома наводят тоску. На грядках – сухие стебли болгарского перца, сгнивший виноград на лозе, подмерзшие тыквы. Люди ушли отсюда давно. Не успели собрать весь урожай. Убежали от всего, что творится кругом.

Сиротливо валяются в углу детские шлепанцы, рядом – мужские сандалии. Думаю, недалек тот день, когда хозяева сюда вернутся. Я в этом уверен. А мы, временные жильцы, освободим помещение.

Наши наступают. Это радует. Бог даст, все это кончится, и я вернусь к вам, моим любимым и дорогим. Очень скучаю, люблю».

С утра подморозило, столбик опустился до минус девяти градусов. Температурные качели здесь в норме. То растает, то замерзнет. Несколько раз шел дождь, снега не было ни разу. Завтра на огневую, сегодня отдыхаем.

Поужинали макаронами по-флотски, салатом из капусты и моркови. Со снабжением у нас все хорошо. Продукты привозят из части, нередко вместе с гуманитарной помощью. Так, три дня ели пирожки из Бутурлиновского района. С картошкой. Спасибо волонтерам и неравнодушным людям, которые снабжают всем необходимым. Сегодня с утра до обеда топили баньку. Постирались, искупались. Красота!

Нас, новичков, учат премудростям контрактники. Есть среди них вчерашние школьники, есть и взрослые мужики. Большинство из них здесь по полгода, а то и больше. Такого насмотрелись, что нам и не снилось. Воронки рядом с местом нашей дислокации – прямое тому подтверждение. Летит и сейчас, но пока мимо. Дай Бог, чтоб и дальше так.

Ребята по 19–20 лет пришли на вoйнy после срочной службы. Подписали контракт, зная, что происходит, пошли Родину защищать. Храбрые ребята. Они освоили военную науку, передают накопленный опыт. Есть награжденные орденами Мужества, медалями «За отвагу». Мы, мобилизованные, здесь по воле сверху, а они, по сути, добровольцы.

О том, как по ним отработали «три топора»[4], рассказывают словно о банальностях:

– Прилет, полетели осколки, взрывная волна влупила по броне. Она выдержала. Но прямого попадания «Утюг» не перенесет.

«Утюг», или «хобот», на сленге артиллеристов – это самоходная гаубица «Мста-С», на которой довелось воевать и мне.

Ребята воюют. В минуты отдыха играют в игры на смартфоне, резвятся и живут обычной жизнью. Ждут отпуск, строят планы. Хотя что там десять дней. Пролетят – не заметишь. Нам, мобикам, об отпуске думать рано. Три месяца нужно пробыть за «лентой».

Самое главное, есть Интернет. Хоть плохонький, но все же. Связь с родными. В преддверии Нового года из Воронежа к нам пойдет машина с посылками. Заказали себе все необходимое. Скоро должны отправить. Моя любимая обещала передать триммер для бритья на аккумуляторе, флешку для телефона и всякие вкусняшки. С нетерпением буду ждать.

Лежу в чужом старом доме и вспоминаю бабушкину хату, в которой прошли счастливые детские годы.