Евгений Гарцевич – Добро пожаловать на Аврору! (страница 32)
Перед нами во всей красе возник механический носорог с меня ростом. Система обозвала его враждебным «мехрогом» седьмого уровня. Зверь пока не атаковал, лишь водил мордой, оценивая обстановку. Минотавры за моей спиной стали бесшумно расходиться по бокам. Задачу мы обговорили заранее — если демон появится и его не получится убить, то хоть кто-нибудь должен проскользнуть за ворота.
Носорог сделал пару шагов вперед и, стоя в дверном проеме, уставился на меня. Хрумтум тихонько свистнул, и пирамида минотавров, державших зеркало, распалась, сбивая линию света. Тяжелая дверь рухнула намного быстрее, чем поднималась. Она перебила зверю заднюю часть хребта и придавила к полу. Но он продолжал вертеть головой, не давая нам пройти мимо себя.
Примерно через час мы наконец-то добили железяку, ковыряя по паре хитпоинтов за удар. Причем удары эти наносил в основном я, расширяя брешь в затылке монстра. Остальные так обессилели, что даже руки с трудом могли поднять. Они отвлекали зверя, чтобы он повернул к ним морду, а я бил снова и снова.
«В Эфире! Вы получили новый уровень! Текущий уровень: 35».
«В Эфире! Вы получили новый уровень! Текущий уровень: 36».
«В Эфире! Вы получили новый уровень! Текущий уровень: 37. Получено достижение — «консервный нож», плюс 5% к шансу нанести критический урон механическим созданиям».
Носорог кончился, подарив мне сразу три уровня, бонус и мой первый кристалл приона. Из подрубленной шеи вытекла темная жидкость, что-то скрипнуло напоследок, и путь оказался свободен. Я, Хрумтум и еще два минотавра аккуратно пролезли под дверью в следующую пещеру. Та напоминала обычную конюшню. По обе стороны располагались стойла с табличками. Почти все они пустовали, лишь в трех на ремнях были подвешены полуразобранные тела механических зверей. Лестница в конце зала вела наверх, дальше был коридор с несколькими дверями. Быки сразу же бросились искать кладовку с едой, а я вошел в помещение, из которого пахло машинным маслом.
Это оказалась мастерская. Со стен на меня смотрели чертежи механических уродов. С такой фантазией владельцу этого подземелья стоило бы не роботов проектировать, а антидепрессанты изобретать. В центре комнаты стоял гигантский верстак, заваленный кусками металла, среди которых лежала голова носорога, только с двумя рогами. По углам стояли сундуки с ровными рядами стальных слитков. Нашелся и один маленький сундучок с тремя кристаллами приона, который сразу же сделал меня очень богатым НПС, было бы куда продать.
Владелец подземелья нашелся в соседней комнате, окна которой выходили на пещеру внизу. Смотровая площадка была соединена с рабочим кабинетом, здесь был стол и книжный шкаф. У хозяина вместо ног к пояснице была приделана металлическая платформа, из которой торчали четыре стальные конструкции, напоминавшие лапы краба. Руки были усилены чем-то вроде экзоскелета. Но это не уберегло человека, когда при обвале на него рухнул кусок скалы. Та часть тела, что состояла из плоти, уже превратилась в мумию.
Я стянул с его пальца простенькое оловянное колечко — местный аналог ключа от подземелья — и подобрал с пола книжку, которую он читал перед смертью. Это оказался дневник с названием «Журнал испытаний» и дарственной надписью: «Веласкесу, моему любимому ученику. Пусть твой пылкий ум и богатая фантазия никогда не иссякнут. Магнус». Да, Магнус и сам, похоже, был тем еще уродом, раз у него в фаворе были подобные личности.
Периодически слышались радостные ревы минотавров, и долетел запах жареного мяса — нашли все-таки еду. Я обследовал книжный шкаф, ящики стола и сундук, но ничего полезного не нашел. Зато радостная находка ждала меня прямо на полу — это была тонкая брошюра, пособие по механизмам для начинающих. Веласкес подложил ее под ножку стола, чтобы тот не качался.
Я понаблюдал из окна, как минотавры отводят детей во внутренний зал, и стал читать. Не знаю, как Эфир делает это — вроде бы ничего особенного не написано, но страница за страницей все становится таким очевидным и понятным, будто знал это всегда. Шестеренку вставляешь туда, управляющую схему подключаешь сюда, управляющий камень души фиксируешь здесь, кристалл приона добавляешь так…
«В эфире! Вы изучили новую специальность — «механическое дело». Теперь вам доступно создание механизмов первого уровня».
Про более сложные вещи в пособии тоже говорилось, но без схем и инструкций. Для новичка это была замануха, чтобы карабкаться на верхние уровни. Монстры, экзоскелеты, шагающие крепости, магические турели — выбирай на вкус. Но даже если я здесь закроюсь на год реального времени и хватит ресурсов для экспериментов, то только носорога смогу сделать, причем его базовую версию. Очень требовательный класс персонажа оказался, с упором в ману и мудрость. Так сказать, на перспективу для тех, у кого и время есть, и ресурсы.
Самое то для Хранителей — пока будут расти, собирая соответствующие навыки, найдется достаточно бойцового мяса, чтобы их прикрывать. Зато потом конкурентов у них уже не останется. Десяток механических драконов высшего уровня может взять любой замок за пару часов. Но чтобы научиться делать таких драконов, мне понадобилось бы лет десять упорного труда, и пришлось бы вкладывать все очки способностей в мудрость ради маны, чего я делать совершенно не собирался.
Ограничения можно было слегка обойти за счет правильного наставника и легендарных свитков с чертежами, снижающих требования. И чертеж у меня, кстати, имелся! Пусть не дракон, а всего лишь механическая собака, но в моей ситуации и собака — друг человека.
«В Эфире! Вы изучили легендарный чертеж из серии «Неудачные эксперименты Магнуса» для создания боевого питомца «бульмехтерьер». Базовый уровень питомца — первый. Для создания необходимы навыки: «создание механизмов» — пятый уровень подмастерья, «кузнечное дело» — восьмой уровень подмастерья. Максимальное количество питомцев — один».
Да как же так? Почему только один, почему питомец?
Да, питомец растет в уровнях и, даже умерев, потом возродится и всегда будет с тобой. Да, механический бультерьер — это не какой-то там мехпудель или робошпиц. Но, блин, мне-то нужна армия! И где мне взять чертово кузнечное дело?
«В Эфире! Вернитесь на территорию гильдии в Уасиока. В случае невозвращения в локацию вашего НПС будет наложен штраф — 5 очков опыта в час, в случае появления игрового заказа штраф за неявку будет увеличен до 10 очков опыта в час».
Я замахал руками, скрывая сообщение системы, швырнул пособие в Веласкеса, пнул несколько раз стол, опрокинул шкаф и начал топтать рассыпавшиеся книги, высказывая все, что думаю об Эфире. Помогло. Слегка отпустило, и я смог сосредоточиться на дальнейших поисках.
Вторую приятную находку я сделал с помощью «темного зрения». За спиной у Веласкеса под каменными завалами мелькнула пара оранжевых искорок. Потратив почти весь запас выносливости и подкапываясь с разных сторон, как какой-нибудь археолог, я добрался до обломков длинного оружейного ящика и взревел от счастья не хуже минотавра. В пыли показалось дуло с мушкой в виде птичьего клюва, потом мифриловый восьмиугольный ствол. Я уже не церемонился и, отбрасывая мусор, стал двумя руками раскапывать находку. Но чем больше я копал, читая описание, тем сильнее расстраивался.
«Колотушка Веласкеса, многозарядное ружье.
Мастер-гном Браш из клана Рыжих лис. Минимально необходимый уровень: 40.
Легендарное, масштабируемое до 500 уровня.
Урон на вашем текущем уровне: 345 — 690.
Разброс 0,05 метра на 100 метров полета пули.
Эффективная дальность: 400 метров.
Полная перезарядка: 8 секунд. Перезарядка между выстрелами: 0,5 секунды.
Количество патронов в обойме: 15.
Дополнительные эффекты: снижение шума выстрела на 40%, повышение шанса нанесения критического урона на 10%.
Прочность: 0 из 300.
Состояние: сломано, требует значительного ремонта».
По задумкам дизайнеров Эфира, прототипами для огнестрельного оружия служили реальные исторические образцы, изобретенные до тысяча девятисотого года. То есть никаких автоматов, пистолетов-пулеметов и прочей полуавтоматики не завезли. Зато мушкеты, револьверы и винтовки с готическими и дизельпанковскими обвесами были представлены в широком ассортименте.
Найденная колотушка с виду напоминала знаменитый винчестер — тот самый, который покорил Дикий Запад. Гравировка на ствольной коробке изображала сцену боя механического пса с человекообразным демоном. На одной стороне робопес летел в прыжке на жертву, а на другой уже рвал рогатую голову зубами. Приклад был стилизован под сомкнутые челюсти с аккуратно вырезанными зубами. Целик тоже сварганили в виде миниатюрной зубастой пасти, только открытой, с которой нужно было совместить мушку, похожую на птичий клюв. Несмотря на размеры прицельных приспособлений, детализация и качество исполнения были на высочайшем уровне. Скоба-рычаг перезарядки была выполнена в форме капли и должна была идеально лечь мне в руку.
Но! В Эфире всегда есть какое-нибудь «но» — как хорошее, помогающее пройти квест обходными способами, так и плохое, как, например, куски скалы, повредившие ствол легендарной винтовки и отломившие приклад почти под самое основание.
Я ругался так, что аж каменная крошка с потолка начала сыпаться. Остановился, только когда Хрумтум окликнул меня. Обернувшись, я увидел минотавров в дверном проеме — они стояли с оружием наготове и искали неведомого врага, с которым я сражался. Между ног у Хрумтума протиснулся совсем мелкий минотавренок, смешно зарычал и крикнул: «Не дать обида наш Данди!» Сам Хрумтум сказал: «Бугурт знает кузнечное дело, мы тебя учить и чинить огненная дубина».