Евгений Гарцевич – Отмороженный (страница 27)
Зверь задрал голову, начал рычать и мотать ей из стороны в сторону, пытаясь скинуть с себя тряпку. А я бросился на пол и, скользя на битом стекле и мусоре, рыбкой проскочил у него под брюхом. Работая клинком, как швейной машинкой — от шеи и до вероятного паха. Все, как по инструкции!
Из ран на брюхе твари стало сочиться нечто, похожее на кровь. Лапы чуть разъехались, химера дернулась в сторону, не понимая, что происходит и стараясь отойти от жалящего его места на полу. Начала огрызаться, клацая зубами. Чехол разорвался и частично сполз, освободив один глаз, налитый такой злобой и бешенством, что я невольно откатился дальше, чем хотел, и схватил сразу два мешка с белым порошком.
Белая пыль, как на мокрое, моментально налипла повсюду — попала на глаз, на чехол, на половину моего визора, почти ослепив и меня. Химера прыгнула туда, где я был в последний раз, но приземлилась неудачно — лапа, рядом с которой я нанес больше всего ударов, подломилась и заскользила на капающей крови. Такого шанса я упустить не мог. Разогнался, врезаясь плечом в ребра и толкая на перевернутый стол.
Услышал хруст стальных ножек, хрип химеры, упавшей набок, и с удвоенной скоростью, уже крестиком, прошил второй слой, добравшись до шеи.
Просто праздник какой-то! Усталость с головной болью, как волной смыло. Но на этот фокус с выбором я уже не поведусь. Однозначно выбираем новый навык. Я даже зажмурился, собираясь активировать новый. Но передумал. А вдруг дадут сейчас какую-нибудь фигню? Двойной прыжок зацепы на ботинках, как у разведчиков. А, может, снайперский захват цели, как у штурмовиков. А оно мне надо? Клинок меня уже несколько раз спасал и хуже он точно не станет. Может, наоборот, удвоится и стану, как мой любимый Росомаха.
Обдумать бы все на свежую голову.
Но отложить выбор на потом система не дала, но хотя бы сдвинула иконки в сторону, и стала не так навязчиво мелькать перед глазами. Сойдет, а утро вечера мудренее, как я слышал.
Я подобрал фонарь, лежащий среди инструментов у входа, и начал подробно изучать химеру. Под ногами уже вовсю растекалась большая лужа крови. Я посветил и присмотрелся. Кровь была ярко-синего цвета и, как оказалось, не совсем жидкой. По своей консистенции она больше напоминала густое масло.
По-любому штука ценная. Нашел в мусоре парочку новых пятилитровых канистр, из одной сделал черпак и примерно за полчаса, набрал почти пятнадцать литров. Попробовал выломать зуб или коготь, но стоило дернуть, так и тот, и другой просто раскололись у меня в руках.
— Это типа нет крови, нет скакалки? — что-то я читал про такое, когда вся энергия, сила и питательные вещества у некоторых монстров завязаны исключительно на той жидкости, которая течет по венам.
Обидно, но ладно. Надо Маркоса найти за награду-то спросить. Маркоса я нашел. Но ни одна его половина, ни вторая мне не ответили. Определил, что это он по зажатой рации в окоченевшей руке. Помимо него нашел еще три сломанных клона и несколько растерзанных трупов в операторской.
Пришлось искать самому — я вернулся в зал, откуда меня выкинули, и досконально прошерстил все шкафы и ящики. Нашел небольшой сейф с кодовым замком. Угадывать не стал, а просто сломал его клинком, накинув ему лишний балл в споре, какой навык улучшать.
В денежном эквиваленте там, вероятно, было много. Очень много — крупные, кристально прозрачные, переливающиеся голубыми оттенками, кубики. Размером со стандартный бульонный кубик и красиво выполненной гравировкой на передней грани: «Изольда».
Выкинул их в лабораторию. Перед уходом сожгу там все, чтобы в плохие руки не попало. Вавилон, конечно, за наводки на такие места давал хорошую награду. Периодически в новостях мелькали новости, о захвате той или иной лаборатории. Вот только, что их уничтожают, не писали никогда. И что-то мне подсказывало, что без хорошей крыши здесь не работают. Отчитываются для галочки, а в Горячем переулке неожиданно всплывает новая партия.
Нащупал в сейфе столь желанную стопку кредиток — предоплаченные карты с чипом по типу старых банковских, местный аналог наличных денег. Номиналы небольшие, но все равно набралось почти четыре тысячи.
Больше ничего не взял. Либо в хлам после знакомства с химерой, либо уже в глубокой заморозке после разгерметизации. Интересно, откуда она пришла? Не сами же они ее пустили?
Еще раз все обошел. И по подземному тамбуру перебрался в соседний дом. Нашел там второй отсек с гаражом, который не видел из окошка. Три вездехода — и почти все в хлам. Распоротый когтями капот у одного, оторванный бампер у второго. Куча гильз, разбросанных по полу и кровавые следы, будто кто-то таскал здесь раненых.
След огибал вездеход и обрывался перед дверью в кладовку. Я остановился и прислушался, вздрогнув от неожиданного сигнала системы.
Про опасность Ориджинал ничего не сказал. Так что я смело толкнул дверь, осторожно заглядывая внутрь. Швабры, ведра, трупы, куски трупов и огромная, почти метровая нора в раскуроченном полу, уходящая под землю.
Глава 16
Осторожно, чтобы не поскользнуться и не наступить ни на чьи останки, я приблизился к норе и посветил фонариком внутрь. Нора как нора — широкая, неровные края со следами от когтей. В самый раз, чтобы по ней мог пробраться ледяной монстр типа химеры и даже протащить с собой добычу. Внутри, как раз лежало тело какого-то техника.
Застывшие глаза на сером лице бедолаги смотрели с некой долей издевки, типа я-то тут застрял, а тебе дальше идти, ну-ну. Такой эффект еще добавляла татуировка в виде паука на щеке. Довольно искусно выполненный тарантул, только уже теряющий формы на обледеневшем лице. Я наклонился и легко (оказалось, что даже ног нет) выдернул парня и аккуратно сложил к остальным.
Получается, что химера уже уходила. Перетаскивала в какую-то свою нору замороженные полуфабрикаты про запас. Перед глазами сразу же нарисовалось гнездо с кучей голодных и клыкастых детенышей. Но нет — науке еще неизвестны подобные случаи. Как, впрочем, и то, как монстры мерзлоты размножаются и появляются на свет. Хотя версий было много: от — жили здесь всегда до — приходят из неисследованных секторов, а там их либо порождает сама Мерзлота, либо есть еще порталы в другие миры. А мы, стало быть, в некоем тамбуре.
Я спрыгнул в нору, разглядывая толщину перекрытия. Пол, пыльный подпол с проводами и трубами, стяжка, бетон, сквозняк, сваи и, наконец, скальная порода.
— М-да, сами виноваты, что на линолеуме сэкономили, надо было паркет класть дубовый… да и фундамент так себе…
Я присел и, опустившись на четвереньки, стал пробираться по извилистому скалистому проходу. Метров пять тоннель шел вниз примерно под углом сорок пять градусов, потом свернул перед цельной каменной глыбой и опять начал уходить ниже. Уже какой-то второй уровень подземного паркинга получается, упорная была химера.
При этом энергетический фон шарашил все сильнее и сильнее, а сканер показывал, что неизвестный объект находится еще ниже и чуть правее. Вот только тоннель забирал влево, и на всю дальность фонарика не было видно, что он собирается менять направление. А еще через несколько минут, источник сигнала стал «пищать» у меня за спиной.
Пришлось вернуться и более внимательно исследовать пол и стены. Была даже мысль, законсервировать Ориджинала и посмотреть на проекцию вокруг. Но я заметил, что в одном месте стенка более светлая, будто за ней есть пустое пространство. Начал простукивать и действительно уловил другие оттенки звука.
Сделал несколько проверочных ударов клинком, практически по самый кулак погружая его в лед. Раскрошил немного и увидел бледное свечение.
— Есть контакт, направление верное! Эхх, родимый, вздрогнем! — лег на спину, уперся плечами в противоположную стену и начал долбить ногой по проделанным щелям.
С грохотом выбил несколько глыб, которые исчезли где-то в проломе. Высунул туда голову и посветил фонарем. Пещера, маленькая и узкая, возможно, даже просто чей-то параллельный лаз. Хотя стенки слишком ровные, ледяные глыбы наслаиваются друг на друга, скрывая, что там наверху. Расширив проход, перебрался в соседнее помещение и как по ступенькам полез наверх. Ориентировался на щель под потолком, откуда доносилось слабое свечение.
Перевалился и увидел пещеру побольше. Вполне можно было здесь мегалан на зимнюю спячку оставить, если они спят, конечно. Свет здесь был приглушенный, в воздухе слышался еле различимый звук, похожий на треск электрических разрядов.
Производил его какой-то толстый светящийся кристалл, росший прямо изо льда на полу. Не то сталагмит с идеально ровными сторонами, не то обелиск, только новый кристаллический вид. Вокруг него густым коралловым рифом росли такие же стручки, как выращивали наверху в лаборатории. Только выше и гуще с большим количеством завитков, достигающих почти метровой высоты.