Евгений Гарцевич – Отдел скрытых дел (страница 3)

— Чтоб я так жил, — присвистнул Макс, когда мы всё-таки протиснулись к громадине дома.

Трёхэтажный особняк с колоннами, построенный в стиле дворянского имения девятнадцатого века, внушал. Дорого и очень богато, особенно на контрасте с тем местом, где мы были до этого. Совершенно непонятно, что могло быть общего у жертв.

Окно на втором этаже было разбито. Рваная штора повисла на остатках выбитой рамы, а неровные осколки по краям говорили, что выпрыгнувший человек даже не попытался сгруппироваться. Нам же проще, по-любому найдём ДНК.

Под окнами возле дома стояли две хозяйских машины: чёрный тонированный «гелик» охраны и ярко-оранжевая «ламборгини», смотреть на которую без слёз не получалось. И так плоская, как тапок, её ещё и дополнительно расплющили, вдавив крышу и выбив все окна. Неслабая такая ямка получилась, будто на неё не человек со второго этажа спрыгнул, а пианино уронили, причём этажа так с двадцатого.

— Ох, ты же ёж ты ж… — с такой грустью в голосе пробурчал Макс, будто это была его машина.

— Что-то не сходится, — ответил я.

— Ага, и больше уже никогда не поедется, — нас догнал шутник-следователь, ехавший с нами. — Пойдёмте, там введут в курс дела.

Мы поднялись по ступенькам, чуть не потеряв друг друга из виду, пока бродили среди колонн. А потом спокойно разошлись со встречным потоком врачей скорой помощи, выводящими под руки какую-то бледную женщину. Судя по форме, горничную.

Я мимоходом отметил, что над дверью есть камера, но потом запнулся, пытаясь понять, что с ней не так. Внешняя оболочка купола была без единой царапины, но внутри вместо целого объектива — сплошное крошево. Осколки осыпались и напоминали уснувших мух на дне плафона.

Решения, как это произошло, с ходу не возникло, и вообще показалось, что голова не хочет думать. А хочет согреться. В спину толкнул прохладный ночной ветерок, но основной холод навалился от особняка. Такой же непонятный, как и в первой квартире. Он обволакивал и пробирал насквозь, но лез будто бы не в тело, а в мысли, морозя волю и желание.

Я заметил, что рядом в такой же нерешительности завис Макс, а за спиной донёсся громкий выдох одного из врачей. Этого как будто отпустило.

— Фигня какая-то, — буркнул я, встряхиваясь и выравнивая дыхание.

А потом, чтобы не слышать от коллег очередное: «ты чего завис», переступил порог. Теплее не стало, но тут как с ледяной водой — раз уже нырнул, то нырнул.

Здоровенный холл, где при желании можно было ещё две «ламбы» припарковать, через высокую арку сразу же превращался в ещё большую гостиную, набитую людьми. Пиджаки-охранники, обслуживающий персонал, куча наших, причём уже и СОБР подтянулся. Суетливо всё: одни опрашивают свидетелей, другие по рации координируют поисковые отряды.

— Они, похоже, здесь штаб организовали, — недовольно проворчал Макс, кивнув на карту, разложенную на длинном обеденном столе. — Нашли, блин, где. Затоптали же небось всё. Эх…

Я махнул рукой, приветствуя толпу, но не обращаясь ни к кому конкретно. Кого-то узнал, а кого-то даже и не пытался из-за масок. Больше меня заинтересовали охранники: пятеро взрослых, спортивных бойцов, которые по виду сами могли быть ветеранами СОБРа, сейчас больше напоминали побитых и наказанных школьников. На троих при этом следов драки видно не было, а вот остальных словно машина сбила. И это притом, что врачи их уже обработали.

Рядом на столике разложили их арсенал, который сейчас попадал под опись. Я насчитал четыре пистолета (но вроде травматы) и столько же «тазеров», причём не китайских, а родных. И все были разряжены. Всё разрешённое и как бы не смертельное, но скакать через окна после такого всё равно не будешь. Если только не обколот какими-то стимуляторами.

— Так, — передо мной возник мужчина в штатском, — вам на второй этаж. Мы постарались там ничего не трогать.

Вот и все инструкции. Нас, в принципе, толком вводить в курс дела не стали, но из ряда оговорок и обрывков разговоров удалось собрать почти полную картину.

— Я тебе повторяю, — втолковывал охранник кому-то из оперов, — тишина была абсолютная. Мы поднялись просто, потому что обход по графику был. Старший наш заглянул к шефу, тот часто по ночам засиживается… Ну, то есть, засиживался, — охранник вздохнул. — Короче, спросить решили, может, чего надо? А там фарш такой. Шеф на полу словно бычок в мясницкой лавке, уже чуть ли не пополам разделанный. Кровищи — море. А над ним бомж какой-то нависает. На голове маска типа демонической с клыками, перекошенной рожей и без глаз. Там только щёлки какие-то чёрные. На руках перчатки, как у этого… Млять, забыл…

— У Фреди Крюгера, — подсказал ему напарник. — Только короче, там не лезвия, а будто когти.

— Во, точняк, — продолжил первый охранник. — Короче, псих какой-то. Он над шефом навис, и что-то в руках держал. Ковырял и шептал что-то. Вроде кость, но там хер знает, мы-то тоже психанули. Старший к нему первым рванул и хоба, отлетел, как балерина тройным тулупом. Метра на три его кинуло. Шкаф, вазы — всё в щепки. Старший уже не встал, ему пол лица стесало, а я даже не понял, чем его ударило.

Мы, честно скажу, прибалдели от такого и уже без разбора палить начали. А у нас только пукалки эти резиновые. Вот сколько раз старший шефу говорил, чтобы нам нормальное разрешение сделать… — охранник со вздохом махнул рукой. — Ладно, что уж щас об этом. Короче, травматы он даже не заметил.

— Может, не попали?

— Ты серьёзно сейчас? — обиделся охранник. — Попали. Я сам ему в лоб зарядил, но заржал только. По-любому он на стимуляторах был. Какие-нибудь армейские разработки.

— Это мы проверим, дальше что было?

— Дальше наши стрельбу услышали, подлетели и шокерами долбить начали, — воодушевился охранник. — Мы тоже подключились, обвешали психа со всех сторон и давай жарить. На нём тряпки какие-то бомжовские были, аж задымилось всё.

— Завалили?

— Хер там, — вздохнул охранник. — Это он нас завалил. Трое в реанимации сейчас, а этот рванул, раскидал всех и в окно…

Я бы ещё послушал, но меня подтолкнул Макс, типа мы с ним уже слишком долго напяливаем комбинезоны на лестнице. Но главное мы услышали, и результат услышанного предстал перед нами, когда мы заглянули в кабинет. Я первым вошёл внутрь и, задержав дыхание, включил свой режим сканирования.

Картина кровью дубль два. Единственное отличие — что трупа здесь было два.

В углу лежал мёртвый охранник. Сейчас лежал ровно, видимо, медики ещё надеялись его спасти. Хотя по разбитому шкафу, в который он влетел, и по смятым скуловой и височной костям они, скорее, просто констатировали смерть. Битой вполне так можно ударить. Но просто рукой, пусть даже в какой-то хитрой перчатке, да ещё и с отлётом — как-то сомнительно. В охраннике на вид было килограмм девяносто, и на единственном уцелевшем глазе застыло явное удивление.

На ковре, впитавшем в себя почти всю кровь, лежала основная жертва. Та же странная поза, будто он молится кому-то, уткнувшись лбом в пол. Тоже минус одно ребро. Одет в толстый халат, распоротый пополам вместе со спиной, отчего усиливался эффект крыльев.

К телу вели запутанные нити электрошоковых зарядов. И блестели сами дротики. Прекрасно. Значит, у нас точно будет образец крови преступника. Я перевёл взгляд на окно и заметил обрывки ткани, зацепившиеся за острые края. И там тоже найдём.

Картинка перед глазами воображаемо мигнула, я будто поменял слои. Приглушил тела, сфокусировавшись на предметах вокруг. Гильзы от травматов, сами резиновые пули, картриджи от тазеров, по дороге от тела до окна что-то белеет. Кажется, то самое недостающее ребро.

Следующий слой — общая обстановка. Массивный дубовый стол с монитором, клавиатурой и каким-то жутко пафосным набором мраморно-бронзовых подставок под канцелярию. Несколько папок, распечатки каких-то графиков и несколько конвертов. Ага, а рядом с ними нож. Пусть всего лишь для вскрытия почты, но сам факт, что жертва даже не попыталась им воспользоваться, был странным.

Другого оружия в комнате я не заметил, а «босса» явно выдернули из-за стола. А при его габаритах подойти незамеченным и схватить человека в принципе невозможно. Даже инстинктивно было бы время схватиться за нож, лежащий под рукой. Ну или позвать охрану. Но ни того, ни другого жертва не сделала.

На стене портрет, с которого с довольно насмешливым взглядом смотрел на собственное тело хозяин особняка. А за его спиной стояла молодая, красивая женщина. Повезло ей, внизу вроде говорили, что она в отъезде. Портрет типа семейный, но детей, похоже, нет. Вдвойне ей повезло с наследством. Но сомнительно, что это жена заказала мужа таким экстравагантным способом. Лучше бы подошла передозировка каким-нибудь лекарством, опять же могло сойти за несчастный случай.

На другой стене между двух шкафов с книгами в кожаных с позолотой обложках висела ещё одна картина. И это уже не могло быть чистой случайностью — там было генеалогическое древо.

Не простенькая схемка, как у первой жертвы, а плакат на полтора метров. Графика на заднем фоне в виде векового дуба, а поверх полноценные миниатюры с лицами. Не у всех, но у десятка поколений точно. Что-то перерисовывали с фотокарточек, а что-то из полноценных портретов. Разглядеть герб и название рода возможности не было, нападавший прошёлся по ним своей когтистой пятернёй.